ОЛЕГ ГРЕЧЕНЕВСКИЙ
ПУБЛИЦИСТИКА


ИСТОКИ
НАШЕГО "ДЕМОКРАТИЧЕСКОГО" РЕЖИМА

Петербург, 2003 – 2016

  
ЧАСТЬ 92

                                

    

          ИСТОКИ НАШЕГО “ДЕМОКРАТИЧЕСКОГО” РЕЖИМА – 92 часть

                                                   Свержение Хрущева

    В последние годы своего правления Первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев ухитрился настроить против себя буквально все слои советского общества.
 Тут можно долго все перечислять: военные были недовольны резким сокращением армии, а партаппаратчики были просто в бешенстве от введенной Хрущевым обязательной ротации руководящих кадров. Да и разоблачения преступлений сталинского режима вызывало сильное недовольство у многих партократов. Последней же каплей, переполнившей чашу терпения партийного аппарата, стало разделение всех обкомов на промышленные и сельские…
Простой народ тоже был не в восторге от правления Хрущева. Стремясь поскорее построить свой “коммунизьм” (как он выговаривал это слово), Хрущев отнял у колхозников право держать коров и сильно урезал их приусадебные участки. В результате чего в городах начались перебои с продовольствием – а это вызывало возмущение рабочих и служащих. Никита Сергеевич пытался поправить дело тем, что засеял всю страну кукурузой – но у нас климат для этой ценной культуры на большей части территории неподходящий, так что и эта его идиотская затея тоже провалилась.
А творческая интеллигенция была возмущена тем, что сначала ей Хрущев дал некоторую свободу, но потом передумал и опять принялся душить всякое свободомыслие.
Еще Хрущев активно боролся с религией и закрыл большую часть действующих церквей – поскольку при коммунизме таких пережитков прошлого быть не должно, по его убеждению…  
Ничего удивительного во всех этих выкрутасах Хрущева нет, ведь Никита Сергеевич был самым ограниченным и необразованным партократом из всего сталинского Политбюро, где великий вождь собрал не самых умных деятелей. Поэтому Хрущев и в самом деле верил в сказки про коммунистическое общество. А поскольку Никита Хрущев всерьез хотел построить “коммунизьм” еще при своей жизни, то поэтому он сильно торопился – ведь ему в 1964 году уже стукнуло 70 лет…    
Чекисты же были сильно недовольны тем, что придя к власти, Хрущев потребовал сильно сократить численный состав органов госбезопасности и ликвидировал в стране почти все подразделения КГБ на уровне районов, оставив только областные управления. Опомнился Никита Сергеевич только после кровавых событий в Новочеркасске летом 1962 года – и тогда он разрешил руководству КГБ немного восстановить штаты этой организации. Но чекистская мафия к тому времени уже устала от непредсказуемых выкрутасов Никиты Хрущева. И где-то в конце 1963 или в начале 1964 года секретарь ЦК Александр Шелепин и его главный соратник председатель КГБ Владимир Семичастный начали готовить свержение Хрущева – так что теперь он был просто обречен. Ведь в руках у московского клана КГБ находился контроль над всеми территориальными подразделениями органов госбезопасности, а также кремлевская охрана и правительственная связь. Притом Никита Хрущев очень доверял Владимиру Семичастному, и по собственному признанию Семичастного, он был тогда любимцем для Хрущева и чуть ли не родным сыном – что сильно облегчало для него проведение этой спецоперации. Вот кадровых сотрудников КГБ Никита Сергеевич очень боялся, и постоянно ждал от них всяких козней, но Семичастный ведь был из комсомольской команды Шелепина, и вдобавок, он был полностью обязан Хрущеву свой успешной карьерой. Достаточно сказать, что Хрущев назначил его председателем КГБ в возрасте всего 37 лет…  
 Так что с чисто технической точки зрения организовать дворцовый переворот для этой мафиозной группировки было совсем несложно. Проблема для нее была только в том, что у московского клана не было никакой возможности заменить Хрущева на своего человека на посту Первого секретаря ЦК – поскольку эта чекистская группировка еще не имела тогда прочных позиций внутри партийного аппарата. Мы напомним, что у московского клана КГБ при Хрущеве был только один свой представитель в Президиуме ЦК, о котором нам точно известно – Отто Куусинен. Естественно, что предложить этого старого финского коммуниста и заслуженного агента внешней разведки в качестве главы советского государства чекисты из московского клана никогда даже и не мечтали. Да и Куусинен умер в мае 1964 года, то есть за несколько месяцев до свержения Хрущева.
Еще двое членов Президиума ЦК, Дмитрий Полянский и Геннадий Воронов, тоже со временем попали в сферу влияния московского клана КГБ, как мы это покажем немного ниже. Но у нас нет полной уверенности, что они стали союзниками московского клана чекистской мафии уже при Хрущеве, а не при Брежневе. Примкнул потом к московскому клану КГБ и Николай Подгорный – но это уже точно произошло только после прихода к власти Брежнева, притом не сразу, а лишь где-то через год. А поначалу у Подгорного были просто враждебные отношения с командой Шелепина.
 Сам же Александр Шелепин был тогда всего лишь секретарем ЦК, и еще не был избран в Президиум ЦК даже в качестве кандидата, так что он не мог сразу же стать Первым секретарем ЦК. Следовательно, чекисты из московского клана КГБ были тогда вынуждены найти общий язык с партократами из Президиума ЦК – и предложить им в качестве нового вождя человека из их собственной среды. Вот они и выбрали в качестве такого компромиссного кандидата Леонида Брежнева.
  Это была просто идеальная фигура для роли номинального главы государства – поскольку Леонида Ильича больше привлекала возможность красоваться на публике и участвовать в разных официальных церемониях, принимать иностранные делегации, вручать и получать награды и т.д. А реально участвовать в управлении страной, и заниматься разными скучными государственными делами у него не было особого желания.
 Брежнев тоже был ставленником Никиты Хрущева, как всем известно – и в феврале 1956 года Хрущев ему доверил очень ответственный пост, Секретаря ЦК по оборонной промышленности. И Леониду Ильичу на этой работе приходилось принимать очень ответственные решения, ведь вся экономика страны в советское время в первую очередь обслуживала интересы военной машины. Но когда в мае 1960 года Хрущев ему предложил более почетный, но зато чисто символический пост Председателя Президиума Верховного Совета, то Брежнев с радостью согласился – и по свидетельству очевидцев, был тогда просто счастлив. Еще бы: ведь теперь реальной работой заниматься не нужно, и ни за что не отвечаешь - но все равно каждый день мелькаешь в телевизоре и твои снимки во всех газетах! Ведь формально именно Брежнев стал тогда вторым человеком в руководстве страны, после Хрущева.
 Вот такой чисто номинальный “глава государства” нашим чекистам был и нужен…

Сам заговор правящей верхушки страны против Хрущева, который привел к его отставке со всех постов 14 октября 1964 года, давно уже досконально изучен. Так что во все подробности этих событий мы лучше вдаваться не будем – а сконцентрируемся на менее известных сторонах дела, притом с точки зрения нашей теории чекистских кланов.

 Многие историки считают, что главным организатором свержения Хрущева был секретарь ЦК Шелепин – и что без участия его соратника председателя КГБ Семичастного этот дворцовый переворот был бы вообще невозможен.
Но некоторые источники также утверждают, что главную организационную работу по подготовке снятия Хрущева проводил заведующий Административного отдела ЦК Николай Миронов.
(http://kommersant.ru/doc/513547)
 Вот сообщение на эту тему, для примера:
 “Наверное, единственной стопроцентно удачной операцией, в которой принял участие
председатель КГБ Семичастный, оказалось смещение Хрущева со всех его постов. Но
и в этом не было его особой заслуги: операцию разработал и осуществил Николай
Миронов.”
(http://www.agentura.ru/text/press/2001/semi4.txt)
Мы напомним, что партаппаратчик Миронов тоже принадлежал к московскому клану чекистской мафии.
Выходит, что решающим тут было участие именно московского клана КГБ, притом были задействованы все видные деятели из этой мафиозной группировки. Правда, некоторые исследователи одно время считали, что, к примеру, Юрий Андропов в заговоре против Хрущева не участвовал – но потом отыскались свидетельства о том, что и этот видный представитель московского клана тоже не остался в стороне от этих событий, только он вел себя тогда более осторожно и скрытно, чем прочие заговорщики.
(http://gilbo.ru/index.php?page=persons&art=1886)
 Леонид Брежнев и его партийная группировка тоже активно участвовали в обработке членов ЦК, чтобы привлечь их на свою сторону – и это была на самом деле нетрудная работа. Узнав о том, что руководство КГБ участвует в этом заговоре, так что опасности нет почти никакой, секретари обкомов обычно охотно соглашались оказать свою поддержку заговорщикам - очень уж много у них накопилось претензий к Никите Хрущеву. Тем более, что добродушный и покладистый Леонид Ильич не вызывал у партийной номенклатуры никаких опасений, что он будет покушаться на ее власть и привилегии – и так оно и вышло, все эти партократы смогли потом полностью расслабиться во время долгого правления Брежнева.
 Что же касается проамериканского клана КГБ, то его роль во время свержения Хрущева выяснить гораздо труднее, поскольку эта мафиозная группировка полностью утратила к тому времени свои позиции в руководстве КГБ, и была тогда оттеснена на обочину политической жизни. И теперь мы склоняемся к такому мнению, что чекисты из этой мафии были вынуждены заключить стратегический союз с теми партократами из группировки Брежнева, которые не принадлежали ни к какому чекистскому клану, чтобы всем вместе противостоять мощному натиску со стороны московского клана КГБ. Раньше мы всех брежневцев записали напрямую в проамериканский клан КГБ, но скорее всего, это была ошибка, поскольку, судя по всему, полного слияния с чекистскими группировками у некоторых из этих партаппаратчиков так и не произошло вплоть до самого конца советской власти. И еще менее вероятно, что кто-нибудь из партократов был завербованным тайным агентом КГБ в полном смысле этого слова – а самое большее, с их стороны могли быть какие-то неофициальные отношения с чекистами, без всякого оформления письменных обязательств на этот счет. То есть, скорее всего, по большей части это была так называемая агентура влияния, с различной и индивидуальной степенью зависимости от своего чекистского клана…

 Еще такой момент нам бы хотелось подчеркнуть в этой истории. Очевидно, что руководители антихрущевского заговора заранее согласовали между собой кандидатуры на высшие государственные посты страны, т.е. выдвижение на них Брежнева и Косыгина, поскольку никаких других претендентов на посты Первого секретаря ЦК и председателя Совета министров в день свержения Хрущева не оказалось – и в октябре 1964 года на заседании Президиума ЦК за обоих проголосовали единогласно и без всяких споров. Да и Леонид Ильич вряд ли вообще принял бы активное участие в этом заговоре, если бы ему не была заранее обещана должность главы государства – поскольку он был немного трусоват, по свидетельству очевидцев. Так что ему потребовался тогда очень сильный стимул, чтобы он все же смог пересилить свой большой страх перед Хрущевым… 
 Перейдем теперь к рассмотрению персонального состава правящей верхушки страны во время правления Леонида Брежнева. И начнем мы с полноправных членов высшего советского ареопага.

                                           Политбюро ЦК в годы правления Брежнева

 Биографию самого Леонида Ильича БРЕЖНЕВА мы здесь очень уж подробно разбирать не будем, поскольку об этом великом деятеле написаны горы всякой литературы – да и мы уже говорили о нем в предыдущих частях этой книги. Остановимся только на некоторых интересных фактах и ключевых моментах из жизни Брежнева, которые до сих пор плохо изучены и малоизвестны.
 Леонид Брежнев - это был вообще-то самый обычный, ничем не примечательный партократ, который сделал стремительную карьеру во время сталинских репрессий 1937-38 года. Некоторые исследователи отмечают, что в начале 1937 года Брежнева чуть было самого не арестовали за связь с врагами народа, так что ему тогда пришлось уйти с должности директора техникума, и на несколько месяцев он затаился и устроился работать обычным инженером на завод. Где он и отсиделся благополучно, пока его недоброжелатели в руководстве города Днепродзержинска сами не были арестованы и расстреляны. А потом Брежнев вернулся в номенклатуру и его карьера опять пошла как по маслу, и в 1939 году он уже был назначен секретарем Днепропетровского обкома. Правда, во время войны в карьере Брежнева был полный застой, и он так и “провоевал” на довольно мелких для него партийных должностях в войсках. Сначала он был начальником политотдела армии, потом заместителем начальника политуправления фронта, притом всего лишь в звании полковника – а генерал-майором он стал только в ноябре 1944 года, уже в конце войны. Да и звания Героя Леонид Ильич за все свои партийные и пропагандистские заслуги на фронте так и не получил, а всего лишь несколько сравнительно мелких орденов и медалей, что для политического генерала в годы войны было маловато. Но зато став генсеком, Брежнев потом полностью отыграется за все свои обиды военного времени, и с лихвой вернет все ему недоданное, присвоив себе звание маршала и наградив себя четырьмя золотыми звездами Героя Советского Союза, а заодно и полководческим орденом Победы…   
 После войны Брежнев еще год прослужил в армии, он был тогда начальником политуправления Прикарпатского военного округа. Затем он по рекомендации Хрущева был назначен сначала первым секретарем Запорожского обкома (август 1946 – ноябрь 1947 года), а потом возглавил более значительный Днепропетровский обком (ноябрь 1947 – июнь 1950) и ЦК компартии Молдавии (июнь 1950 – ноябрь 1952 года).
 В октябре 1952 года Брежнев выступил на 19-ом партийном съезде, и чем-то тогда приглянулся Сталину, который подыскивал подходящих кандидатов в свои новые соратники, поскольку великий вождь был к тому времени очень недоволен своей старой командой и явно собирался всю или почти всю ее ликвидировать, повторив 1937 год. И в результате Леонид Ильич совершенно неожиданно для себя был избран кандидатом в члены Президиума ЦК и Секретарем ЦК, ответственным за Главное политуправление армии. Вообще-то Сталин не терпел в своем близком окружении таких рослых здоровяков, как Брежнев – но тот ведь и не попал в число ближайших соратников вождя, поскольку секретарей ЦК был тогда целый десяток. Да и главным центром власти в стране Сталин к тому времени сделал Совет министров, а не аппарат ЦК. Так что с товарищем Сталиным Брежнев встречался лично довольно редко, всего лишь пару раз за полгода. И вполне возможно, что такой резкий скачок в карьере Леонида Брежнева произошел все же по протекции Никиты Хрущева, но точно этого никто не знает.
 Но на этой достигнутой им высоте Брежневу тогда долго удержаться не удалось, поскольку после смерти Сталина его тут же изгнали из Секретариата и Президиума ЦК, вместе со всеми остальными “новыми кадрами” вождя. Сначала Брежнев был назначен начальником политуправления Военно-морского министерства, а потом и вовсе остался без работы, после тотального объединения всех министерств и сокращения штатов. И он был снова возвращен на службу в армию только после своего очень жалобного письма главе правительства Маленкову, которое Брежнев написал в мае 1953 года. Его тогда назначили заместителем начальника Главного политуправления армии и флота.
 Еще имеется один любопытный факт из биографии Брежнева, который многие историки почему-то до сих пор обходят полным молчанием - и даже такой знаток кремленологии, как Леонид Млечин, тоже ничего не рассказал про эту историю в своей недавно вышедшей толстой книге про Брежнева. Хотя из воспоминаний маршала Москаленко уже давно известно, что среди той команды из двух десятков вооруженных пистолетами генералов и полковников, которые 26 июня 1953 года тайно проникли в Кремль с целью арестовать Лаврентия Берию, был также и генерал-майор Брежнев Л.И. И хотя непосредственно арестовывать самого Берию Брежневу тогда не довелось, но зато он попал в ту группу военных, которой поручили разоружить личную охрану Берии. Эта команда телохранителей дожидалась своего хозяина в помещении возле зала заседаний. Правда, некоторые историки ставят под сомнение участие Брежнева в этой истории, ссылаясь на то, что никакими архивными документами оно не подтверждается. Но на наш взгляд, это просто формальная отговорка, ведь какие вообще могли быть письменные “документы” у участников такого опасного заговора, тут обо всем сговаривались только на словах…
 И наверняка именно этот героический эпизод из жизни Брежнева сыграл большую роль в том, что вскоре карьера Леонида Ильича опять резко пошла на подъем. Никита Хрущев вспомнил тогда о Брежневе и в феврале 1954 года послал его в Казахстан, сначала в качестве второго секретаря республиканского ЦК. А когда Леонид Ильич немного там освоился, то в августе 1955 года он был назначен первым секретарем ЦК компартии Казахстана, сменив на этом посту маленковца Пантелеймона Пономаренко. Это было тогда довольно ответственное назначение, поскольку именно Брежневу пришлось осуществлять широко разрекламированный проект Хрущева по распахиванию целинных земель, на что ушли громадные усилия и ресурсы всей страны. Но Брежнев успешно справился со своей задачей, и несколько десятков миллионов гектаров целины были под его руководством вспаханы и засеяны – а если в казахских степях часто случается засуха и пылевые бури, так что хороший урожай там бывает далеко не каждый год, так это уже была не его вина…
В награду за освоение целины Брежнев в феврале 1956 года был назначен секретарем ЦК по оборонной промышленности и снова стал кандидатом в члены Президиума ЦК.
 А в июне 1957 года, после того, как Брежнев активно поддержал Хрущева в борьбе против “Антипартийной группы”, он был избран полноправным членом Президиума ЦК.
Затем, в мае 1960 года, Леонид Брежнев обрел более подходящий для него, высокий и совершенно необременительный пост Председателя Президиума Верховного Совета.
 В июне 1963 года Хрущев опять назначил его Секретарем ЦК, и в результате власть и влияние Брежнева тогда сильно возросли. Но по свидетельству очевидцев, Леонид Ильич был тогда очень недоволен, что ему снова пришлось заниматься реальной работой, а не одними только торжественными церемониями.
Зато когда в октябре 1964 года Хрущева удалось свергнуть, Брежнев был избран Первым секретарем ЦК КПСС - и он мог теперь опять практически ничего не делать, а только изображать из себя главу государства.
Вскоре, в апреле 1966 года, Брежнев стал именоваться Генеральным секретарем ЦК, восстановив эту давно упраздненную партийную должность…      
  
 Что же касается Председателя Совета министров СССР Алексея Николаевича КОСЫГИНА, то он, как известно, не входил в днепропетровскую группировку Брежнева. Косыгин был вообще не хрущевцем, а бывшим ждановцем, родом из Ленинграда – и к тому же с Брежневым у него были потом очень плохие личные отношения, на почве больших властных амбиций Леонида Ильича. Кроме того, по нашей гипотезе, премьер Косыгин был очень тесно связан с проамериканским кланом КГБ через своего зятя, Джермена Гвишиани, директора ВНИИСИ.

 Прежде мы считали, что ВНИИ системных исследований, этот главный чекистский центр по подготовке экономической реформы, был напрямую подчинен председателю КГБ Андропову, который якобы был его главным основателем. Но сейчас у нас появились большие сомнения по этому поводу, поскольку выяснилось, что разделение чекистской мафии на два клана произошло не в 1979 году - а намного раньше, еще при Сталине.
 Так что придется нам заново заняться этим замечательным научным учреждением – поскольку только так можно разобраться, какая именно политическая сила выдвинула в октябре 1964 года Алексея Косыгина в премьер-министры страны. И самое главное, почему Брежнев все же терпел  его на этом посту целых 16 лет, до самого конца жизни Косыгина. Обычно историки объясняют этот непонятный феномен тем, что Леонид Ильич очень уж ценил способности Косыгина, как крутого специалиста-хозяйственника, так что просто некем его было заменить. Но на наш взгляд, это объяснение не очень-то убедительное, поскольку практика показывает, что нашим партократам всегда было глубоко наплевать на любые интересы страны, если хоть на один волос как-то умалялась их личная власть…
 Итак, мы напомним, что сначала был в 1972 году основан в Австрии Международный институт проблем системного анализа (МИПСА), а его советский филиал ВНИИ системных исследований появился на свет в Москве немного позднее, в 1976 году.
 И по свидетельству первого директора ВНИИСИ Джермена Гвишиани, главную роль в появлении на свет этих институтов сыграла именно поддержка со стороны премьера Алексей Косыгина. Причем переговоры между нашими и американскими властями по организации головного международного института начались еще в 1967 году, по инициативе президента Джонсона. А осуществлять этот проект с американской стороны было поручено помощнику президента Макджорджу Банди.
 “Приступив к практической реализации намерений президента Джонсона, 15 мая 1967 года Банди отправился в поездку по Европе (Лондон, Париж, Бонн, Рим, и Москву), чтобы выяснить возможную позицию по отношению к американской идее. Встречи с Банди проходили на весьма высоком уровне… Банди на Гвишиани вышел через Добрынина, посла СССР в Вашингтоне. Вот как об этом живописует Гвишиани: “Получив от Добрынина чуть более подробную информацию, я сразу понял всю важность идеи, - не потому что обладаю особым даром предвидения, а потому, что она попала в русло моих собственных научных размышлений…”. …В конечном итоге решающую роль в поручении переговоров Гвишиани сыграли Кириллин (председатель ГКНТ), Келдыш (президент АН), руководящие работники отдела науки ЦК, МИД СССР, и Косыгин…”   (http://kimura.livejournal.com/18943.html)
 Вот еще цитата из воспоминаний самого Джермена Гвишиани:
 “Итак, выбрав подходящий момент, я подробно рассказал Косыгину об идее нового международного института. Алексей Николаевич горячо поддержал эту идею и сказал, что будет всячески отстаивать предложение Джонсона со своей стороны… Он подчеркнул, что не даст “угробить” это дело, выходящее далеко за рамки чистой науки. Слово свое он сдержал, и весь период пребывания его на посту председателя Совмина правительство поддерживало работу международного института, хотя нам постоянно приходилось преодолевать множество трудностей”.  (http://kimura.livejournal.com/17430.html)
А трудности у международного института МИПСА (IIASA) были тогда действительно серьезные, и после советской оккупации Афганистана судьба этого научного центра вообще одно время висела буквально на волоске. Причем сильные удары этот институт получал тогда одновременно со стороны администрации США и советского руководства
Вот как об этом вспоминал Джермен Гвишиани:
“Йоргенсен (датчанин Кристиан Йоргенсен, ученый из МИПСА) сказал, что финансирование США центра было фактически блокировано с начала 1981, но должностные лица института решили, что они не будут считать американский отказ окончательным до июня 1982 в надежде, на изменение политики, которое могло бы произойти. …В самом начале 1982 года возникли проблемы с советской стороной. 4 февраля ЦК КПСС (т.е. Секретариат ЦК) принял решение в целях экономии валюты сократить расходы на содержание загранаппарата и объемы финансирования деятельности международных организаций. В числе прочего предусмотрено было прекращение выплат советского взноса в бюджет ИИАСА, так как он намного превышал сумму взносов советской стороны во все прочие международные неправительственные научно-технические организации. …Наши усилия в Москве принесли результаты. Позицию на продолжение участия СССР в ИИАСА поддержали МИД СССР, президент Академии наук СССР А. П. Александров, президент Академии наук Украины Б. Е. Патон, некоторые руководители общесоюзных министерств и ведомств. Мне удалось лично переговорить с некоторыми членами Политбюро, которые, как оказалось, представления не имели об этом решении и были готовы поставить вопрос о его изменении в части, касающейся ИИАСА”.
(http://ucmopuockon.livejournal.com/5282704.html)
 Что же касается вышеупомянутого здесь председателя Госкомитета по науке и технике Владимира Кириллина, то это, по свидетельству некоторых очевидцев, был один из немногих личных друзей Алексея Косыгина, человека довольно замкнутого по характеру. Возможно, что это был даже его единственный настоящий друг – во всяком случае, среди чиновников такого высокого ранга.
(http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%9C/mlechin-leonid-mihajlovich/brezhnev/8)
 В общем, решающая роль поддержки премьера Косыгина при организации институтов МИПСА и ВНИИСИ вырисовывается очень отчетливо.
 Но если некоторые исследователи теперь утверждают, будто бы председатель КГБ Андропов вообще не имел никакого отношения к этому центру по подготовке экономической реформы в Советском Союзе – то это, конечно, очень сильное преувеличение. Ведь без согласия руководства госбезопасности этот международный проект явно не имел бы вообще никаких шансов на реализацию – поэтому представители московского клана КГБ тоже приняли в нем активное участие, хотя и были там лишь на вторых ролях.  К примеру, заместителем директора ВНИИСИ с 1976 до 1986 года был Борис Мильнер, который ранее (в 1969-76 гг.) занимал пост заведующего отделом в Институте США и Канады. А основателем и директором этого чекистского института был Георгий Арбатов, бывший главный советник Юрия Андропова в аппарате ЦК. Кроме того мы напомним, что по признанию бывшего московского мэра Гавриила Попова, его в 1978 году чуть было не утвердили на посту заместителя директора МИПСА. Правда, к большой досаде профессора Попова, ему тогда не удалось получить постоянную работу в Австрии, и пришлось из Вены возвращаться обратно в Москву, где его ожидала всего лишь скромная должность декана экономического факультета МГУ.
 В общем, получается, что система научных центров МИПСА-ВНИИСИ с советской стороны была как бы совместным предприятием обоих кланов чекистской мафии, в котором, выражаясь современным языком, проамериканскому клану КГБ как бы принадлежал контрольный пакет акций – но зато у московского клана был блокирующий пакет…     
 Кроме того, на клановую принадлежность премьера Косыгина косвенно также указывает такой довольно важный факт: в конце 1979 года он был среди очень немногих членов Политбюро, возражавших против оккупации Афганистана. А как теперь уже точно установлено, решение об этой военной авантюре было принято советским руководством под сильным давлением со стороны “триумвирата” Андропов-Устинов-Громыко. То есть иными словами, это был проект московского клана КГБ. Леонид Брежнев тогда сильно колебался, но ему пришлось уступить этому нажиму “триумвирата”, который полностью контролировал всю внешнюю политику страны.
 Вот сообщение об антивоенной позиции Алексея Косыгина, которую он проявил в беседе с тогдашним начальником Генштаба маршалом Огарковым:
“Косыгин позвонил Огаркову и открытым текстом сообщил, что готовится решение о вводе советских войск в Афганистан. - Как вы лично и Генеральный штаб смотрите на этот возможный шаг? - спросил он Огаркова. - Отрицательно, - сразу же ответил Николай Васильевич. - Если отрицательно, то убедите Дмитрия Федоровича Устинова, что делать это нельзя.” (http://www.mysteriouscountry.ru/wiki/index.php/Варенников_Валентин_Иванович/Неповторимое/Книга_4/Часть_6/Глава_3)
 А ранее, в 1968 году, Косыгин возражал и против советской оккупации Чехословакии.
Андропову, как свидетельствуют протоколы заседаний Политбюро приведенные в работе Р. Пихои “Чехословакия. Год 1968. Взгляд из Москвы. По документам ЦК КПСС”, пришлось даже вступить в резкую полемику с возражавшим против такой акции А. Косыгиным. Осторожный Брежнев, сначала вроде бы занимавший нейтральную позицию, уступил нажиму…”
(https://mgimo.ru/about/news/experts/119084/)

 Теперь мы рассмотрим, как менялось соотношение сил в правящей советской верхушке во время правления Леонида Брежнева. Причем возьмем для разбора только полноправных членов Политбюро (Президиума ЦК), поскольку кандидаты в этот высший партийный орган и простые Секретари ЦК присутствовали там на заседаниях лишь с правом совещательного голоса.

 Через месяц после свержения Хрущева, 16 ноября 1964 года, секретарь ЦК Александр Николаевич ШЕЛЕПИН в награду за этот успешно осуществленный им заговор стал членом Президиума ЦК, и притом он тогда миновал пост кандидата в Президиум, что обычно не делалось.
 Мы напомним, что до Шелепина единственным точно известным нам представителем московского клана КГБ в Президиуме ЦК был Отто Куусинен, который умер в мае 1964 года.
 
Кстати сказать, нам недавно удалось натолкнуться на такое документальное свидетельство об очень рано установившихся дружеских отношениях между комсомольскими функционерами Александром Шелепиным и Юрием Андроповым:
  “В период Великой Отечественной войны Андропов был награжден в 1943 г. Центральным штабом партизанского движения медалью “Партизану Отечественной войны” I степени (наградное представление подписано 23 мая 1943 г. секретарем ЦК ВЛКСМ А. Н. Шелепиным). Ходатайство ЦК ВЛКСМ, подписанное А. Н. Шелепиным 19 октября 1943 г., о представлении Андропова к награждению орденом Красного Знамени, поддержанное Центральным штабом партизанского движения, не было удовлетворено.”
 (http://www.zpu-journal.ru/e-zpu/2014/1/Vasiliev_Mohican-Secrets-Andropov-1/)
Первый секретарь ЦК ЛКСМ Карело-Финской ССР Юрий Андропов во время войны сам лично не партизанил и не руководил военными действиями на оккупированной территории, он тогда всего лишь по заданию чекистов отбирал карельских комсомольцев, пригодных для борьбы в тылу врага. Так что за это и медаль-то вряд ли стоило ему давать, не говоря уже про орден. Но обратите внимание, как горячо Александр Шелепин отстаивал в те годы его интересы… 

Александр Шелепин тогда занял в Президиуме ЦК место выбывшего хрущевца Фрола Козлова.

Для отставки Козлова в ноябре 1964 года была вполне благовидная причина: после приключившихся с ним в апреле 1963 года инсульта и в январе 1964 года еще и инфаркта, второй секретарь ЦК Фрол Козлов стал совершенно недееспособным инвалидом. Так что Хрущев его не отправил в отставку со всех постов только из жалости - чтобы не расстраивать этого партократа, которого он считал своим верным соратником. Умер Козлов уже в январе 1965 года, всего через пару месяцев после отставки. 

 Также в ноябре 1964 года членом Президиума ЦК был избран Петр Ефимович ШЕЛЕСТ, первый секретарь ЦК КП Украины.

 Петра Шелеста историки считают ставленником Николая Подгорного. В октябре 1964 года он под влиянием Подгорного участвовал в свержении Хрущева. Даже эти два украинских партократа предали тогда Никиту Сергеевича, о чем они потом сильно пожалели, когда Брежнев, придя с их помощью к власти, и закрепившись там хорошенько, обоих этих друзей отправил на пенсию. Вот сообщение о том, как Петр Шелест был вовлечен в антихрущевский заговор:
 “Тогда же, в июле 1964 года, в Крыму Шелест переговорил с Николаем Подгорным, которому доверял больше, чем Брежневу. Вот тогда он и принял решение об участии в “улучшении” положения, то есть о том, чтобы идти против Хрущева. Именно Шелесту поручили провести откровенный и при этом осторожный разговор с большой группой (36 человек) партийных работников с Украины, входивших в состав ЦК КПСС.”
(https://unotices.com/book.php?id=155589&page=10)
 Что же касается клановой принадлежности партаппаратчика Петра Шелеста, то в прямом смысле тайным агентом чекистов, то есть настоящей живой марионеткой, он, скорее всего, никогда не был. Во всяком случае, никаких даже намеков на это в его опубликованных подробных дневниках мы так и не обнаружили. И хотя в той великой битве, которую брежневская группировка вела с “комсомольцами” Шелепина и Семичастного, украинский вождь Шелест в конечном счете оказался на стороне шелепинцев, но дружба с ними у него установилась далеко не сразу. А сначала он даже получил от группировки Шелепина пару хороших оплеух, грубо выражаясь.
  Вот как в изложении историка Леонида Млечина проходила проработка Петра Шелеста на заседании Президиума ЦК КПСС в сентябре 1965 года - за его пресловутый “национализм”, то есть за попытку расширить права украинского руководства в области внешней торговли
 “Второго сентября шестьдесят пятого года на президиуме ЦК в конце заседания Брежнев сказал, что надо обсудить записку первого секретаря ЦК компартии Украины Петра Ефимовича Шелеста о работе союзного министерства внешней торговли. …Решительно все члены президиума возразили против предоставления Украине права самостоятельно торговать с заграницей. …Еще жестче выступил Шелепин, который сказал, что за политическую ошибку Шелеста несет ответственность не только он сам, но и Подгорный, который, пользуясь своим положением второго человека в партии, никому не позволяет вмешиваться в дела Украины. …Шелепин потребовал провести пленум ЦК компартии Украины и по-настоящему разобраться, что происходит в республике. …Анастас Микоян увидел в этой атаке на украинское руководство проявление великодержавного шовинизма. Но потом пришел к выводу, что за этой схваткой стояла попытка группы Шелепина подорвать позиции влиятельной украинской группы, на которую первоначально опирался Брежнев. …Брежнев спустил это дело на тормозах. Он примирительно сказал, что сомневается, надо ли проводить пленум, наверное, достаточно, что члены президиума обменялись мнениями, а товарищ Шелест все замечания учтет.”
( https://www.e-reading.club/chapter.php/39546/43/Mlechin_-_Zheleznyii_Shurik.html )
Это было единственное открытое столкновение между группировкой Шелепина и украинской группой Подгорного-Шелеста. Но всего за три месяца до этого, в июне 1965 года, состоялся другой, несколько завуалированный и косвенный наезд “комсомольцев” Шелепина на руководство Украины. Вот как это выглядело, в изложении Л.Млечина:
“Комсомольская правда” в июне шестьдесят пятого года опубликовала невиданно резкую статью писателя Аркадия Сахнина “В рейсе и после”, в которой расписала художества обласканного властью генерального капитан-директора Одесской китобойной флотилии Героя Социалистического Труда Алексея Соляника, чье имя гремело по всей стране. …Главным редактором “Комсомольской правды” был известный журналист и поэт Юрий Петрович Воронов... Первым замом главного был Борис Дмитриевич Панкин (позднее и. о. министра иностранных дел СССР, в 1991 году), еще один талантливый редактор и еще более смелый человек. Они вдвоем и решили опубликовать статью Сахнина. Борис Панкин потом вспоминал, что они учитывали и настроения Шелепина, который по старой привычке опекал “Комсомольскую правду”. …Флотилия Соляника была приписана к Одессе, и руководство Украины возмутилось, потребовало наказать газету. …В Москве за Соляника вступился и самый влиятельный выходец с Украины член президиума ЦК Николай Викторович Подгорный. …Секретарь ЦК КПСС, отвечавший за идеологию, Михаил Андреевич Суслов поручил отделу пропаганды и Комитету партийного контроля разобраться и доложить. Отдел пропаганды, которым руководил Александр Николаевич Яковлев (будущий член Политбюро), изучил всю ситуацию с флотилией, привлек прокуратуру и составил служебную записку: за исключением некоторых мелочей статья правильная. Через четыре месяца, в октябре шестьдесят пятого, вопрос обсуждался на секретариате ЦК. Председательствовал Суслов. …Вдруг открылась дверь, и появился Брежнев. Леонид Ильич никогда не приходил на заседания секретариата - это не его уровень. Он председательствует на политбюро. Брежнев молча сел справа от Суслова. И стало ясно, что генеральный секретарь пришел поддержать Соляника. …Обсуждение шло к тому, чтобы наказать газету и реабилитировать Соляника. И тут слово взял Александр Шелепин, тогда еще секретарь ЦК и член политбюро: - “У нас получилось очень интересное обсуждение. Но никто не затрагивал главного вопроса: а правильно в статье изложены факты или не правильно? …Давайте решим главный вопрос.” В зале заседаний секретариата наступила гробовая тишина. Все растерялись, потому что Шелепин был еще в силе и его слово многое значило. …И карьера Соляника закончилась. Его сняли с должности, по партийной линии объявили ему строгий выговор с занесением в учетную карточку. Потом выяснилось, что Соляник незаконно продавал изделия из китового уса в Новой Зеландии, Австралии, привозил из-за границы дорогие ковры и дарил их членам политбюро компартии Украины.”  (Ссылка та же)
 Но этот острый октябрьский эпизод 1965 года оказался последним, и больше никаких столкновений между шелепинцами и группировкой Подгорного и Шелеста мы не зафиксировали. Напротив, между этими кланами вскоре завязалась большая дружба, которая потом только крепла – пока Леонид Ильич не вытеснил обе эти группировки партократов с вершины власти.
Что же касается гендиректора Алексея Соляника, из-за которого разгорелся весь этот шумный скандал, то, к слову сказать, в его биографии довольно четко просматривается связь с внешней разведкой. Вот цитата из статьи о Солянике в Википедии:
“…С ноября 1942 года по решению СНК СССР вошёл в состав Советской Правительственной закупочной комиссии (СПЗК), оставаясь в США до 1945 года. В этот период он в совершенстве освоил английский язык… Через месяц после возвращения в СССР (в Одессу), А. Н. Солянику было присвоено звание подполковника, и он был командирован в Германию и Польшу для приемки трофейного флота и грузов по репарациям и отправки их в Советский Союз. В октябре 1946 года в Ливерпуле принял немецкую китобазу “Викингер”.
 Мы на всякий случай напомним, что с 1945 до 1947 года за отправку всякого ценного добра из оккупированной Восточной Германии, под видом репараций, отвечал генерал МВД Иван Серов. А резидентом внешней разведки в Берлине в 1945 году служил его лучший друг, полковник госбезопасности Александр Коротков, которого мы теперь считаем главным отцом-основателем будущего проамериканского клана КГБ (поэтому правильнее было бы эту мафию называть кланом Короткова-Серова). Так что получается, что вовсе не случайно в 1965 году на Соляника наехал московский клан КГБ, в лице комсомольской команды Шелепина. А “высокая принципиальность”, проявленная в этом деле Александром Шелепиным (и в которую даже опытный кремленолог Млечин отчасти поверил), скорее всего, была тут только для вида…
 Алексей Соляник был уволен за коррупцию с поста гендиректора Одесской китобойной флотилии 19 октября 1965 года – но, кстати сказать, его служебная карьера на этом вовсе не оборвалась, и он продолжал потом бороздить океаны в качестве капитана дальнего плавания еще много лет. Видимо, слишком уж мощная чекистская “крыша” у него тогда была…
Во всей этой мутной истории интереснее другое: всего через четыре дня после увольнения этого одесского афериста Соляника, т.е. 23 октября 1965 года правительство Украины возглавил новый премьер-министр, Владимир Васильевич ЩЕРБИЦКИЙ.
 Как известно, Владимир Щербицкий был вернейшим соратником Брежнева. Притом в отличие от Подгорного и Шелеста, партаппаратчиков из так называемого “Харьковского клана”, партийная карьера Щербицкого проходила после войны в Днепродзержинске, то есть на родине Леонида Ильича – и под его непосредственным руководством, как первого секретаря Днепропетровского обкома. Недаром в 1982 году Брежнев собирался именно своему земляку Щербицкому уступить пост главы советского государства, по свидетельству некоторых весьма осведомленных лиц (Гришина и Капитонова). 
 Так что партийный вождь Украины Петр Шелест тогда явно не по своей воле уступил второй по важности республиканский пост, председателя Совета министров Украины (который прежде занимал Иван Казанец, его “человек”), этому ставленнику днепропетровской группировки Брежнева.
К этому можно еще добавить, что и Петр Шелест, и Николай Подгорный были тогда категорически против назначения Щербицкого на пост главы украинского правительства, но никакие их протесты тут не помогли. Шелест так об этом пишет в своем дневнике за 12 октября 1965 года: “Под воздействием Брежнева, некоторых секретарей ЦК КПСС, скрепя сердце я дал согласие (на назначение Щербицкого), но это согласие было вынужденным…”
(Петр Шелест, “Да не судимы будете, М., 2016, стр. 267-268)
 Это была советская демократия в действии: все решения тогда принимались как бы добровольно и единогласно, и притом согласно указаниям высшего начальства…
И между Шелестом и Щербицким, естественно, сразу же установились довольно враждебные отношения. А Брежнев вскоре усугубил их соперничество еще больше, когда он в декабре 1965 года выдвинул нового украинского премьера Щербицкого в кандидаты в члены Политбюро, а затем еще и сделал его полноправным членом Политбюро, в апреле 1971 года. При всей важности Украины в нашем союзном государстве, все же обычно такого не было, чтобы в Политбюро ЦК КПСС заседали сразу два руководителя этой республики.
 (Хотя однажды был еще один подобный случай при Сталине, с Кагановичем и Хрущевым. Тогда это состояние продолжалось лишь неполный год, с марта до декабря 1947 года – пока Кагановича не убрали с Украины обратно в Москву)
В общем, Петр Шелест теперь мог легко догадаться, кого именно Брежнев наметил на его место. И ждать этого сокрушительного удара украинскому вождю Шелесту тогда пришлось недолго: уже через год, в мае 1972 года Леонид Ильич на пост первого секретаря ЦК компартии Украины вместо него назначил Владимира Щербицкого.
 А серьезный сигнал о том, что Брежневым активно готовится эта кадровая перестановка, группировка Подгорного-Шелеста получила уже в июле 1970 года, когда на пост председателя КГБ Украины был назначен генерал Виталий Федорчук, видный представитель чекистского клана Короткова-Серова, т.е. будущего проамериканского клана КГБ.
 Вот пара сообщений об этом:
“Как отмечал в своем дневнике Шелест, Федорчук стал заниматься “несвойственными делами: превышением власти и законности, контрольными функциями за советским и партийным активом”. И это была правда, нового “первого чекиста” Украины интересовали секретари ЦК, обкомов, ответственные работники Совета Министров.”
(https://unotices.com/book.php?id=155589&page=22)
 Чекистский генерал Федорчук всегда беспощадно карал “врагов Рейха”, и ему даже приписывают многочисленные тайные убийства без суда украинских диссидентов. И все же на посту председателя КГБ Украины он больше тогда занимался не своими прямыми служебными обязанностями, т.е. искоренением украинского национализма - а готовил почву для свержения Петра Шелеста.
“Появление генерала Федорчука в Киеве не обрадовало Шелеста. “Ничего хорошего я от этой перемены не жду, – записал он в дневнике. – Позвонил мне Андропов, что-то больно обеспокоен, все это не зря, что-то в этой замене кроется”.
(http://www.e-reading.club/chapter.php/91018/25/Mlechin_-_Brezhnev.html)
Как мы видим, этими происками Щербицкого и Федорчука на Украине был тогда также очень обеспокоен и московский клан КГБ, в лице Юрия Андропова.
 Мы напомним, что Андропов в 1967 году сменил Владимира Семичастного на посту председателя КГБ. И, кстати сказать, поскольку Семичастному было тогда еще очень далеко до пенсионного возраста, то Брежневу пришлось озаботиться о трудоустройстве этого деятеля из команды Шелепина. А поскольку в Москве брежневская группировка его оставлять решительно не хотела, то Семичастного отправили работать обратно к себе на родину, на должности первого заместителя председателя Совета министров Украины.
И вот как Семичастный потом отзывался об обоих тогдашних главных руководителях этой республики:
“А вот Владимир Семичастный был убежден: если сравнить политические качества Шелеста и Щербицкого и их масштаб как руководителей, то есть основания утверждать, что Шелест безусловно выше: “Щербицкий – служака, он был преданным брежневским холуем, он никогда не возражал ни на одно даже самое глупое предложение Брежнева”.
(https://unotices.com/book.php?id=155589&page=8)
 Получается, что как минимум с 1970 года партийную группировку Шелеста-Подгорного можно было уже считать в активе московского клана КГБ – в том смысле, что они все тогда сплотились против своего общего врага, брежневской группировки и будущего проамериканского клана КГБ.
 Но по некоторым крупным политическим вопросам этот стратегический союз просматривается и значительно раньше. Например, Шелест и Подгорный твердо поддержали Андропова, Шелепина и всех прочих наших воинственных “ястребов” из московского клана КГБ, когда весной и летом 1968 года решался вопрос о военном подавлении демократической революции в Чехословакии.
Вот пара сообщений об этих драматических событиях:
“На этом заседании выступал и Шелест. Он резко критиковал политику Александра Дубчека. “Мое выступление, – вспоминал Петр Ефимович, – произвело сильное впечатление, вызвало даже какую-то растерянность среди чехословаков и явилось для них неожиданным. Дубчек сразу же после моего выступления взял слово и заявил, что моя речь имеет тон обвинения КПЧ”. После этого Суслов даже предлагал извиниться перед чехами, но Шелест категорически отказался.”
(https://unotices.com/book.php?id=155589&page=14)
 “Брежнев ищет опору. У него появилась какая-то растерянность, нерешительность, вокруг него образовывается сложная ситуация. “Ястребы” в Политбюро ЦК КПСС Шелест, Подгорный, Мазуров, Шелепин и др. требовали немедленно применить военную силу. Так, первый секретарь ЦК Компартии Украины Петр Шелест настаивал на скорейшей ликвидации “Пражской весны”, заражавшей “ядом антисоциалистических идей” украинцев. Брежнев, только еще укреплявший свою власть, готов был выжидать.” (http://www.allprague.cz/prague/military-themes/vtorzhenie-sssr-v-chekhoslovakiyu)
Более мягкую и сдержанную позицию по отношению к чехословацкой “перестройке” тогда в Политбюро занимали только Суслов и Косыгин. Так что Брежневу в конце концов пришлось уступить “ястребам” из московского клана КГБ, у которых было тогда подавляющее большинство в Политбюро – и в августе 1968 года произошло советское военное вторжение в братскую Чехословакию…
 Вот еще одно свидетельство о том, что в начале 70-х годов политический союз между Шелестом и группировкой Андропова уже распространялся и на внутреннюю политику страны:
 “В феврале 1971 года в Киев приехал Юрий Андропов. Петр Ефимович был убежден, что шеф КГБ приехал явно с заданием выяснить его мысли и позиции перед съездом партии. Произошел откровенный разговор, причем Шелест давал достаточно резкие критические оценки стилю руководства центра, стилю работы Политбюро под руководством Леонида Брежнева.”

 (https://unotices.com/book.php?id=155589&page=22)
 Дружба с деятелями из московского клана КГБ проявлялась тогда у украинского вождя Шелеста даже в мелочах. Например, он открыто покровительствовал московскому театральному деятелю Юрию Любимову. Мы уже ранее говорили об этом великом режиссере: сам по себе Любимов нам был не очень интересен, но зато с помощью дружеских связей этого любимца бывшего московского мэра Юрия Лужкова нам удалось точнее определить клановую принадлежность некоторых видных политиков.
Вот это сообщение про Юрия Любимова:  
“Более того, Шелест поддерживал и московских деятелей искусства. Приезжая по делам в Москву, он всегда старался попасть в Театр на Таганке, подружился с Юрием Любимовым. …Они разговорились с Любимовым, который пожаловался, что театру запрещают гастролировать, что негде играть. Тогда Шелест предложил приехать на Украину и добавил: “Я разрешаю. Не волнуйся, все беру на себя”. Театр на Таганке действительно приехал, и гастроли его продолжались больше месяца.” (https://unotices.com/book.php?id=155589&page=18)
Хорошие отношения у Шелеста были тогда и с министром иностранных дел Андреем Громыко.
 “Киевский лидер Петр Ефимович Шелест дал указание постоянному представителю Украины при ООН организовать его жене Ирине Шелест личное приглашение в Соединенные Штаты. Но на всякий случай Шелест прозвонил Громыко: как на это посмотрит министр иностранных дел? Андрей Андреевич был бесконечно любезен, сказал: - Это правильно, пусть съездит и посмотрит другой мир. И даже предложил взять жену Шелеста в свой спецсамолет - он летел в Нью-Йорк на сессию Генеральной Ассамблеи ООН.” (http://domknig.me/readbook/7999/page111.html)
 А ведь сталинский динозавр Андрей Громыко по своему характеру был человеком не слишком-то добрым и услужливым, а скорее наоборот – и далеко не со всеми он бывал так любезен…
Но особенно отчетливо на принадлежность Петра Шелеста в то время к московскому клану КГБ указывает такой очень выразительный эпизод, который кому-нибудь мог бы показаться сравнительно мелким.
“Это свидетельство подтверждает дневник бывшего первого секретаря ЦК КП Украины П.Е. Шелеста. 11 ноября 1972 г. он записал разговор с начальником 4-го Главного управления Министерства здравоохранения СССР Евгением Ивановичем Чазовым, который сообщил ему, что “состояние здоровья Брежнева неважное” и “что ему сделана операция”. (http://velib.com/read_book/ostrovskijj_aleksandr_vladimirovich/kto_postavil_gorbacheva/chast_pervaja_ot_stalina_k_andropovu/gla)
 Состояние здоровья Брежнева было в те годы самым большой тайной, о которой даже членам Политбюро ничего знать не полагалось. И обычно Евгений Чазов на такие темы никогда и ни с кем не болтал, не считая его тайных донесений председателю КГБ Андропову, с которым он регулярно встречался на конспиративных квартирах. Так что стоило Шелесту тогда только настучать брежневской группировке, что Чазов проболтался ему о состоянии здоровья своего самого главного пациента, как этого чекистского Гиппократа наверняка бы вышвырнули за двери кремлевской больницы. Но судя по всему, Чазов полностью доверял Шелесту. И очень похоже на то, что этот украинский вождь накануне своей отставки уже полностью находился в кармане у московского клана чекистской мафии, образно выражаясь. Притом здесь надо еще принять во внимание, что Петр Шелест оставался в то время еще членом Политбюро, до апреля 1973 года. Так что вполне возможно, что Чазов просто тогда по заданию Андропова заранее подготавливал некоторых видных сторонников своего чекистского клана на тот весьма вероятный случай, если Брежневу придется из-за своего состояния здоровья преждевременно оставить пост главы государства…  
Петра Шелеста спровадили на пенсию в апреле 1973 года, с его последнего поста заместителя премьер-министра СССР, который он занял по настоянию Брежнева после увольнения с должности первого секретаря ЦК КПУ. И хотя ему уже было 65 лет, но он был тогда еще вполне здоров и сильно маялся от безделья. Притом и на родную Украину Брежнев его тоже боялся отпустить из Москвы. Поэтому Шелест решил заняться своей прежней, давно им забытой работой - в качестве авиастроителя. И в этом трудоустройстве ему помог именно московский клан КГБ.
 “Тогда он обратился к Леониду Брежневу. Тот сначала хотел его “отфутболить”, однако по настоянию Шелеста позвонил секретарю ЦК КПСС Дмитрию Устинову. Тот в свою очередь – министру авиационной промышленности СССР Петру Дементьеву. Последний устроил Петра Шелеста на работу начальником опытно-производственного конструкторского бюро на заводе при Долгопрудненском исследовательско-конструкторском бюро автоматики, где партийный “националист” проработал свыше десяти лет.”  (https://unotices.com/book.php?id=155589&page=26)
 И как последний штрих к политическому портрету Петра Шелеста мы добавим еще такое сообщение:
“В октябре 1990 года, находясь в больнице, он пишет письмо в редакцию газеты “Правда Украины” под названием “Я верю в разум народный…”. Приветствуя факт постановления Верховным Советом Декларации о суверенитете Украины, Шелест обращает внимание на то, что “именно сейчас особенно активизировались силы, которые выступают против заключения Союзного договора, призывая к выходу Украины из Советского Союза”. Он требует применить закон против мятежников…” (https://unotices.com/book.php?id=155589&page=27)
 То есть, как и полагается представителю московского клана чекистской мафии, этот “националист” остался до конца своей жизни твердым сторонником сохранения советской империи. Но Шелест тут уже ничего не мог сделать, поскольку контроль над руководством Украины во время правления Щербицкого был прочно захвачен проамериканским кланом КГБ, который в конце перестройки взял курс на развал Советского Союза…
 А на примере Петра Шелеста мы наглядно видим, как аморфные и непрочные партийные группировки в годы правления Брежнева постепенно размывались и поглощались более мощными и устойчивыми чекистскими кланами. И забегая немного вперед, мы уже сейчас скажем, что к моменту прихода к власти Юрия Андропова никаких деятелей, независимых от чекистской мафии, среди партаппаратчиков высшего звена уже практически не осталось – и все они были четко закреплены за одним из двух чекистских кланов…

Март 1965 г. – членом Президиума ЦК был избран Кирилл Трофимович МАЗУРОВ.

Некоторые аналитики считают Кирилла Мазурова “соратником и единомышленником А.Косыгина” (например, http://old.lgz.ru/article/7160/) – видимо, только на том основании, что Мазуров был первым заместителем премьер-министра Косыгина в 1965–1978 годах.
Но когда на заседании Политбюро 19 июля 1968 года разгорелся спор между Андроповым и Косыгиным по поводу военного подавления демократической революции в Чехословакии, то Мазуров тогда оказался в группе самых ярых “ястребов”, поддержавших Андропова. (https://litlife.club/br/?b=236598&p=18)
“…И тогда, под давлением консервативного крыла в Политбюро было принято решение силовым путем прекратить “чехословацкий эксперимент”, повторив опыт жуковской “стабилизации” Венгрии двенадцатилетней давности. В пользу такого шага – с учетом своего опыта в Будапеште в 1956 году – активно выступал в Политбюро набиравший тогда аппаратную силу Ю. Андропов, поддержанный другим тогдашним кандидатом в члены этого органа А. Громыко и опиравшийся на мнение других “ветеранов” вроде П. Шелеста и К. Мазурова.”
(http://old.mgimo.ru/news/experts/document119084.phtml)
Так что недаром тогда решением Политбюро именно Кириллу Трофимовичу Мазурову было поручено тайно отправиться в Чехословакию, и там на месте руководить всей советской операцией по “нормализации обстановки”.
  “Всю операцию в стране (в августе 1968 г. в Чехословакии) курировал таинственный “генерал Трофимов”, он же – член Политбюро ЦК КПСС, заместитель председателя Совета Министров СССР К.Т. Мазуров.”
(ссылка та же)
 Некоторые аналитики теперь говорят даже о “тандеме Косыгина-Мазурова”. Но на наш взгляд, это довольно распространенное мнение о том, будто Кирилл Мазуров был настоящим соратником для премьера Алексея Косыгина, скорее всего, неверное. Мы чуть ли не весь Интернет перерыли, но никаких реальных фактов, подтверждающих эту версию, нигде так  и не обнаружили. Просто Косыгин был тогда прямым и непосредственным начальником Мазурова в Совете министров СССР – так что тому поневоле приходилось усердно выполнять все указания своего шефа в области экономики. Но зато на заседаниях в Политбюро они были совершенно равны – и там Мазурову при обсуждении крупных политических вопросов уже не надо было всегда соблюдать субординацию советского чиновника. 
Кроме того, некоторые политологи считают, что Кирилл Мазуров на самом деле входил в “комсомольскую команду” Александра Шелепина – за что потом и был отправлен на пенсию Брежневым.
 “Недоверие Брежнева росло прямо пропорционально развитию его физического недуга.
Первым был удален с высоких постов Шелепин. …Такая участь постигла и многих его сподвижников по комсомолу (Месяцев, Павлов, Семичастный, Тикунов, Мазуров, в частности).” (http://litbook.net/book/124079/poslednie-dvadcat-let-zapiski-nachalnika-politicheskoj-kontrrazvedki/page-18)
Физический недуг Брежнева тут вообще не при чем, поскольку вести свою борьбу с комсомольской командой Шелепина Леонид Ильич начал уже где-то через год после того, как он стал Первым секретарем ЦК, и был тогда еще вполне здоров…
Но действительно, Мазуров и Шелепин в 40-е годы оба одновременно занимали высокие посты в руководстве комсомола. Как явствует из Википедии, Кирилл Мазуров был первым секретарем ЦК комсомола Белоруссии с 1944 до 1947 годах – а Александр Шелепин занимал пост секретаря ЦК ВЛКСМ (простого) с 1943 до 1949 года.
К этому еще можно добавить, что в годы войны Мазуров был настоящим партизаном, в отличие от комсомольских функционеров Шелепина и Андропова – и он больше года отвоевал в тылу врага. Вот сообщение об этом факте из жизни Кирилла Мазурова из Википедии:
“В сентябре 1942 направлен в тыл немецких войск в Белоруссию в качестве представителя Центрального штаба партизанского движения в звании подполковника, где до конца 1943 г. работал в партизанских соединениях; был секретарём подпольного ЦК ЛКСМ Белоруссии.
Что, кстати сказать, по тем временам означало для Мазурова стопроцентную крепкую связь с  руководством внешней разведки (ГРУ или НКВД). И вполне возможно, что именно благодаря этому обстоятельству Кирилл Мазуров сделал потом блестящую карьеру по партийной линии: он был первым секретарем ЦК компартии Белоруссии с 1956 до 1965 года.
 Есть также свидетельства очевидцев, что Леонид Брежнев, став в октябре 1964 года главой государства, всегда опасался сплоченной группировки бывших руководителей белорусских партизан. И некоторые историки считают, что именно по этой причине Брежнев уже в марте 1965 года снял Мазурова с поста партийного вождя Белоруссии и перевел его в Москву, на должность первого заместителя премьер-министра Косыгина. Хотя формально это было тогда как бы повышением, поскольку одновременно Мазурова перевели из кандидатов в члены Политбюро (так с марта 1965 года опять стали именовать Президиум ЦК). Так что получается, что Брежнев предпочел, чтобы Мазуров стал полноправным членом Политбюро – чем бы он по-прежнему руководил своей республикой. Лишь бы вырвать его из белорусской “партизанской” среды, а потом будет уже легче от него избавиться…
 Также очень показательно, с кем вместе Кирилл Мазуров принимал участие в подготовке свержения Никиты Хрущева. Вот сообщение из одного интервью Мазурова, данного им в эпоху перестройки:
 “В общем, Никита Сергеевич стал Вождём, не просто первым секретарём, а человеком с непререкаемыми взглядами и ни с кем не считающимся. И это года два шло, мы терпели. Но между собой мы говорили, что надо Никиту поправлять. – А с кем вы вели такие разговоры? – Абсолютно откровенно я говорил с Козловым, Шелепиным, Полянским, Вороновым... С Сусловым и Брежневым не вёл никаких разговоров.” (http://historydoc.edu.ru/catalog.asp?ob_no=13437&cat_ob_no=13366)
(К сожалению, эта ссылка почему-то перестала работать еще до публикации данной части книги, а другой ссылки нам уже найти не удалось)
 Позднее мы покажем, что члены Политбюро Дмитрий Полянский и Геннадий Воронов тоже примыкали к московскому клану КГБ.
 Можно к этому добавить еще такое вспоминание бывшего дипломата Валентина Фалина:
“По возвращении из Чехословакии по декабрь 1968 г. включительно К. Т. Мазуров регулярно обращался ко мне с различными просьбами. До конца его жизни у нас сохранились добрые, взаимоуважительные отношения.”
(http://loveread.me/read_book.php?id=53565&p=35)
 Мы биографию видного советского дипломата Валентина Фалина в этой книге еще не разбирали, но судя по всему, он тоже принадлежал к московскому клану КГБ, поскольку его считают бывшим ближайшим помощником главы МИД Андрея Громыко. Так что Фалин одно время готовил все выступления и речи своего шефа. (http://www.sovsekretno.ru/articles/id/5367/)
Зато с группировкой Брежнева у Мазурова отношения были очень неважные.
Мы уже говорили о том, что когда Юрий Андропов в 70-е годы впервые попытался пресечь коррупцию в руководстве Узбекистана, то он для этого в 1974 году назначил председателем КГБ этой республики генерала Эдуарда Нордмана, бывшего партизанского командира из Белоруссии. А вот как на эту попытку чекиста Нордмана разоблачить махинации узбекского руководства тогда отреагировал партийный вождь Узбекистана Шараф Рашидов, очень тесно связанный с брежневской группировкой:
“Рашидов смог убедить Брежнева: - Леонид Ильич, что же это такое: у меня работает ближайший человек Мазурова и Машерова. Прошу убрать его из республики.” (http://www.delta-lift.ru/mash/item/215)
Так что когда в 1978 году разгорелся этот конфликт между узбекским руководством и генералом Нордманом, тот был в марте этого года уволен с поста председателя КГБ Узбекистана. Юрий Андропов тогда всерьез опасался за жизнь своего чекиста, поэтому отправил его служить за границу, в ГДР…
 Карьера Кирилла Мазурова закончилась в ноябре 1978 года, когда Брежнев уволил его со всех постов и отправил на пенсию. Формальным предлогом для этой отставки послужили якобы какие-то проблемы со здоровьем у Мазурова – хотя у самого Брежнева состояние здоровья было к тому времени гораздо хуже.
На более реальную причину этой отставки указывает такое сообщение:
“А недавно в фильме “Непокорный белорус”, показанном Белорусским ТВ, рассказано, что предшествовало увольнению Кирилла Трофимовича: в КГБ подготовили докладную записку, с содержанием которой Андропов ознакомил Леонида Ильича. В ней сообщалось, что на Западе Мазуров рассматривается как преемник Брежнева. Зная характер генсека, легко было предугадать его реакцию.”
(https://kprf.ru/pravda/issues/2014/36/article-47218/)
 Это сообщение о якобы подлинной причине увольнения Мазурова на первый взгляд резко противоречит нашей версии о его принадлежности к московскому клану КГБ, то есть к группировке Андропова. Но тут надо принять во внимание, что председатель КГБ Андропов после разгрома команды Шелепина старательно делал вид, будто он самый преданный и услужливый соратник Леонида Ильича. Так что свою докладную записку Андропов вполне мог послать Брежневу просто для перестраховки. Ведь не было особого смысла скрывать эту негативную для Мазурова информацию, поскольку Леонид Ильич легко мог узнать о ней и из других источников. Не говоря уже о том, что та роковая статья о Мазурове, опубликованная в зарубежной прессе, которая послужила будто бы причиной (а скорее всего, лишь поводом) для его отставки, вполне возможно, была инспирирована чекистами из проамериканского клана КГБ. Ведь это был тогда обычный приемчик для советской внешней разведки, размещать в западных газетах заказные статьи с нужным для наших правителей содержанием.
И, кстати сказать, Юрий Андропов в то время запросто сдавал на расправу даже своих ближайших помощников, лишь бы не дать Леониду Ильичу никакого повода, чтобы усомниться в своей абсолютной преданности ему. Можно здесь привести известный случай с Александром Бовиным, который входил в команду советников Андропова:
 “Бовин замечательно писал (доклады для генсека), и Брежнев ценил его за это. Но однажды, будучи в отпуске на юге, Бовин посетовал в письме своей приятельнице, мол, на каких же недоумков ему приходится работать. Письмецо перехватили (чекисты) и Андропову принесли. Предложили списать в архив. А он говорит, ну а кто-то скажет Брежневу, что я покрываю? И отнес ему письмо. Бовина выкинули из аппарата ЦК.”
(http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1229807820)
На принадлежность Мазурова к московскому клану КГБ также указывают некоторые его родственные связи.
 Вот сообщение об этом:
 “Капитонов Владимир Иванович, сын секретаря ЦК КПСС И. В. Капитонова, - Заместитель начальника Отдела заместителя Мэра Москвы в Правительстве Москвы, полномочного представителя Мэра Москвы в Московской городской Думе. Его жена, Наталья Кирилловна, дочь секретаря ЦК КПСС К. Т. Мазурова, преподает в МГИМО.”
(http://prosto-mariya27.livejournal.com/38300.html)
Из этого полубредового названия должности Владимира Капитонова следует, что он в то время работал на Мэра большой буквы) Москвы Юрия Лужкова, мужа миллиардерши Елены Батуриной.
И, кстати сказать, в этом сообщении, взятом из газеты, журналистами была переврана должность Кирилла Мазурова: на самом деле он был не секретарем ЦК КПСС, а членом Политбюро. Тогда как Иван Капитонов хоть и был секретарем ЦК, но он так и остался всего лишь кандидатом в члены Политбюро.
Когда именно состоялась свадьба между Владимиром Капитоновым и Натальей Мазуровой, нам установить не удалось. Но согласно Википедии, их сын Иван родился в 1973 году, когда оба его дедушки были еще на вершине власти…
 Секретарь ЦК Иван Васильевич КАПИТОНОВ формально был на одну ступеньку ниже Мазурова по партийной иерархии. Но зато Иван Капитонов с 1965 до 1983 года возглавлял Отдел организационно-партийной работы ЦК КПСС, один из трех самых ключевых отделов ЦК (всего их там было два десятка). Долгое время его Орготдел был даже самым главным в аппарате ЦК – пока Секретарю ЦК Черненко в конце 70-х годов не удалось его потеснить, со своим Общим отделом ЦК. Так что Капитонов, хоть и старался обычно держаться в тени, но по своему влиянию он явно превосходил иных членов Политбюро того времени - поэтому имеет смысл постараться выяснить его клановую принадлежность. Эта ключевая фигура партаппарата почему-то до сих пор не вызывает особого интереса у историков, и ролью Ивана Капитонова в борьбе за власть между партийными группировками пока еще довольно мало интересуются. Или же без всяких доказательств причисляют его к группировке Брежнева-Черненко – что на наш взгляд, представляет собой явную ошибку. Видимо, аналитиков тут сбивает с толку та чрезмерная угодливость, которую всегда проявлял Капитонов по отношению к генсеку Брежневу. Но этим низкопоклонством тогда очень многие партократы грешили, включая сюда даже Андропова и других его соратников - так что всей этой показной любви к великому Брежневу была грош цена. А когда мы копнули немного глубже, то сразу же всплыли давние и тесные связи Капитонова с некоторыми видными деятелями из андроповской группировки – откуда следует, что на самом деле он примыкал к московскому клану КГБ.
 К примеру, это ясно проявилось, когда летом 1968 года наша правящая верхушка решала, что ей делать с мятежной Чехословакией: Иван Капитонов тогда твердо поддержал “ястребов” из группировки Андропова, а не более умеренных членов Политбюро, Брежнева, Суслова и Косыгина.
 “Мы знаем, например, что 19 июля 1968 года на заседании Политбюро подробно обсуждался вопрос о целесообразности новой двусторонней встречи с лидерами Чехословакии, Брежнев ясно показал в своем выступлении, что он - сторонник политического давления на ЦК КПЧ, что он с большой осторожностью относится к перспективе применения “крайних мер”. С ним согласился Косыгин, который считал, что двусторонняя встреча может стать формой оказания политического давления. …Андропова поддержали на этом заседании Устинов, Мазуров и Капитонов.” (https://zn.ua/SOCIETY/nachalo_i_konets_prazhskoy_vesny.html)
Также замечательные отношения сложились у Капитонова и со ставленником Андропова Михаилом Горбачевым. Вот как характеризует Ивана Капитонова бывший партаппаратчик из ЦК Николай Зенькович:
 “Опекался и поддерживался М. С. Горбачевым. В 1968 г. настоял на избрании М. С. Горбачева вторым секретарем Ставропольского крайкома КПСС вопреки мнению первого секретаря этого крайкома Л. Н. Ефремова, вынужденного уступить мощному напору из Москвы.”
(https://www.e-reading.club/chapter.php/1031727/82/Zenkovich_-_Samye_zakrytye_lyudi.html)
А вот что рассказал о том, каким образом сделал свою блестящую карьеру Михаил Горбачев, один весьма знающий человек, бывший секретарь генерального секретаря ЦК Николай Дебилов, проработавший с Брежневым и его преемниками без малого четверть века:
 “Его (т.е. Горбачева) выдвинул Капитонов. …Если ему не нравился секретарь обкома, будь хоть семи пядей во лбу, все равно Капитонов его снимет. А уж если нравился, то сидел на посту двадцать лет или выдвигался на повышение в Москву.” (https://www.kommersant.ru/doc/730995)
Еще такой отрывок из воспоминаний Виталия Сидорова, другого партаппаратчика из ЦК:
“На переходе неожиданно встретился с бывшим сокурсником по учебе в МГУ, а в то время первым секретарем Ставропольского крайкома партии М.С. Горбачевым. …А в это время к нам подошел секретарь ЦК КПСС И.В. Капитонов. Он обнял Горбачева и поздоровался со мною. …Об этой встрече я рассказал заведующему сектором А.И. Иванову. Тот выслушал меня и, подняв вверх указательный палец, как-то назидательно высказал мне: “Вот видишь, Иван Васильевич обнял его. А ты его все Мишей называешь…”.
(http://zvezda-r.ru/vspomogatelnoe-2012/2682-sidorov.html)
На это могут возразить, что ведь именно Юрий Андропов, когда он стал генсеком, то в 1983 году заведующим Орготделом ЦК вместо Ивана Капитонова назначил Егора Лигачева. Но тут надо пояснить, что Капитонову к тому времени уже было 68 лет - и вдобавок, он еще сильно оглох, по свидетельству очевидцев. Да и Андропов ведь все же оставил его тогда на посту Секретаря ЦК – только теперь Капитонов стал заведовать гораздо менее ответственным отделом ЦК, отвечающим за снабжение товарами народного потребления. И только через три года новый генсек Горбачев отправил этого старца на заслуженный отдых…
    Похоже на то, что хорошие отношения в свое время были у Секретаря ЦК Капитонова и с Егором Лигачевым. Вот цитата из мемуаров Лигачева:
 “Интерес к делу падал, я буквально тяготился, мучился, возвращался вечерами домой в скверном настроении. И в 1965 году, посоветовавшись с женой Зинаидой Ивановной, написал на имя Брежнева заявление, в котором просил направить меня на партийную работу куда-нибудь подальше от Москвы, желательно в Сибирь. ..однако предварительно я поговорил со своим непосредственным руководителем - заведующим орготделом Капитоновым и уж с ним-то говорил откровенно, начистоту. Капитонов меня поддержал.”
(http://lux.e-reading.bz/chapter.php/1002669/2/Ligachev_Egor_-_Kto_predal_SSSR.html)
Лигачев был тогда назначен первым секретарем Томского обкома, чему был очень рад…
Еще такой любопытный факт нам попался: когда в годы перестройки знаменитые следователи по “узбекскому делу” Гдлян и Иванов начали свои разоблачения в коррупции против членов Политбюро Лигачева и Соломенцева, деятелей из андроповской группировки, то за кампанию с ними тогда почему-то попало и Капитонову, хоть он и был давно в отставке. Вот отрывок из интервью бывшего следователя Николая Иванова:
 “В итоге мы не только удержали дело, но и получили санкцию на арест высокопоставленных лиц, в том числе и на Усманходжаева. В его показаниях впервые прозвучали фамилии членов Политбюро: Лигачева, Соломенцева, Капитонова. Когда об этом стало известно, в ЦК КПСС пошел вой: “На кого руку подняли?!”
(http://www.eg.ru/society/51927/)

В апреле 1966 года из Политбюро выбыл Анастас Иванович МИКОЯН, председатель Президиума Верховного Совета СССР.

 “Во время Октябрьского (1964 г.) пленума ЦК КПСС пытался осторожно защищать Хрущёва, подчеркивая его внешнеполитические заслуги. В результате в декабре 1965 года Микоян был отправлен в отставку как достигший 70-летнего возраста…”
(Из Википедии)
Хотя Анастас Микоян был тогда еще вполне здоров, и после отставки он 12 лет прожил.
 Брежнев отобрал у Микояна его руководящую должность в Верховном Совете в декабре 1965 года – чтобы назначить на этот чисто символический пост Николая Подгорного, который после свержения Хрущева некоторое время был вторым секретарем ЦК КПСС. А Подгорный, при своей недалекости, возможно, что и не понял тогда, что его лишили огромной реальной власти, дав ему взамен фактически пустую игрушку. Есть сообщения, что после назначения его главой Верховного Совета, Подгорный всерьез вообразил, что он теперь как бы настоящий “Президент СССР” – и даже требовал, чтобы его так и называли в газетах…   

Тогда же, в апреле 1966 года, был выведен из Политбюро Николай Михайлович ШВЕРНИК.

Шверника также уволили с поста председателя Комиссии партийного контроля (КПК), который он занимал с 1956 до 1966 года.
Но этому заслуженному ветерану тогда было уже 78 лет, и прожил он потом всего лишь четыре года.
Оба этих сталинских выдвиженца, Микоян и Шверник, наверняка не принадлежали ни к одному из чекистских кланов – поэтому они теперь оказались никому не нужны, и за этих почтенных старцев некому было тогда уже заступиться… 

Взамен их в апреле 1966 года был избран членом Политбюро Арвид Янович ПЕЛЬШЕ, который одновременно получил пост председателя КПК. Ранее он был первым секретарем ЦК КП Латвии – с ноября 1959 до апреля 1966 года.
 
 Арвид Пельше был очень осторожен, и старался избегать открытого участия в сварах внутри партийной верхушки. А на своем посту “главного партийного инквизитора”, по свидетельству сменившего его Михаила Соломенцева, Пельше в основном занимался разной мелочевкой - и больше боролся с пьянством и разводами среди партийных работников (из Википедии).
 Видимо, эта природная осторожность Арвида Пельше и уберегла его когда-то от сталинских репрессий по “ленинградскому делу”, в ходе которых после 1949 года сильно пострадали многие руководители из клана Жданова. Мы напомним, что после войны в сферу влияния Секретаря ЦК Андрея Жданова вошла вся Прибалтика – а ведь Пельше занимал пост секретаря ЦК КП Латвии (простого) с 1941 до 1959 года. Так что Арвид Пельше был в свое время несомненным ждановцем. И при этом он не только не был арестован, но даже сохранил свой партийный пост – что нечасто случалось в то суровое время. Возможно, что Сталин принял также во внимание, как смягчающее его “вину” обстоятельство, что непосредственно в Ленинграде этот латыш никогда руководящего поста не занимал…
 И, похоже, что именно по причине своей умеренности и стремлению всегда оставаться в тени, Пельше так и остался самой загадочной и темной фигурой внутри правящей верхушки эпохи Брежнева. К примеру, подавляющее большинство историков до сих пор уверены, что в ходе борьбы за власть над страной Пельше якобы всегда оставался на стороне той брежневской группировки партократов, с которой боролся чекистский клан Андропова. Что, на наш взгляд, является просто недоразумением – поскольку на самом деле Арвид Пельше, скорее всего, был тогда верным соратником председателя КГБ Андропова и его московского клана чекистской мафии.
 Кстати сказать, Пельше в молодости и сам служил одно время чекистом, хотя и очень недолго: в 1918 году он был сотрудником ВЧК в Москве. Кроме того, с 1929 до 1932 года он преподавал историю в Центральной школе НКВД. (Из Википедии). А это все вовсе не мелочь, поскольку, как правильно говорит известная народная пословица, бывших чекистов не бывает…
 Теперь перейдем к тем сообщениям, которые подтверждают эту предполагаемую нами крепкую связь между Пельше и Андроповым.
Начнем мы с того, что во время чехословацкого кризиса 1968 года Арвид Пельше был полностью на стороне “ястребов” из группировки Андропова. Вот сообщение о заседании Политбюро 2 июля 1968 года:
 “Перечислив меры, которые следует предпринять в целях политического выхода из кризиса, Зимянин выступил против предложения оставить советские воинские части на территории Чехословакии после окончания маневров войск стран – участниц Варшавского договора, на чём настаивали Н.В. Подгорный, А.Я. Пельше, П.Е. Шелест, Ю.В. Андропов.”  
 (http://argumenti.ru/society/n466/380246)
 Идем дальше:
 “В одной из своих статей академик Г. А. Арбатов отмечал: “Мне несколько раз доводилось слышать, в частности, от Андропова, о том, что он договорился с Пельше и Сусловым, чтобы вместе или порознь со всей решительностью поставить перед Брежневым вопрос о Щелокове, о необходимости одернуть его, остановить его карьеру, а лучше всего - вообще снять. Этот вопрос перед Брежневым ставили - правда, не знаю, насколько решительно: каждый раз дело кончалось ничем”.
(http://territa.ru/load/1-1-0-10481)
 Конечно, Брежнев бы никогда не сдал андроповской группировке своего верного соратника, министра внутренних дел Николая Щелокова – ведь это была фактически единственная его надежная опора среди руководителей силовых структур…
Теперь такое сообщение, об одном совместном проекте Андропова и Пельше, который крайне неудачно попытался потом осуществить генсек Горбачев:
 “Антиалкогольная кампания, которая носит его имя, на самом деле была не им (Горбачевым) инициирована. Начинал ее еще Андропов, причем, будучи тогда не первым и даже не вторым (как после смерти Суслова) человеком в государстве, а еще в качестве председателя Комитета госбезопасности. Именно он поставил вопрос перед Политбюро о необходимости борьбы вот с пьянством в стране. И его точка зрения была поддержана, поскольку в высших эшелонах власти было понимание тяжести этой ситуации. Была сформирована комиссия под руководством А. Я. Пельше. И эта комиссия разработала антиалкогольный закон. …Однако ничего сделать в то время не удалось: умерли Пельше и Андропов, дело застопорилось.”
(http://virin.ru/1382997959.html)
 А в мемуарах видного чекиста Павла Судоплатова упоминается история о том, как Андропов и Пельше совместно пытались его реабилитировать – но натолкнулись на сильное сопротивление  со стороны Секретаря ЦК Суслова
 “Андропов и Пельше, который возглавлял тогда Комитет партийного контроля, дали в 1977 году заключение по нашим делам, где отметили, что доказательств нашей причастности к преступлениям Берии нет. …Наши дела с заключением Пельше и Андропова …должны были докладывать на Политбюро. Однако Суслов решительно воспротивился этому, а в Комитете партийного контроля и КГБ никто не захотел из-за нас конфликтовать с ним и Руденко.”
 (http://militera.lib.ru/memo/russian/sudoplatov_pa/13.html)
 Мы напомним, что чекистский генерал Судоплатов возглавлял в сталинские времена спецподразделение киллеров в НКВД-МГБ – и был после смерти Сталина осужден на тюремное заключение за совершенные им многочисленные убийства советских граждан. Причем сам Судоплатов искренне считал, что он сидит совершенно ни за что: ведь он тогда тайно убивал без суда всего лишь “врагов народа” – и притом только по приказу высшего начальства! Конечно, Андропов и Пельше не могли не прийти на помощь этому невинно пострадавшему чекисту…
  Нам также удалось отыскать в Сети один довольно интересный пример того, как председатель КПК Пельше “наехал” на одного крупного военачальника, послав к нему с проверкой своего инспектора, некоего Соловьева.
Вот цитата из воспоминаний генерала Валентина Варенникова, бывшего командующего Прикарпатского ВО (в 1973-79 гг.):   
“- Я от Арвида Яновича Пельше. Моя фамилия Соловьев, - и показывает мне удостоверение. Я предлагаю присесть и рассказать, что его привело в округ.
- В Комитет партийного контроля при ЦК КПСС только за последние полгода поступило несколько анонимных писем на одну и ту же тему - о грубых нарушениях, допущенных при строительстве различных объектов в Прикарпатском военном округе, - пояснил он.”
(http://www.mysteriouscountry.ru/wiki/index.php/Варенников_Валентин_Иванович/Неповторимое/Книга_3/Часть_5/Глава_2)
 Этот инспектор КПК Соловьев вцепился тогда в Валентина Варенникова как клещ, за допущенные им мелкие финансовые нарушения – и при содействии Арвида Пельше чуть было совсем не загубил его карьеру. Но генерала Варенникова в самый последний момент (ему уже был вызов на разбор его персонального дела в КПК) спас тогда от “гнусного подкопа гнусной партократии”, как окрестил этот наезд сам генерал в своей книге, партийный вождь Украины Владимир Васильевич Щербицкий.
 Вот что Варенников говорит о своих тесных отношениях с В. В. Щербицким - докладывает очень четко, по-военному:
 “Что касается отношения ко мне лично, то назову только три момента, которые сполна характеризуют Владимира Васильевича (Щербицкого).
Первое - он фактически спас меня от исключения из КПСС (или, как минимум, от получения самого тяжелого партийного взыскания).
Второе - он явился инициатором присвоения мне высокого звания генерала армии.
И третье - он вел со мной наедине …такие откровенные беседы по государственному и партийному устройству, что могло быть только в условиях высокого доверия и полной конспирации.” (http://www.mysteriouscountry.ru/wiki/index.php/Варенников_Валентин_Иванович/Неповторимое/Книга_3/Часть_5/Глава_1#.D0.9)
 Не часто можно встретить такие же откровенные признания в мемуарах бывших партаппаратчиков – и они обычно темнят и путаются, когда говорят о том, каким образом они забрались на вершину власти…
 В общем, теперь можно не сомневаться, что бывший заместитель министра обороны и Главком Сухопутных войск (в 1989-91 гг.) генерал армии Варенников принадлежал к брежневской группировке, то есть к проамериканскому клану КГБ.
На это могут возразить: а как же быть с тем известным фактом, что генерал Варенников принял активное участие в Августовском путче 1991 года? Ведь его тогда за это даже арестовали, вместе с Крючковым и прочими путчистами – и он отсидел потом в СИЗО больше года!
 Но на наш взгляд, мемуары Варенникова и этот вопрос вполне проясняют. Судя по всему, он и в самом деле совершенно ничего не знал о подготовке пресловутого “заговора против президента Горбачева”. Зато, как и полагается высокопоставленному военному, Варенников ранее всегда выступал публично за сохранение Советского Союза. Так что когда настоящие путчисты пригласили его слетать с ними 18 августа 1991 года в Крым к Горбачеву, чтобы уговорить президента отменить подписание нового Союзного договора и ввести в стране чрезвычайное положение, то он охотно согласился. Вот за это его потом и арестовали, хотя он ничего не знал о том, что Горбачева в тот день чекисты из его собственной охраны заблокируют на президентской даче и отключат связь. Но в отличие от всех остальных заговорщиков, Варенников потом отказался принять амнистию – и был оправдан по суду, как полностью невиновный…  
 Но лучше мы вернемся опять к Арвиду Пельше.
“Ходили слухи, будто избранию Андропова (в генсеки) предшествовало жесткое противостояние в политбюро, голоса разделились пополам, и для того, чтобы получить большинство, подняли с одра болезни 83-летнего Арвида Пельше.” (http://www.bbc.com/russian/russia/2012/11/121112_andropov_reforms)
Скорее всего, это были только слухи, поскольку теперь уже точно известно, что никакого противостояния на заседании Политбюро вечером в день смерти Брежнева не было – а наоборот, согласно лучшим партийным традициям, все присутствовавшие единогласно поддержали избрание генсеком товарища Андропова. И хотя вполне возможно, что перед этим официальным заседанием какая-то скрытая борьба “под ковром” среди членов Политбюро все же была – но вряд ли Арвид Пельше и в ней принимал активное участие, поскольку он действительно был тогда болен. Ведь известно, что за три дня до этого заседания, Пельше отсутствовал на Мавзолее во время ноябрьской праздничной демонстрации. Не было его потом и на похоронах Брежнева. Да и умер он всего через полгода после этого, в мае 1983 года. Но все же мы решили привести здесь и это сообщение, поскольку уверены, что эти слухи о поддержке Андропова со стороны товарища Пельше возникли не на пустом месте. И в данном случае совершенно неважно, был ли Пельше на том историческом заседании или нет – а главное, что от него ожидалась там поддержка для Андропова и его соратников…

 Теперь посмотрим, каков был расклад сил в правящей верхушке страны через полтора года после свержения Хрущева. Вот список членов Политбюро, сформированного в апреле 1966 года на Пленуме ЦК после 23-го съезда КПСС:
Л. И. Брежнев, Г. И. Воронов, А. П. Кириленко, А. Н. Косыгин, К. Т. Мазуров, А. Я. Пельше, Н. В. Подгорный, Д. С. Полянский, М. А. Суслов, А. Н. Шелепин, П. Е. Шелест.
(http://www.kommynist.ru/Политбюро_ЦК_КПСС)
Мы напомним, что с октября 1964 до апреля 1966 года из Политбюро были исключены четверо партократов, не входящих ни в один из чекистских кланов: Хрущев, Козлов, Микоян и Шверник.
Их тогда заменили на четверых представителей андроповской и шелепинской группировок, то есть на деятелей из московского клана КГБ и их союзников. Это были Александр Шелепин, Петр Шелест, Арвид Пельше и Кирилл Мазуров.
(Правда, П. Шелест до 1966 года еще не определился и был ближе к брежневской группировке)
В результате у брежневской группировки тогда остались те же четыре члена Политбюро: Брежнев, Кириленко, Суслов и Косыгин.
А остальные семеро членов Политбюро после 1966 года примыкали к андроповской группировке: Воронов, Мазуров, Пельше, Подгорный, Полянский, Шелепин и Шелест.
  И это положение дел в Политбюро, с полным доминированием там московского клана чекистской мафии, не менялось потом целых пять лет - с 1966 до 1971 года.
 
Апрель 1971 г. – после 24-го съезда КПСС в Политбюро были введены Виктор Гришин, Федор Кулаков, Динмухамед Кунаев и Владимир Щербицкий.
 
Что характерно, при этом никто из Политбюро не выбыл – а просто группировка Брежнева расширила состав этого высшего партийного органа, увеличив его с 11 до 15 полноправных членов. Как мы ниже покажем, вся эта четверка новых членов Политбюро принадлежала именно к брежневской группировке – что сразу же изменило соотношение сил в аппарате ЦК в ее пользу.

1. Виктор Васильевич ГРИШИН (1914-1992).
Первый секретарь Московского горкома с июня 1967 до декабря 1985 года.
 Все историки относят Виктора Гришина к брежневской группировке – и мы совершенно с ними согласны. Ведь именно Гришина,  наряду с Григорием Романовым, брежневцы пытались протолкнуть в генсеки вместо умирающего Черненко. А когда эта попытка в марте 1985 года провалилась, то Михаил Горбачев поспешил избавиться от обоих своих главных конкурентов: уже в июле 1985 года из Политбюро был исключен Романов, а в феврале 1986 года дошла очередь и до Гришина…
 Политические связи Виктора Гришина тоже указывают на его принадлежность к будущему проамериканскому клану КГБ и к брежневской группировке. Вот отрывок из мемуаров Гришина:
 “Потом мы все постоянно чувствовали натянутость отношений между Л.И. Брежневым и А.Н. Косыгиным. Наши отношения с Алексеем Николаевичем и его семьей были дружескими, о чем я еще скажу дальше. Это стало известно Л.И. Брежневу, и его отношение ко мне к середине 70-х годов изменилось. Он стал относиться ко мне с недоверием, подозрительно и даже с предвзятостью. …Л.И. Брежнев вдруг сказал мне: “Ты, Виктор, придерживайся моей линии, а не линии Косыгина”. Я был удивлен. Ответил ему, что у нас общая линия, это линия партии, ее программа и устав, решения съездов и пленумов ЦК.” (http://www.x-libri.ru/elib/grshn000/00000016.htm)
Наш небольшой комментарий: у проамериканского клана КГБ, в который входили Алесей Косыгин и его зять Джермен Гвишиани, и в самом деле была “общая линия” с брежневской группировкой, то есть между ними был заключен союз против общего врага, московского клана КГБ. Поэтому генсек Брежнев, хоть он и сильно не любил Косыгина, но все же терпел его на посту премьер-министра целых 16 лет, фактически до самой его смерти. Так что Гришин тогда правильно удивился этим мелким придиркам со стороны Брежнева. Видимо, дело было в том, что как раз с середины 70-х годов у Леонида Ильича начал развиваться его старческий маразм…
 Судя по всему, очень хорошие отношения у Виктора Гришина были и с Константином Черненко, верным помощником Брежнева. Вот сообщение о том, как в 1985 году Гришин устроил рекламный телеспектакль с участием себя и умирающего генсека Черненко:
“Не могу сообщить ничего конкретного об инициаторах встречи, когда перед мартовскими (1985 г.) выборами в Верховный Совет РСФСР по советскому телевидению был показан полуживой Черненко, уже не стоявший на ногах. …Присутствовавший на этой встрече, которая оставила у всех чувство тяжести и стыда (как такое могли позволить врачи - Чазов и другие?), испытанный, доверенный помощник Черненко В. Прибытков заверял меня, что не имел к сей инициативе отношения и глубоко раскаивается, что участвовал в этом спектакле. По его мнению, В. Гришин хотел получить от этой акции политические дивиденды.”
 (В. Фалин, https://biography.wikireading.ru/157079)

2. Федор Давыдович КУЛАКОВ (1918-1978).
 Секретарь ЦК по сельскому хозяйству с сентября 1965 до июля 1978 года.
У Федора Кулакова сложилась репутация одного из главных благодетелей Михаила Горбачева, который помог сделать карьеру будущему президенту СССР. Но на самом деле Кулаков, будучи первым секретарем Ставропольского крайкома в 1960-64 гг., помог тогда Горбачеву лишь сделать самые первые шаги - сначала по комсомольской, затем по партийной линии. А потом, как известно, Горбачев познакомился с председателем КГБ Андроповым и его соратниками, которые и протолкнули его еще выше, на самую вершину власти. Тогда как Федор Кулаков, судя по его политическим связям, принадлежал к брежневской группировке.
 И в первую очередь, Кулаков был тесно связан со своим старым знакомым Константином Черненко.
 “В обкоме (Пензенском) Кулаков познакомился с человеком, который сыграет важную роль в его жизни, - Константином Устиновичем Черненко, который с 1945 по 1948 год был секретарем Пензенского обкома партии. Вместе они проработали три года. В 1948-м Черненко отправили в Молдавию заведующим отделом пропаганды республиканского ЦК, где его приметит Леонид Брежнев. В 1964 году все трое встретятся в Москве, и мнение Черненко о Кулакове будет иметь значение для Леонида Ильича…”
(http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%9C/mlechin-leonid-mihajlovich/brezhnev-razocharovanie-rossii/4)
 Вот еще одно сообщение на ту же тему:
 “Однако кандидатура Лихоты не прошла: Кулакову, бывшему тогда секретарём ЦК КПСС и входившему во влиятельную обойму ближайшего окружения Л.И. Брежнева благодаря личному знакомству с К.У. Черненко со времён совместной работы в Пензенском обкоме ВКП(б) в 40-е годы, не удалось протащить своего протеже.” (https://biography.wikireading.ru/157009)
 Хорошие отношения были у Федора Кулакова и с Николаем Щелоковым, другим соратником Брежнева по Молдавии.
“Говоря о Щелокове, отметим, что с Кулаковым у них были теплые, хорошие отношения. Они были соседями по даче (жили на одной территории). Сын Кулакова, окончив Академию МВД, работал в системе органов внутренних дел.”
 (https://ogrik.ru/b/maksim-aleksandrovich-brezhnev/ministr-shelokov/23680/n-a-shelokov-i-m-s-gorbachev/57)
Правда, этот сын Федора Кулакова выше звания подполковника МВД так и не поднялся, по причине своего алкоголизма. И отец с ним был в ссоре, из-за этого его пристрастия.
(Из книги Н. Зеньковича “Самые секретные родственники”)
 Но мало ли у нас пьющих начальников, и их карьере это никогда особенно не мешало - вспомним хотя бы все выкрутасы президента Ельцина. Так что, скорее всего, сыну Кулакова (которого даже имени теперь никто не знает) тогда помешала пробиться в номенклатуру преждевременная смерть его отца. Да и генерал Щелоков был через несколько лет после этого снят с министерского поста…
 Есть еще сообщение о том, как в 1976 году Федор Кулаков cовместно с Кириленко и Сусловым помешал андроповцу Дмитрию Устинову, назначенному тогда министром обороны, поставить своего человека на освобождаемый им пост Секретаря ЦК по оборонной промышленности.
Секретарем ЦК КПСС вместо Устинова в октябре 1976 года избрали Якова Рябова. Избрание Рябова поддерживали Ф.Д.Кулаков, А.П.Кириленко, И.В.Капитонов. Устинов хотел видеть на этом посту своего ставленника председателя ВПК Л.В.Смирнова, но, по словам Рябова, против этого выступал М.Суслов. …Впоследствии, именно под влиянием Устинова Рябова “ушли” из ЦК КПСС.”
(http://elitehistory.info/index.files/phisiki/RyabovYP.htm)
 Почему Капитонов в данном случае поддержал не андроповскую группировку, а брежневскую, это нам не совсем понятно. Но тут еще надо учесть, что Секретарь ЦК Капитонов ведь не был полноправным членом Политбюро, так что, не ему тут было бороться с такими титанами из брежневской группировки, как Кириленко и Суслов – а лучше было подумать о своей собственной карьере, как бы она не закатилась раньше времени…
 Как мы уже говорили ранее, смерть Федора Кулакова в июле 1978 года помогла Юрию Андропову протащить своего ставленника Горбачева из провинции в Москву, на освободившийся пост Секретаря ЦК. Причем с самого начала ходили упорные слухи, что Кулаков то ли сам тогда покончил с собой, то ли ему даже помогли уйти из жизни. Точно известно только одно: Кулаков в тот год попал в опалу – и за две недели до смерти его подвергли критике на Пленуме ЦК, посвященном сельскому хозяйству. Вот что сообщает по этому поводу Виктор Гришин, с которым у Кулакова, по всей видимости, были очень доверительные  отношения:
“Я думаю, что это смерть от сердечного приступа, потому что, когда я ему 16 июля звонил по телефону, он сказал “Я больше не могу жить, Витя, у меня сильно болит сердце, я не могу больше смотреть на этот бардак в партии”. Может быть, еще на него подействовала та критика на Пленуме ЦК, не знаю. Но что это сердечный приступ - это точно.”
(Кулаков умер на следующий день, 17 июля 1978 г.)  (http://www.peoples.ru/state/statesmen/fedor_kylakov)
 Еще нам попалось такое сообщение о связях Кулакова с деятелями из брежневской группировки:
 “По свидетельству Рунова, среди тех, кто оказывал Бородкиной свое покровительство, были даже члены Президиума Верховного Совета СССР, а также секретарь ЦК КПСС Федор Кулаков. Когда Кулаков умер, семья пригласила на его похороны всего двух человек из Краснодарского края – Медунова и Бородкину. …Хозяин Кубани Медунов, близкий друг Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Брежнева и секретаря ЦК Константина Черненко, всячески препятствовал работе Следственной части Генпрокуратуры. Однако в Москве у него оказался могущественный противник – председатель КГБ Юрий Андропов. А с избранием его в ноябре 1982 года Генсеком у прокуратуры были окончательно развязаны руки.”
(https://pravo.ru/process/view/117387)
 Мы поясним здесь, что Берта Бородкина руководила трестом столовых в Геленджике (Краснодарский край). Причем она там проворовалась до такой степени, что была расстреляна по приговору суда в 1983 году. Естественно, что сама по себе эта дама никому была не нужна - иначе бы таких аферистов из сферы торговли тогда расстреливали тысячами. И Бородкина была арестована в 1982 году явно лишь по той причине, что чекисты из андроповской группировки с помощью судебных процессов над руководителями торговли из Кубани стремились дискредитировать первого секретаря Краснодарского крайкома Сергея Медунова. Что андроповцам вполне тогда удалось сделать, так что в результате Брежневу пришлось снять Медунова с поста руководителя этого богатого края…

3. Динмухамед Ахмедович КУНАЕВ (1912-1993).
Первый секретарь ЦК КП Казахстана с декабря 1964 до декабря 1986 года.
 Динмухамед Кунаев подружился с Леонидом Брежневым, когда тот с 1954 до 1956 года занимал руководящие посты в Казахстане.
“В 1955 году Кунаев стал Председателем Совета министров республики. Необходимая в таких случаях аудиенция с Хрущевым прошла исключительно благожелательно. Считается, что на это назначение оказал влияние Брежнев, который уже успел проникнуться глубоким уважением к профессиональным и человеческим качествам Динмухамеда Ахмедовича.”
(https://forbes.kz/leader/blagodarnyiy_vek)
 Разумеется, этого верного соратника Леонида Ильича можно без всяких колебаний причислить к брежневской группировке в Политбюро. Правда, Кунаев, по понятным причинам, обычно держался в стороне и избегал активного участия в подковерных кремлевских сражениях. Но зато у себя в республике он все же засветился в одной подобной сваре, когда он выкурил из Казахстана второго секретаря ЦК КПК Михаила Соломенцева, позднее члена Политбюро и ставленника Юрия Андропова.
Вот сообщение на эту тему:
 “Он (т.е. Брежнев) сделал руководителем Казахстана своего друга Динмухамеда Ахметовича Кунаева. Тот сразу избавился от второго секретаря Михаила Сергеевича Соломенцева: позвонил Брежневу и рассказал, что тот “потерял авторитет перед общественностью и продолжать работать с подмоченной репутацией не может”. Речь шла о романе Соломенцева с некой дамой, работавшей врачом в совминовской поликлинике. Они обычно встречались в гостинице, но однажды их застукал муж-милиционер и поколотил партработника. Леонид Ильич сделал приятное другу и убрал из Казахстана Соломенцева…”
(http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%9C/mlechin-leonid-mihajlovich/brezhnev-razocharovanie-rossii/4)
Вот еще цитаты из воспоминаний самого Динмухамеда Кунаева:
 “Стиль и методы работы Лигачева и его сотрудников были, на мой взгляд, негодными и не отвечали духу времени. Их суть сводилась к тому, что они охотно изучали анонимки на неугодные им кадры, всеми силами выискивали “компрометирующие материалы”, а затем добивались отстранения “жертвы” от работы. Его необъективность я испытал и на себе. …Соломенцев работал первым секретарем Карагандинского обкома и вторым секретарем ЦК КПК. Занимая высокие посты в республике, ничего существенного не сделал для развития экономики, культуры и роста кадров, особенно из представителей местного населения. Какая бы проблема не изучалась, ему всюду мерещился и всюду виделся только национализм. Это особенно проявлялось, когда он по поручению Горбачева приехал в республику для “усмирения” участников декабрьских событий 1986 года.”
(http://bibliotekar.kz/o-moem-vremeni-dinmuhamed-kunaev/rabochie-budni-i-pobedy-respubliki.html)
 Мы к этому только добавим, что в своих воспоминаниях интеллигентный по характеру Кунаев больше никого из видных советских руководителей не критиковал – только этих двоих представителей андроповской группировки.
Кстати сказать, Михаил Соломенцев в своих мемуарах не только не вспоминает историю о том, как его со скандалом выставили из Казахстана, но даже не счел нужным там упомянуть, что он с 1962 до 1964 года занимал пост второго секретаря ЦК КПК. У него в книге эти два года жизни вообще пропущены. Но подробный разговор о Соломенцеве у нас еще впереди – поскольку членом Политбюро он стал лишь в декабре 1983 года, уже при генсеке Андропове, и с его подачи…

4. Владимир Васильевич ЩЕРБИЦКИЙ (1918-1990).
Первый секретарь ЦК КП Украины с мая 1972 до сентября 1989 года.
Владимир Щербицкий имеет твердую репутацию одного из главных соратников Брежнева. На тесную связь с брежневской группировкой и с будущим проамериканским кланом КГБ указывают также дружеские отношения Щербицкого с бывшим председателем КГБ Украины Виталием Федорчуком, который в мае 1982 года сменил Андропова на посту шефа КГБ.
 Вот сообщение о том, как оценил это назначение генерала Федорчука председателем КГБ А.И. Байгушев, бывший помощник М.А. Суслова:
“В.В. Федорчук появился в Москве как авангардный полк Щербицкого, который должен был занять плацдарм и обеспечить переход в генсеки самого Щербицкого”.
(http://www.x-libri.ru/elib/bjgsh000/00000085.htm)
 Мы тоже согласны с тем, что это назначение Федорчука не имело бы никакого смысла, если бы Брежнев не собирался в скором времени уступить свой пост генсека Щербицкому. Иначе бы Леонид Ильич наверняка назначил председателем КГБ своего лучшего друга, чекистского генерала Цинева – ведь Федорчука Брежнев совсем не знал… 
Еще приведем такую цитату из интервью генерала Федорчука:
“Я лично за те полтора года, что при Шелесте работал, был у него на докладе всего два или три раза, все больше ходил к Щербицкому, возглавлявшему тогда Совмин республики. С ним и решал все вопросы…”
(http://rutlib.com/book/18347/p/7)
 То есть председатель КГБ Украины Федорчук открыто игнорировал тогда украинского партийного лидера Петра Шелеста – и был полностью на стороне премьера Владимира Щербицкого, брежневского ставленника.
 Вот еще целый ряд сообщений на эту тему, для полной ясности:
“Эту версию разделяет и тогдашний секретарь ЦК КПСС по кадрам И.В. Капитонов:
- Примерно за месяц до кончины Леонид Ильич сказал мне, что он принял решение передать пост генсека Щербицкому. Теперь понятно, почему Брежнев неожиданно назначил председателем КГБ СССР руководителя украинской госбезопасности В.Ф. Федорчука. Такая опора Щербицкому была нужна перед лицом сплочённой группировки “московских бояр”.  
(https://biography.wikireading.ru/157080)
“С приходом к власти Леонида Брежнева дела Владимира Щербицкого начали улучшаться: в октябре 1965 года его снова назначили главой Совета Министров УССР, поскольку его предшественника Ивана Казанца перевели на работу в Москву. И тут уместно напомнить, что возвращение Щербицкого на тогдашний премьерский пост произошло вопреки мнению Шелеста. Он после обсуждения на Президиуме ЦК Компартии Украины настаивал на кандидатуре Александра Ляшко, работавшего секретарем ЦК.”
(https://unotices.com/book.php?id=155589&page=13)
“Еще в 1966 году Владимира Щербицкого избрали кандидатом, а в апреле 1971-го членом Политбюро ЦК КПСС. Это был уникальный случай: ни одна из тогдашних союзных республик никогда не имела одновременно двух членов союзного Политбюро. Собственно, тем самым последователь Шелеста уже был определен. Это был отчетливый и тревожный сигнал.”
 (https://unotices.com/book.php?id=155589&page=21)
“Однако, как я уже упоминал, температура личных отношений Андропова и Щербицкого пошла на понижение, пока не опустилась в конце концов до уровня холодного взаимного неприятия. Тогда же перед съездом стали налаживаться неформальные контакты председателя КГБ Украины Федорчука с Черненко; в свою очередь, генерал-полковник Федорчук был доверенным человеком Щербицкого и отличался твёрдым характером. По словам автора весьма содержательной книги “МВД в лицах” Владимира Некрасова, на Украине Федорчук в качестве председателя республиканского КГБ “себя поставил в отношении центрального аппарата КГБ (читай: Андропова. - В.Л.) достаточно независимо”. Со временем отношения Чернёнко и Федорчука перерастут в подлинную дружбу. А в короткую бытность Андропова генсеком изобретательный по части диагнозов Чазов публично обвинит Федорчука в том, будто бы это именно он отравил Черненко на отдыхе в Крыму.”
(http://www.x-libri.ru/elib/legst000/00000049.htm)
Мы уже упоминали в одной из прежних частей этой книги об этой знаменитой копченой рыбе, подаренной секретарю ЦК Черненко летом 1983 года зятем генерала Федорчука. Все семейство товарища Черненко ело эту рыбку, и ничего – а сам Константин Черненко тогда чуть не помер, еле его откачали врачи. Так что вряд ли тут было дело именно в отравленной рыбе, а скорее всего это был только повод для гиппократов из московского клана КГБ, чтобы свалить это отравление на генерала Федорчука…   
 Приведем еще такой интересный эпизод из жизни Владимира Щербицкого. Как известно, генсек Черненко скончался 10 марта 1985 года, в очень выгодный момент для андроповца Михаила Горбачева – поскольку двое видных представителей брежневской группировки, Романов и Щербицкий, находились тогда далеко от Москвы, и поэтому не смогли принять никакого участия в подковерной борьбе за власть.
“Целью визита советской делегации, который запланировали на 3-13 марта (1985 г.), было обсуждение вопросов возможной разрядки в двусторонних отношениях. А кульминацией – встреча Владимира Щербицкого с американским президентом Рональдом Рейганом. …Самолет советской делегации ИЛ-62 не спешили перегонять с Кубы в Нью-Йорк, и Владимир Васильевич, проведя почти сутки в американском аэропорту, опоздал на историческое заседание Политбюро.” (http://therussianamerica.com/web_RusUSA/articles/507/1/)
Григорий Романов еще успел попасть из своего литовского санатория хотя бы на то второе заседание Политбюро 11 марта 1985 года, на котором Михаил Горбачев был единогласно выдвинут кандидатом в Генеральные секретари ЦК. Но даже для этого Романову пришлось буквально рисковать своей жизнью, вылетев в нелетную погоду. И как оказалось, Романов напрасно тогда так спешил, поскольку на самом деле все фактически решилось еще в день смерти товарища Черненко – когда вечером 10 марта по решению Политбюро Горбачева назначили Председателем Похоронной Комиссии. Что, по установившейся партийной традиции, означало почти автоматическое избрание потом на Пленуме ЦК в генсеки. А Щербицкий опоздал на оба эти исторические заседания Политбюро, на которых фактически решилась судьба всей нашей огромной советской империи – и даже на Пленуме ЦК его не было. Причем сначала его перелет из Калифорнии в Нью-Йорк сильно задержали американские власти, до утра 11 марта. А в аэропорту Нью-Йорка Щербицкому потом пришлось потерять много времени, поскольку туда долго не пересылали советский самолет с Кубы. И мы напомним на всякий случай, что Остров Свободы был издавна настоящим оплотом для московского клана КГБ, так что “неполадки” с этим самолетом вполне могли тогда возникнуть вовсе не случайно...
 Вот как пишет об этом в своей книге историк Александр Островский:
 “От Кубы до Нью-Йорка намного ближе, чем от Сан-Франциско. Поэтому пока советская делегация добиралась из Сан-Франциско до Нью-Йорка советский “Ил” с Кубы уже мог ожидать ее в нью-йоркском аэропорту. Если же этого не произошло, значит, задержка была создана искусственно. По утверждению В. И. Болдина, “эту задержку” организовали “ребята Чебрикова из КГБ”. И хотя подать военные самолеты в Сан-Франциско можно было почти сразу же, руководство американских ВВС не стало спешить. “И, – вспоминает Б. И. Стукалин, – пошли томительные часы неизвестности и смутной тревоги. …Как сообщили нам хозяева, пилоты двух самолетов, предоставленных в распоряжение делегации, гуляют в припортовых кабачках, их усиленно ищут. Один из самолетов оказался готов только около 10 часов утра, и мы немедленно вылетели в Нью-Йорк.”
(https://unotices.com/book.php?id=139416&page=136)

Апрель 1973 г. – из Политбюро выбыли Геннадий Воронов и Петр Шелест.
Вместо них были введены Юрий Андропов, Андрей Громыко и Андрей Гречко.

О Шелесте, Андропове и Громыко мы уже говорили: они из андроповской группировки, то есть из московского клана КГБ.
Как мы ниже покажем, для Геннадия Воронова тоже довольно четко вырисовывается андроповская группировка, так что эта мафия в результате такой замены двух фигур сохранила тогда свой состав из 7 членов Политбюро. Но при этом она заметно выиграла по качеству, так сказать – выдвинув в Политбюро двоих деятелей, более авторитетных и более тесно связанных с московским кланом чекистской мафии.
В то же время брежневская группировка теперь выросла с 8 до 9 членов Политбюро, за счет маршала Гречко, соратника Леонида Ильича.
Это пополнение было не такой уж мелочью, поскольку если бы теперь Брежнев вдруг преставился, то у его сторонников был бы в Политбюро перевес в один голос при выборах нового генсека… 

1. Геннадий Иванович ВОРОНОВ (1910-1994).
Бывший председатель Совета министров РСФСР (с ноября 1962 до июля 1971 года), председатель Комитета народного контроля (КНК) с июля 1971 до мая 1973 года.
Мы начнем с того, что в 1966 году Геннадий Воронов безуспешно пытался воспрепятствовать хитроумному плану Брежнева по ликвидации МВД России, которое возглавлял шелепинец Вадим Тикунов – чтобы вместо этого восстановить союзное министерство во главе с верным брежневцем Николаем Щелоковым.
 “В июле 1966 года Брежнев поставил вопрос о воссоздании союзного Министерства охраны общественного порядка. Против выступил глава правительства России Геннадий Иванович Воронов. Он не хотел терять такое важное министерство. …Вопрос отложили. Воронов уехал в Муром. Ему туда позвонил Брежнев: - Слушай, все уже “за”. Один ты остался. Пришлось Воронову согласиться. - Кого будем назначать министром? - для порядка спросил Брежнев. - Тикунова, - Воронов хотел сохранить на важной должности своего министра.” (https://biography.wikireading.ru/60654)
(Мы напомним, что Вадим Тикунов был тогда снят с министерского поста и закончил свою жизнь послом в одной африканской стране) 
 Некоторые аналитики и самого Геннадия Воронова считают соратником Александра Шелепина:
 “Шелепин был удален из Политбюро, а вслед за ним постепенно удалены и его соратники (Г. И. Воронов, П. Е. Шелест, Д. С. Полянский и др.).” (https://ogrik.ru/b/maksim-aleksandrovich-brezhnev/ministr-shelokov/23680/komsomolcy-shelepina-i-dnepropetrovcy-brezhneva/32)
 Хотя Геннадий Воронов никогда комсомольским функционером не был, и он сразу начал свою карьеру по партийной линии, еще до войны. И прямых служебных контактов между Шелепиным и Вороновым тоже в их биографиях не просматривается. Так что когда они успели подружиться, это непонятно…
 Вот это сообщение свидетельствует о взаимных симпатиях этих деятелей. Речь здесь идет о знаменитом критическом выступлении на Пленуме ЦК в июне 1967 года шелепинца Николая Егорычева, первого секретаря Московского горкома. Это выступление было посвящено будто бы плачевному состоянию системы ПВО Московского военного округа. Что брежневская группировка расценила тогда как прямой наезд на себя – и отреагировала на такое поползновение  со стороны команды Шелепина очень агрессивно.
“Когда после выступления Егорычева был объявлен перерыв, - вспоминал Геннадий Воронов, - я покидал зал вместе с Шелепиным, и он мне говорит: “Во, Геннадий Иванович, выступление! А?” Я отвечаю: “Стоящее. И, оглянувшись, вдруг вижу, что сзади, в двух шагах, идет Леонид Ильич и смотрит на нас... Я обомлел: надо же, подслушивает!” “После перерыва, - рассказывал много лет спустя Александр Шелепин, - очередные ораторы свои заранее заготовленные речи начали с проработки Егорычева, причем чуть ли не одними и теми же фразами. Свое пространное заключительное слово Брежнев почти целиком посвятил Егорычеву, доказывая, что ЦК много и последовательно занимается обороной страны, а уж в особенности противовоздушной”. (https://www.kommersant.ru/doc/1802427)
 Воронову и вправду было отчего тогда “обомлеть” за свое неосторожно вылетевшее словечко: ведь Николая Егорычева за его “антипартийное выступление” тут же сняли с поста первого секретаря МГК и сильно понизили в должности – сначала он стал заместителем министра, а потом вообще уехал послом в Данию (явная ссылка)…
 Вот что пишет бывший партаппаратчик Николай Зенькович об отношении Геннадия Воронова к генсеку Брежневу:
“Приход Л. И. Брежнева к власти был для него (Г. Воронова) неожиданностью и встречен, судя по дальнейшему поведению, отрицательно. …Л. И. Брежнев считал, что председатель Комитета народного контроля входить в состав Политбюро не должен. По мнению Г. И. Воронова, это принижало роль КНК. С этим он не мог согласиться и подал в отставку: “В апреле 1973 года я попросил освободить меня от обязанностей председателя Комитета народного контроля СССР. Тогда же меня вывели из Политбюро. А в 1976 году перед самым ХХV съездом КПСС вместе с Мжаванадзе, Шелепиным и Шелестом вывели и из ЦК.”
(http://www.e-reading.club/chapter.php/1031727/31/Zenkovich_-_Samye_zakrytye_lyudi.html)
Симпатии Воронова к группировке Шелепина проявились и во время подготовки свержения Никиты Хрущева.
Мы еще раз приведем здесь цитату из интервью Кирилла Мазурова:
 “В общем, Никита Сергеевич стал Вождём, не просто первым секретарём, а человеком с непререкаемыми взглядами и ни с кем не считающимся. И это года два шло, мы терпели. Но между собой мы говорили, что надо Никиту поправлять. – А с кем вы вели такие разговоры? – Абсолютно откровенно я говорил с Козловым, Шелепиным, Полянским, Вороновым... С Сусловым и Брежневым не вёл никаких разговоров.” (http://historydoc.edu.ru/catalog.asp?ob_no=13437&cat_ob_no=13366)
И во время чехословацкого кризиса 1968 года Геннадий Воронов был полностью на стороне “ястребов” из группировки Шелепина и Андропова, судя по такому сообщению:
Брежнев колебался. …Наиболее активно за вторжение выступал руководитель украинской парторганизации Петр Шелест, почему-то решивший, что с приходом к власти Дубчека Чехословакия превратилась в “заповедник сионизма”. На сходных позициях стояли Геннадий Воронов, Кирилл Мазуров, Дмитрий Полянский и Александр Шелепин. Заметим, что перечисленные товарищи в течение последующих нескольких лет по инициативе Брежнева так или иначе были убраны из Политбюро.” (http://www.snowforum.ru/forums/?board=politics&action=list&thread=139548)

2. Андрей Антонович ГРЕЧКО (1903-1976).
Министр обороны с апреля 1967 до апреля 1976 года.
 По всей Сети широко распространена легенда о том, будто бы Андрей Гречко и Леонид Брежнев подружились во время войны, когда они вместе служили в 18-ой армии. К примеру, на этот миф купился даже такой, вроде бы знающий историк, как Леонид Млечин. Но на самом деле Гречко и Брежнев наверняка на войне никогда не встречались, поскольку генерал-лейтенант Гречко командовал 18-ой армией с октября 1942 до января 1943 года (Википедия) – а полковник Брежнев руководил политотделом этой армии с апреля 1943 до мая 1944 года. (http://www.warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=1614)
 Маршал Гречко обычно избегал прямого участия в большой политике, даже когда его ввели в Политбюро – и его всегда интересовали исключительно военные дела. Мы перетряхнули чуть ли не всю Сеть, но так и не обнаружили у него видимых прямых связей ни с одной группировкой партократов. Не был министр обороны Гречко и настоящим личным другом для Леонида Ильича – в отличие, к примеру, от своего главного соперника, секретаря ЦК Дмитрия Устинова. Так что Брежнев обычно не приглашал Андрея Гречко ни на охоту, ни к себе на дачу в гости. И, тем не менее, мы пришли к выводу, что ложные слухи о том, будто маршал Гречко был в годы войны однополчанином Брежнева, зародились не совсем на пустом месте - и скорее всего, правы те историки, которые причисляют Андрея Гречко к брежневской группировке. А некоторые из них даже считают, что Гречко умер в апреле 1976 года не своей смертью, а вполне возможно, был тогда тайно убит андроповской группировкой, чтобы эта мафия смогла перехватить контроль над советской военной машиной.
 На это в первую очередь указывают многочисленные сообщения о крайне враждебных отношениях между министром обороны Гречко и секретарем ЦК по оборонной промышленности Устиновым. Они ожесточенно спорили между собой чуть ли не по всем крупным военным проектам, то есть о том, какие новые типы танков, ракет, кораблей и т.д. запускать в производство и принимать на вооружение. Причем у каждого из этих выдающихся деятелей были свои любимые конструкторы и конструкторские бюро, и они отстаивали практически любые изделия своих фаворитов - независимо от качества разработанных ими новых систем вооружения, и иногда допуская даже фальсификацию результатов их испытаний.
Вот для примера ряд сообщений об этой вражде и ее последствиях:  
 “А рассказы других товарищей показывали, что отношения между Гречко и Устиновым были не только не нормальные, но даже враждебные. Больше того, Устинов частенько и на заседаниях Политбюро ЦК, и на совещаниях в узком составе руководителей провоцировал Гречко своими предложениями на взрывную реакцию. …В последнее время Устинов, находясь постоянно около Брежнева, затравил Гречко, и тот в порыве гнева и обиды мог принять значительно большую дозу нитроглицерина, что и привело к смерти. Он не видел выхода из сложившегося положения, а унижаться даже перед генсеком не мог. Вот и ушел из жизни.” (http://www.mysteriouscountry.ru/wiki/index.php/Варенников_Валентин_Иванович/Неповторимое/%D0%93%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D0%B0_3)
“Генерал-полковник Варенников, бывший командующий Сухопутными войсками СССР писал: “Не верилось в естественную смерть А.А.Гречко и все! И это неверие осталось по сей день. Мало того, оно усилилось”. Генерал Варенников считал виновником смерти Гречко секретаря ЦК КПСС Дмитрия Устинова, рвавшегося к посту министра обороны.”
(http://www.spb.kp.ru/daily/26147.4/3035939/)
“…Надирадзе (Александр Надирадзе, ракетный конструктор) буквально прорвался к Устинову, детально ознакомил секретаря ЦК с собственным проектом. Он Дмитрию Федоровичу понравился, но встали на дыбы те, кто, казалось бы, должен был первым выступить в поддержку обновления боевой техники, - генерал армии В.Ф. Толубко и возглавляемый им Главкомат РВСН. Возражал и маршал Гречко. А ведь в дальнейшем развертывание комплекса СС-20 позволило Советскому Союзу поставить под контроль территорию всей Европы.”
(http://cripo.info/print.php?sect_id=9&aid=62687)
“Устинов (…) ненавидел Челомея (Владимир Челомей, конструктор ракет). Связанно это с ведомственными причинами. …А так как Челомея поддерживал Никита Сергеевич, то Устинов ничего с ним не мог сделать. Когда Хрущева сняли, то по указанию Устинова завели на Челомея уголовное дело - он положил за государственный счет себе паркет, возможно еще что-то. …Но в это время Челомей получил очень серьезную поддержку от Гречко и от Брежнева.”
(http://berkovich-zametki.com/Nomer41/Snitkovsky1.htm)
“Флот лишился полноценных авианосцев, способных по возможностям соперничать с американскими монстрами, в результате “дворцовых интриг”. Проект 1160 продвигался вперед полным ходом благодаря заинтересованности в нем министра обороны Андрея Антоновича Гречко. Сменивший на высоком посту скончавшегося в 1976 году Гречко Дмитрий Федорович Устинов был противником создания авианосца. И проект был закрыт.”
 (http://interpolit.ru/blog/nuzhny_li_rossii_avianoscy/2015-11-18-6008)
“Шел 1975 год. К этому времени Николай Сергеевич Попов, сменивший Ж.Я.Котина на посту главного конструктора КБ-3 Ленинградского “Кировского завода”, седьмой год отчаянно сражался за объект 219 – будущий танк Т-80. И именно в этом году, несмотря на огромную поддержку со стороны секретаря ЦК КПСС Д.Ф. Устинова, обстановка с принятием на вооружение этого танка стала практически безнадёжной. Безнадёжность ситуации заключалась в том, что Министерство обороны СССР – маршал А.А.Гречко, Генеральный штаб, (...) - в упор не видели танк Т-80 с его газотурбинной силовой установкой (ГТСУ)”.

 (http://www.voenmeh.com/memo.php?part=9&subpart=98)
 Как мы видим, вплоть до самой своей смерти министр обороны Гречко в битвах за различные военные проекты обычно побеждал Секретаря ЦК Устинова. И, разумеется, маршал Гречко никогда не смог бы взять верх над этим своим главным врагом из клана Андропова без мощной поддержки со стороны всей брежневской группировки.
 Такая вот парадоксальная ситуация в то время сложилась: Дмитрия Устинова обычно причисляют к списку лучших друзей Леонида Ильича – тогда как маршал Гречко и по служебной линии с Брежневым прежде никогда не пересекался, и в домино с генсеком на даче не играл (любимая забава партократов), и на охоту с ним не ходил. Но группировка Брежнева все равно поддерживала в ведомственных спорах не Устинова, а Гречко…  
  Мы нашли в биографии Андрея Гречко только один, но зато, на наш взгляд, очень красноречивый факт, который указывает на то, каким весьма вероятным способом этот выдающийся деятель мог попасть в сферу влияния будущего проамериканского клана КГБ. Дело в том, что генерал Гречко служил главнокомандующим Группы советских войск в Германии с мая 1953 до ноября 1957 года.
Причем начальником Управления особых отделов ГСВГ с сентября 1953 до июня 1958 года был чекистский генерал Георгий Цинев. (Из Википедии)
 Правда, некоторые источники отмечают, что позднее у маршала Гречко были довольно прохладные отношения с генералом Циневым. (http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%9C/mlechin-leonid/yurij-andropov-poslednyaya-nadezhda-rezhima/10)
 Но мы уже неоднократно убеждались, что в чекистских кланах личные симпатии и антипатии это далеко не самое главное и они мало на что влияют. Кроме того, похоже на то, что маршал Гречко так и не стал совсем уж полной марионеткой своей брежневской группировки – и иногда проявлял некоторую самостоятельность от нее по отдельным, не очень принципиальным вопросам. Например, мы можем привести такое сообщение о межведомственном конфликте между министром обороны Гречко и шефом МВД (тогда МООП, Министерство охраны общественного порядка) Николаем Щелоковым, верным соратником Брежнева:
“Для рассмотрения записки силового министра создается комиссия Политбюро ЦК КПСС. В ней главным оппонентом Щёлокова выступает министр обороны СССР А. А. Гречко. Он решительно против введения генеральских званий для командного состава МООП, против академии, против уравнивания норм денежного довольствия милиционеров и военных. В итоге многие из предложений министра охраны общественного порядка с первой попытки не проходят.”
(https://www.e-reading.club/chapter.php/1041818/6/Kredov_-_Schelokov.html)
 Тут еще надо отметить, что этот конфликт с Николаем Щелоковым случился у маршала Гречко в августе 1967 года, то есть всего через несколько месяцев после того, как он заступил на пост министра обороны. Так что вполне возможно, что позднее отношения Андрея Гречко с брежневской группировкой сгладились и стали более гармоничными. И вскоре милиция все вышеперечисленные блага получила в полной мере…

Апрель 1975 г. – из Политбюро выбыл Александр Шелепин.

Бывший Секретарь ЦК Шелепин в то время занимал пост председателя ВЦСПС – то есть он возглавлял так называемые советские “профсоюзы”. Но брежневская группировка теперь вышибла его и с этой довольно пустой и бутафорской должности, придравшись к одному мелкому инциденту, случившимся с Шелепиным во время поездки в Англию по профсоюзной линии. Одновременно он был выведен из состава Политбюро.
 Таким образом, завершилась десятилетняя борьба генсека Брежнева с этим выдающимся деятелем из московского клана КГБ.
“В 1975 году Шелепин был послан в Англию, где состоялись направленные против него демонстрации протеста, которые легко было предвидеть (дело в том, что именно Шелепин в качестве председателя КГБ СССР вручал орден Красного Знамени Сташинскому за убийство в Мюнхене руководителя украинских националистов Бандеры). Антишелепинские демонстрации в Англии не были объявлены выходкой фашиствующих элементов, как это бывает обычно в случае антисоветских демонстраций за границей, а были использованы для вывода Шелепина из Политбюро.”
(http://wikidocs.ru/preview/85730/5)
 Кстати сказать, на самом деле убийствами антисоветских эмигрантов на Западе в 50-е годы руководил вовсе не Шелепин, а предыдущий председатель КГБ Иван Серов – притом по личному приказу Никиты Хрущева. Но после некоторых скандальных провалов такие теракты с участием кадровых сотрудников КГБ были прекращены. И впредь наши чекисты подобными политическими убийствами за рубежом занимались только чужими руками.
(Здесь имеется в виду лишь советское время, а не более поздний расцвет демократии в нашей стране, когда уже полный беспредел наступил)
 “Накануне визита Шелепина одна из британских газет опубликовала статью, в которой читателям напоминали, что глава советских профсоюзов – ярый сталинист и бывший глава карательных органов. Написал эту статью московский журналист Виктор Луи, который был женат на англичанке и писал для британской прессы. …Люди, которые его знали, начиная с сына Хрущева, считали, что он оказывал услуги Комитету госбезопасности.” (https://biography.wikireading.ru/76211)
А. Д. Сахаров писал о Луи так: “Виктор Луи - гражданин СССР и корреспондент английской газеты (беспрецедентное сочетание), активный и многолетний агент КГБ, выполняющий самые деликатные и провокационные поручения. Говорят, сотрудничать с КГБ он стал в лагере, куда попал много лет назад. КГБ платит ему очень своеобразно - разрешая различные спекулятивные операции с картинами, иконами и валютой, за которые другой давно бы уже жестоко поплатился.” (Из Википедии)
“Потерпевший поражение в противостоянии с Брежневым, Шелепин был изгнан из политбюро после того, как в Англии его закидали гнилыми помидорами (акция, подозреваю, организованная не без помощи наших спецслужб).”
(бывший аппаратчик из ЦК КПСС Карен Брутенц, https://biography.wikireading.ru/76211)

Выбывшего Шелепина никем тогда не заменили, так что в Политбюро стало опять 15 полноправных членов. Из них 6 человек принадлежало к андроповской группировке, а 9 человек были из брежневской группировки.
Т.е. соотношение сил там тогда для андроповцев ухудшилось еще больше…

Март 1976 г. – После 25-го съезда КПСС из Политбюро выбыл Дмитрий Полянский.
Новыми членами Политбюро были избраны Григорий Романов и Дмитрий Устинов.

Как мы покажем ниже, Полянский примыкал к группировке Андропова и Шелепина.
Романов же, естественно, из группировки Брежнева.  
Получается, что в андроповской группировке произошла тогда простая замена одной фигуры. Зато у брежневцев теперь добавился еще один член Политбюро, притом перспективный и сравнительно молодой деятель, особенно на фоне остальных кремлевских партократов.
Общий итог в результате еще больше ухудшился для андроповской группировки:
в Политбюро теперь стало 6 андроповцев и их союзников: Андропов, Громыко, Мазуров, Пельше, Подгорный, Устинов.
И 10 брежневцев: Брежнев, Гречко, Гришин, Кириленко, Косыгин, Кулаков, Кунаев, Романов, Суслов, Щербицкий.

1. Дмитрий Степанович ПОЛЯНСКИЙ (1917-2001).
С 1965 до 1973 года Полянский был первым заместителем премьера Косыгина. Затем в феврале 1973 года он был понижен Брежневым до должности министра сельского хозяйства, а в марте 1976 года был выведен из Политбюро и позднее отправлен послом в Японию.
Дмитрия Полянского некоторые историки до сих пор считают соратником премьер-министра Косыгина – видимо, только на том основании, что Полянский целых восемь лет был его первым заместителем. (http://old.lgz.ru/article/7160/)
Но это явное недоразумение, поскольку точно известно, что Косыгин не мог тогда подбирать себе любых заместителей по своему вкусу. Кроме того, по отзыву некоторых очевидцев, сам Алексей Косыгин очень нелестно отзывался о Полянском.
“А. Н. Косыгин заметил, что и на него В. К. Месяц (бывший министр сельского хозяйства) произвел хорошее впечатление. И повел речь о тогдашнем министре Д. С. Полянском: “Странный человек, какой-то верткий. Не пойму я, как он, 23-летний молодой человек, по окончании института, будучи в Крыму в начале войны, не попал в армию, а оказался в Сибири? Никто не знает! А потом, при Н. С. Хрущеве, вел себя вызывающе. Грешил интригами. А сейчас скис. Не нравится мне Полянский.” (http://iknigi.net/avtor-vitaliy-vorotnikov/88983-kogo-hranit-pamyat-vitaliy-vorotnikov/read/page-7.html)
 Под “интригами” Полянского, видимо, здесь имеется в виду знаменитая история о том, как в конце 1953 года Хрущев решил подарить Крым Украине. Полянский занимал тогда пост председателя Крымского облисполкома, но после того, как он горячо одобрил это решение, Хрущев его тут же назначил первым секретарем Крымского обкома – сняв прежнего секретаря Павла Титова, который был категорически против такой идеи.
(Из Википедии)
 “Не только Брежнев, но и Косыгин стремились от него отделаться… Косыгин не любил Полянского, поскольку тот держал себя не просто независимо, а на равных с главой правительства. Кончилось это тем, что Полянского пригласил секретарь ЦК по кадрам Иван Капитонов и положил на стол список: – Выбирай любую страну.
Дмитрий Степанович, подумав, назвал: Япония.”
(http://www.e-reading.club/chapter.php/91018/26/Mlechin_-_Brezhnev.html)
 Еще есть сообщение о том, как Полянский в тесном контакте с руководством КГБ участвовал в подготовке свержения Никиты Хрущева. Мы напомним, что председателем КГБ был тогда шелепинец Владимир Семичастный.
 “Он (Хрущев) уехал в отпуск, а в это время в обстановке строжайшей секретности готовился большой антихрущевский доклад, в подготовке которого, в частности, принимал участие член Президиума ЦК КПСС, заместитель Председателя Совета Министров СССР Дмитрий Полянский. Однако это был не простой доклад. Он был очень тщательно подготовлен и в нем было много информации, которой Полянский, ведавший в ту пору сельскохозяйственной политикой, располагать не мог. В 1999 году Владимир Семичастный подтвердил, что доклад готовился в КГБ экономистами этого ведомства, а печатали его две машинистки – также из КГБ.”
(https://unotices.com/book.php?id=155589&page=11)
 Этот разгромный доклад готовился заговорщиками на тот случай, если Хрущев упрется и откажется уходить добровольно – но тот на заседании Президиума ЦК сдался, и подписал заявление об отставке “по собственному желанию”. Так что доклад Полянского оглашен тогда не был и остался в секретных архивах…
 Но вот с Брежневым повторить этот номер с заговором и свержением Полянскому и его соратникам из шелепинской группировки уже не удалось – и Леонид Ильич расправился со всеми, кто пытался ему противодействовать.
Из дневниковых записей П. Шелеста от 13 января 1973 года:
 “Поговорили с Д. С. Полянским… о том, что поведение и обращение Брежнева с товарищами по работе просто отвратительны, он с каждым днем все больше становился “вождем”. Далеко не это мы хотели, когда решали вопрос о смене руководства. Мы тогда еще не знали, что наш разговор станет известен Брежневу через систему подслушивания.”
(http://fakty.ua/112469-kogda-poddavshis-na-ugovory-brezhneva-petr-shelest-dal-vynuzhdennoe-soglasie-na-svoj-perevod-v-moskvu-leonid-ilich-obnyal-ego-rasceloval-i-pochemu-to-skazal-quot-spasibo-quot)
 Из дневника партаппаратчика ЦК Черняева А.С. за 6 февраля 1973 г.:
 “На этом же ПБ (заседании Политбюро) Полянского назначили министром сельского хозяйства, освободив от первого зама Председателя Совета Министров! …Сегодня до меня дошел слух, что произошло это вопреки возражениям Подгорного, но потому, что Косыгин, давно враждующий с Полянским, нашел вдруг понимание у Брежнева, которого “подготовил” к этому Кириленко”.
(http://www.fedy-diary.ru/html/032011/13032011-04a.html)
 Еще есть сообщение о том, что Полянский пытался заниматься некими интригами при брежневском дворе совместно с андроповцем Евгением Чазовым.
Министром Дмитрий Степанович (Полянский) проработал три месяца, после чего подал в отставку. Исследователь Николай Зенькович в книге “Самые закрытые люди” пишет, что к добровольной отставке Полянского привёл конфликт, случившийся из-за медсестры 4-го Главного управления при Минздраве. Зенькович утверждает, что Полянский возмущался приближением медсестры к Брежневу, её вмешательством в государственные дела и обсуждал этот вопрос с главным кремлёвским врачом Евгением Чазовым. Чазов и Полянский условились, что Дмитрий Степанович поговорит напрямую с Брежневым о необходимости удалить медсестру из Завидова и заставить её строго соблюдать профессиональную этику.”
(http://историк.рф/special_posts/polyansky/)
Вот что еще пишут об этой знаменитой медсестре Нине Александровне Коровяковой:
“Но Нина Александровна значила для Брежнева много больше, чем просто человек, который ставит уколы и напоминает о необходимости вовремя принять нужные лекарства. Она пользовалась абсолютным доверием генсека, почти всегда присутствовала на его обедах с членами политбюро и во время обсуждения важных государственных вопросов. Коровякова знала и о многих государственных секретах.”
(http://russian7.ru/post/nina-korovyakova-poslednyaya-strast-le/)
 Естественно, что эта фаворитка Брежнева могла попасть в его ближайшее окружение только с санкции Юрия Андропова, как стопроцентная тайная агентка 9-го управления КГБ. Но существует версия, будто бы Нина Коровякова вышла потом из-под контроля чекистов Андропова, из-за своего любовного романа с Брежневым, поэтому и возникла тогда острая необходимость удалить ее от Леонида Ильича. Что было сделать очень непросто, поскольку Брежнев к ней сильно привязался. Но, тем не менее, Андропов своего добился: в 1973 году Коровякова была допущена к лечению Брежнева, а уже в 1975 году ее удалось перевести на другую работу, подальше от генсека (в кремлевскую спецстоловую).
 (https://www.spb.kp.ru/daily/22953/1002/)
Московский клан КГБ просто не мог тогда допустить, чтобы возле генсека Брежнева находились медики, независимые от этой мафии – ведь в любой момент могла возникнуть необходимость дать Леониду Ильичу нужное “лекарство”, а те могли помешать! Такое “вмешательство в государственные дела” со стороны брежневской фаворитки было бы совершенно недопустимо, поэтому медсестру Коровякову изгнали из окружения Брежнева. И, кстати сказать, муж Коровяковой дослужился до звания генерала – но в 1982 году он погиб в автокатастрофе (ссылка та же).
Будто бы генерал Коровяков слишком много болтал – а ведь именно в этот год развернулась острая борьба за власть между чекистскими кланами…  
 Вернемся к Дмитрию Полянскому. Еще нам попалась такая цитата в сочинениях одного русского националиста:
“Уже тогда я был почти уверен, что и Полянский, и Семичастный, с которым беседовал в “Известиях”, и Шелепин, о котором слышал много хорошего,- все они скоро уйдут из генерального штаба, и мы, русские патриоты, останемся без генералов.” (http://bezogr.ru/ivan-vladimirovich-drozdov-poslednij-ivan.html?page=10)
 Так оно и вышло, Брежнев постепенно вытеснил с вершины власти всю шелепинскую группировку. Но московский клан КГБ всегда заботливо поддерживал журналистов, деятелей искусства и писателей из числа так называемых “русских патриотов”, т.е. шовинистов и антисемитов. Так что сначала этим “крышеванием” занимался секретарь ЦК Шелепин и его команда, а потом их сменил председатель КГБ Андропов и его 5-ое Управление КГБ. И в результате вся эта нечисть во время брежневского застоя без “генералов”-покровителей не осталась и не пропала - а в годы перестройки уже вылезла полностью наружу...    

2. Григорий Васильевич РОМАНОВ (1923-2008).
Бывший первый секретарь Ленинградского обкома (1970-1983 гг.), Секретарь ЦК по оборонной промышленности (июнь 1983 – июль 1985 г.).
 Никто из историков не сомневается, что Григорий Романов входил в брежневскую группировку и был одним из главных соперников Михаила Горбачева в борьбе за кресло главы государства.
  Видный журналист и политик Иван Лаптев считает, что генсек Андропов назначил Григория Романова в июне 1983 года Секретарем ЦК лишь для того, чтобы оторвать его от ленинградских “корней”, а потом было бы уже намного легче от него избавиться.
Вот цитата из книги Лаптева:
 “Сначала Ю. В. Андропов переводит его в Москву секретарем ЦК КПСС по оборонным вопросам. Вроде бы повышение, но главную свою опору - Ленинградскую парторганизацию - Романов теряет. В Москве он на глазах, под контролем, и несмотря на партийные чины - всего лишь один из партократов. Затем М. С. Горбачев, знающий, что кандидатуру Романова некоторые престарелые члены партийного руководства считали предпочтительней кандидатуры Горбачева, с легкостью выкидывает его из Политбюро.”
 (http://knigosite.org/library/read/82709)
К этому надо еще добавить, что назначив Романова Секретарем ЦК, Андропов при этом не позволил ему оставить вместо себя во главе Ленинградского обкома “своего человека” из числа самых близких соратников, как это было принято в то время. Первым секретарем Ленинградского обкома был в июне 1983 года назначен Лев Зайков, ранее занимавший должность председателя Ленгорисполкома, и который ранее не имел вообще никакого отношения к партийному аппарату: он был из числа руководителей оборонной промышленности города, бывший гендиректор НПО “Ленинец”. И есть все основания считать, что Зайков принадлежал к московскому клану КГБ, поскольку в марте 1986 года генсек Горбачев ввел его в Политбюро, а в ноябре 1987 года назначил его первым секретарем Московского горкома, вместо опального Ельцина. Притом Зайков одновременно продолжал занимать и свой пост Секретаря ЦК
(Из Википедии)  
Вот еще для примера ряд сообщений, свидетельствующих о тесных связях Григория Романова с брежневской группировкой:
“Переехав в Москву, Романов держался особняком. … “Была поддержка таких, как Леонид Брежнев, Михаил Суслов, Алексей Косыгин. А потом, как я приехал, поддержки было мало”, - вспоминал Григорий Романов.”
(http://www.vesti.ru/doc.html?id=185807)
 Неудивительно, что потом у Романова было мало “поддержки”, ведь он переехал в Москву в 1983 году, когда все эти трое его главных благодетелей уже умерли…
“По словам самого Романова, его называл своим преемником еще Брежнев. “Леонид Ильич мне часто говорил: “Ты, Григорий, будешь вместо меня”. …Я у Брежнева на очень хорошем счету был.”
(http://polit.ru/news/2015/02/07/romanov/)
“Президент Франции В. Ж. д’Эстен в мемуарах “Власть и жизнь” (М., 1990. С. 134 - 136) со ссылкой на друга Л. И. Брежнева польского лидера Э. Герека писал, что Л. И. Брежнев в 1976 г. видел Г. В. Романова в качестве своего преемника. …Был запущен ложный провокационный слух о том, что на свадьбе дочери Г. В. Романов разрешил пользоваться дворцовыми хоромами и царской посудой из запасников Эрмитажа, которую подгулявшие гости били об пол. …Через три месяца после избрания М. С. Горбачева Генеральным секретарем отправлен на пенсию “в связи с состоянием здоровья”. М. С. Горбачев прямо сказал ему (Г. В. Романову), что для него нет места в составе руководства и что лучше решить этот вопрос на добровольной основе, не доводя дело до обсуждения в Политбюро.”
(https://www.e-reading.club/chapter.php/1031727/174/Zenkovich_-_Samye_zakrytye_lyudi.html)

Апрель 1976 года – умер член Политбюро Андрей Гречко, министр обороны.

Маршал Гречко в Политбюро никем тогда заменен не был. А вместо него министром обороны был назначен Дмитрий Устинов, главный соратник Андропова.
 Андрей Гречко тогда умер от “сердечной недостаточности” у себя на даче, притом без свидетелей. Его остывший труп родственники обнаружили только на следующий день утром, сидящим в кресле. Так началась загадочная цепь смертей сановников высшего ранга, которая оборвалась только через 9 лет - после избрания генсеком Михаила Горбачева. Причем каждая такая смерть была выгодна только андроповской группировке – так что не случайно потом возникло сильное подозрение в замешанности тут главного кремлевского Гиппократа Евгения Чазова, личного тайного агента председателя КГБ Андропова…  

Май 1977 г. – из Политбюро выбыл Николай Подгорный.

Подгорный тоже никем тогда в Политбюро заменен не был, так что в результате соотношение сил там теперь стало такое:
5 андроповцев (Андропов, Громыко, Мазуров, Пельше, Устинов) –
против 9 брежневцев (Брежнев, Гришин, Кириленко, Косыгин, Кулаков, Кунаев, Романов, Суслов, Щербицкий).

Николай Викторович ПОДГОРНЫЙ (1903-1983).
Председатель Президиума Верховного Совета СССР (декабрь 1965 – июнь 1977 г.).
Подгорный был уволен с должности главы Верховного Совета, поскольку Брежневу тогда самому понадобился его чисто символический пост, для придания себе больше веса во время зарубежных визитов. Ведь в цивилизованных странах любые партии являются всего лишь общественными организациями - так что их лидеров никто не считает главами государств, если они не занимают больше никаких государственных постов. А сам по себе Николай Подгорный тогда уже брежневцам врял ли очень сильно мешал, поскольку у них и так был к тому времени большой перевес в Политбюро. И андроповская группировка не сочла нужным вступиться за Подгорного, видимо, он был не бог весть какой ценный союзник…
 Леонид Ильич ради приличия предложил Подгорному взамен стать его первым заместителем в Верховном Совете, но тот отказался, справедливо рассудив, что тогда он превратится в полное политическое ничтожество – да и даже на этом игрушечном посту его наверняка долго держать не будут. Уж лучше было прямо уйти на персональную пенсию, не замаравшись на подобную “работу”…
 Что же касается клановой принадлежности Николая Подгорного, то очевидно, что он принадлежал к той же “Харьковской” группировке украинских партократов, что и его ставленник Петр Шелест. То есть они оба сначала вообще ни к одному чекистскому клану не принадлежали, но после 1965 года, оказавшись под сильными ударами со стороны “Днепропетровской” группировки Брежнева, Подгорный и Шелест были поневоле вынуждены примкнуть к ее соперникам из московского клана КГБ.
 “До перевода в Москву Подгорный был хозяином Украины. Он тянул Петра Ефимовича наверх. Став секретарем ЦК КПСС, по-прежнему покровительствовал Шелесту.”
(http://fanread.ru/book/12211570/?page=50)
Вот еще сообщение о том, как осенью 1965 года проходила борьба за пост главы украинского правительства:
 “Брежнев выслушал Шелеста, а потом заявил, что Ляшко малоизвестен. Отверг он и вторую кандидатуру – Никифора Кальченко, уже бывшего Председателем Совмина Украины. Разумеется, у Брежнева уже был свой ставленник. Вот что вспоминал об этом Шелест: “Я возражаю против кандидатуры Щербицкого, при этом ссылаюсь и на мнение Президиума ЦК КПУ. Категорически возражает против кандидатуры Щербицкого Подгорный, обосновывая и аргументируя свои возражения.”
(https://unotices.com/book.php?id=155589&page=13)
А вот как сам Петр Шелест отзывается в своих мемуарах о Подгорном:
 “Первым секретарем ЦК КПУ избирается Н. В. Подгорный декабре 1957 г.). Откровенно говоря, работать стало несколько легче, меньше стало ненужного шума, трескотни, беспредметности, шарахания из стороны в сторону. Устанавливается какая-то стабильность и уверенность в своих действиях. С Подгорным Н. В. сложились деловые взаимоотношения, меня часто приглашают на заседания Президиума ЦК КПУ, на разного рода мероприятия, я становлюсь ближе к работе всего президиума.” (http://litmir.biz/rd/152405/p57)
 К слову сказать, из всех видных политиков положительно отзывался о Николае Подгорном один только его ставленник Шелест (да и тот без особых восторгов). А все остальные деятели в один голос называли Подгорного очень грубым, недалеким и весьма самоуверенным человеком – чем он даже на фоне остальных наших партократов сильно выделялся…
 Вот для примера, как Подгорный относился к экономической реформе Косыгина:
“На президиуме ЦК отнюдь не все поддержали Косыгина. Подгорный высказался грубо:
- На кой черт нам эта реформа? Мы плохо развиваемся, что ли?” (http://fanread.ru/book/12211570/?page=38)
Московский клан КГБ вообще дозревал до понимания необходимости реформ в экономике гораздо медленнее, чем проамериканский клан чекистской мафии – пока уже настоящий экономический кризис в нашей стране не начался…

Июль 1978 г. – умер член Политбюро, Секретарь ЦК Федор Кулаков.

В Политбюро он тогда никем заменен не был, а Секретарем ЦК вместо него был в ноябре этого года назначен Михаил Горбачев.
В Политбюро стало теперь 5 андроповцев (Андропов, Громыко, Мазуров, Пельше, Устинов) – против 8 брежневцев (Брежнев, Гришин, Кириленко, Косыгин, Кунаев, Романов, Суслов, Щербицкий).

Федор Давыдович КУЛАКОВ (1918-1978).
Бывший первый секретарь Ставропольского крайкома (1960-64 гг.), Секретарь ЦК по сельскому хозяйству (сентябрь 1965 – июль 1978 г.).
Федор Кулаков известен как покровитель Михаила Горбачева, способствовавший его партийной карьере в ставропольский период.
Вот высказывание Виктора Казначеева, бывшего второго секретаря Ставропольского крайкома (1976-85 гг.):
“Несмотря на несостоятельность Горбачёва в практической работе, Фёдор Давыдович, теперь уже секретарь ЦК КПСС, пожелал, чтобы Михаила Сергеевича избрали вторым секретарём крайкома КПСС. Многие возражали, но против Кулакова были бессильны.”
(http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%97/zenjkovich-nikolaj-aleksandrovich/mihail-gorbachyov-zhiznj-do-kremlya/6)
 Эту версию подтверждает и сам Горбачев в своих мемуарах:
 “В Москве на Старой площади в орготделе со мной беседовал заместитель заведующего отделом Е. З. Разумов, потом состоялись встречи с секретарями ЦК Капитоновым, Демичевым, Кулаковым, и вопрос о рекомендации меня на должность второго секретаря крайкома был решен. …Предысторию данного решения рассказали мне работники орготдела: Ефремов (первый секретарь крайкома) действительно упирался, тянул до последнего часа, использовал все свои старые связи, но Капитонов занял твердую позицию, его поддержал Кулаков, в ход пошла все та же формула о “сочетании”, и Леониду Николаевичу (Ефремову) пришлось уступить.”
(http://www.gorby.ru/gorbachev/zhizn_i_reformy1/page_7/)
 Тут мы видим противоречие, поскольку позднее их пути сильно разошлись: Кулаков явно примкнул к брежневской группировке, тогда как Горбачев стал потом видным соратником Юрия Андропова. Но это противоречие легко снимается, если предположить, что клановая принадлежность партаппаратчика Горбачева точно определилась только после того, как он, будучи уже вторым секретарем крайкома, познакомился и подружился с председателем КГБ Андроповым, который ежегодно приезжал лечиться на местном курорте в Минводах.
 И вполне возможно, что Михаил Горбачев попал в сферу влияния московского клана КГБ даже раньше. К примеру, некоторые весьма осведомленные лица отрицают установившееся общее мнение о том, что Горбачев в августе 1968 года стал вторым секретарем Ставропольского крайкома при поддержке Секретаря ЦК Кулакова.
“Так вот, по версии Ивана Ивановича Борцова, куратора Ставропольской краевой партийной организации из Отдела оргпартработы ЦК КПСС, Фёдор Давыдович Кулаков продвигал на должность второго секретаря крайкома вовсе не Горбачёва, как принято считать, а Лихоту (секретарь крайкома). И действовал якобы по согласованию с первым секретарём крайкома Ефремовым.” (http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%97/zenjkovich-nikolaj-aleksandrovich/mihail-gorbachyov-zhiznj-do-kremlya/6)
 Интриги в аппарате ЦК это дело очень темное, поскольку партаппаратчики обычно отличались большим иезуитством и лживостью в общении между собой. К примеру, Федор Кулаков, действительно, мог уверять потом Горбачева, что это он постарался протолкнуть его во вторые секретари крайкома - и бился за его повышение, как лев. Тогда как на самом деле он был против назначения Горбачева, и тут все решила поддержка со стороны главного кадровика ЦК, Секретаря ЦК Капитонова…
 Вот еще сообщение о том, что дружба Кулакова с Горбачевым к февралю 1978 года уже точно закончилась:
 “В день 60-летия со дня рождения Ф.Д. Кулакову присвоили звание Героя Социалистического Труда, но рекомендовали отметить торжество скромно. Михаил Сергеевич с Раисой Максимовной вылетели в Москву поздравить Фёдора Давыдовича, а их на дачу не допустили. …К тому времени Кулаков окончательно разочаровался в человеческих качествах своего подшефного, которому столько лет покровительствовал.”
(http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%97/zenjkovich-nikolaj-aleksandrovich/mihail-gorbachyov-zhiznj-do-kremlya/7)
 Вычислять клановую принадлежность Федора Кулакова было не так-то просто, поскольку в основном все источники пережевывают только его отношения с Горбачевым, а также крайне загадочную смерть Кулакова - официально от “сердечной недостаточности ”, хотя были широко распространены слухи о его самоубийстве или даже убийстве. Но нам удалось найти такую, очень четкую информацию о принадлежности Секретаря ЦК Кулакова к брежневской группировке - в мемуарах Михаила Горбачева:
 “Была и своего рода “группа быстрого реагирования”, пользовавшаяся особым доверием генсека (Л.И.Брежнева). В нее входили волгоградский секретарь Куличенко, саратовский - Шибаев, тульский - Юнак, краснодарский - Медунов, кустанайский - Бородин, алтайский - Георгиев, оренбургский - Коваленко, сахалинский - Леонов. В большинстве своем все эти люди были тесно связаны с Кулаковым.” (http://www.gorby.ru/gorbachev/zhizn_i_reformy1/page_8/)
 Знаковой фигурой в этом перечне партократов является Сергей Медунов, первый секретарь Краснодарского крайкома (май 1973 – июль 1982 г.). Мы напомним, что когда Юрий Андропов в 1982 году начал раскручивать дела о коррупции в некоторых регионах страны, которые находились под властью сторонников Брежнева, то один из главных ударов тогда пришелся по руководству Краснодарского края. Но Леонид Ильич все же не позволил Андропову арестовать и отдать под суд своего любимца Медунова, тот был только понижен до ранга заместителя министра, в одном из самых захудалых союзных министерств…

Ноябрь 1978 г. – Из Политбюро выбыл Кирилл Мазуров.
Вместо него был введен Константин Черненко.

В Политбюро стало теперь 4 андроповца (Андропов, Громыко, Пельше, Устинов) – против 9 брежневцев (Брежнев, Гришин, Кириленко, Косыгин, Кунаев, Романов, Суслов, Щербицкий, Черненко).

 Вот сообщение о том, за что был тогда отправлен на пенсию Кирилл Мазуров:
 “Леонид Брежнев был неприятно удивлен, узнав, что на Западе его преемником видят именно Мазурова. Последней каплей стало заседание Политбюро в 1978 году, когда накануне дня рождения генсека Кирилл Трофимович резко высказался против вручения вождю очередной - уже третьей - звезды Героя Советского Союза. Мазурова обвинили в политической близорукости, за чем последовала отставка.” (http://www.aif.by/timefree/history/nepokornyy_belorus_mnogie_resheniya_mazurova_delali_bssr_peredovoy_respublikoy)
 После этого против вручения впавшему в маразм Брежневу четвертой звезды Героя и ордена Победы никто в Кремле даже не пикнул, и все только бурный восторг по этому поводу изображали…

Ноябрь 1979 г. – в Политбюро был введен Николай Тихонов, соратник Леонида Брежнева.
В Политбюро стало теперь 4 андроповца (Андропов, Громыко, Пельше, Устинов) – против 10 брежневцев (Брежнев, Гришин, Кириленко, Косыгин, Кунаев, Романов, Суслов, Щербицкий, Черненко, Тихонов).
 У группировки Брежнева было теперь в Политбюро на 6 голосов больше, чем у андроповцев. Это был максимальный перевес для брежневской группировки, достигнутый за все годы правления Брежнева. Но это уже не спасло брежневцев от сокрушительного поражения всего через три года. Все дело в том, что решающее значение в то время имел перевес не по партийной, а по чекистской линии – а в руководстве КГБ тогда полностью доминировали андроповцы, как мы это покажем ниже…

Николай Александрович ТИХОНОВ (1905-1997).
Бывший первый заместитель премьер-министра Косыгина (1976-1980 гг.), Председатель Совета министров СССР (октябрь 1980 – сентябрь 1985 года).
 Николай Тихонов познакомился с Брежневым еще до войны, в Днепропетровске -  когда он работал там главным инженером на трубопрокатном заводе (1940-41 гг.).
Естественно, что Николай Тихонов относился к брежневской группировке. Вот пара сообщений для иллюстрации:
 “Брежнев не стал изменять сложившуюся схему сдержек и противовесов, и в итоге получилось так, как хотел Косыгин: Тихонова назначили первым заместителем и исполняющим обязанности премьера. Вскоре он стал кандидатом в члены, а затем членом Политбюро. А в октябре 1980 года - председателем Совмина. …Недолюбливало его влиятельное трио - Устинов, Андропов, Громыко. У них с Тихоновым, когда он еще исполнял обязанности премьера, нередко возникали споры на Политбюро.”
(http://kommersant.ru/doc/1752485)
 “Не изменил позиции только Н.А. Тихонов. Он до конца своего пребывания на посту Председателя Совета Министров СССР, члена Политбюро негативно относился к Горбачёву.”
  (http://litresp.ru/chitat/ru/%D0%97/zenjkovich-nikolaj-aleksandrovich/mihail-gorbachyov-zhiznj-do-kremlya/10)

Октябрь 1980 – выбыл по болезни член Политбюро Алексей Косыгин, Председатель Совета министров.
Он был тогда тяжело болен, и скончался уже в декабре этого года, в возрасте 76 лет.
Вместо него был введен в Политбюро Михаил Горбачев, ставленник Юрия Андропова.

Январь 1982 г. – скончался член Политбюро и Секретарь ЦК Михаил Суслов.
В Политбюро он никем тогда заменен не был, а Секретарем ЦК вместо Суслова был в мае этого года избран Юрий Андропов.

Ноябрь 1982 г. – скончался Генеральный секретарь ЦК Леонид Брежнев.

В Политбюро стало теперь 5 андроповцев (Андропов, Громыко, Пельше, Устинов, Горбачев) – против 7 брежневцев (Гришин, Кириленко, Кунаев, Романов, Щербицкий, Черненко, Тихонов).

 Вот с этим составом Политбюро Юрию Андропову и удалось в ноябре 1982 года, после смерти Брежнева, стать генсеком и захватить власть над всей советской империей в свои руки. Хотя у брежневцев был тогда в Политбюро перевес в два голоса:  семеро против пяти. Правда, на самом деле брежневец Андрей Кириленко был с начала 1982 года совершенно недееспособным инвалидом, притом серьезно больным на голову (атрофия коры головного мозга) – так что его можно было не считать, поскольку он не мог принять реального участия в борьбе за власть. Притом в сентябре 1982 года товарища Кириленко уговорили подписать прошение об уходе на пенсию, так что членом Политбюро он после этого оставался лишь формально, до ближайшего Пленума ЦК.
(https://www.e-reading.club/chapter.php/1025297/26/Ostrovskiy_-_Kto_postavil_Gorbacheva%3F.html)
 Тяжело болел тогда и андроповец Арвид Пельше, его не было ни на Пленуме ЦК 12-го ноября 1982 года, ни на похоронах Брежнева 15-го ноября. Полный состав присутствовавших на заседании Политбюро вечером 10 ноября нам отыскать в Сети так и не удалось, но скорее всего, там тогда не было ни Пельше, ни Кириленко. 
Хотя товарищ Пельше, по-видимому, до самого конца сохранял ясность ума, в отличие от Кириленко. И вообще-то члены Политбюро часто голосовали за то или иное решение заочно, лишь поставив свою резолюцию на доставленном фельдсвязью документе. А иногда у них случались даже голосования по телефону.
 Но даже если вычесть Кириленко и засчитать андроповцам голос Пельше, то все равно получается, что перевес в один голос на этом историческом заседании Политбюро у брежневцев в любом случае был, шесть голосов против пяти. Из воспоминаний Динмухамеда Кунаева известно, что даже он успел туда вовремя прибыть, прилетев из Казахстана. И, кстати сказать, там в Кремле у дверей зала заседаний он встретился с Владимиром Щербицким. Тогда как в Сети иногда можно встретить утверждение, что Щербицкий отсутствовал на том заседании Политбюро, на котором выдвинули Андропова кандидатом в Генеральные секретари. Но очевидно, что здесь просто путают с историей по избранию в генсеки Горбачева, когда Щербицкий на самом деле был в командировке в США.
 Получается, что у брежневцев была 10-го ноября 1982 года полная возможность на заседании Политбюро утвердить кандидатом в генсеки своего человека – к примеру, товарища Черненко. И его же назначить на важнейший пост Председателя Похоронной Комиссии СССР. Почему же этого события не произошло уже тогда?
 На наш взгляд, особой тайны здесь нет. Все дело в том, что за кандидата в генсеки от Политбюро должны были потом проголосовать на заседании Пленума ЦК – а собирать членов ЦК на это экстренное заседание предстояло второму секретарю ЦК Андропову и его соратникам. И тут у андроповцев были все козыри на руках, поскольку они имели полную возможность собрать в Кремле всех членов ЦК из числа своих сторонников – и не допустить появления там самых ярых брежневцев из числа секретарей обкомов и крайкомов. “Кворум есть – открываем заседание Пленума!” И брежневцы, оставшись в меньшинстве, не посмели бы тогда даже дернуться с выдвижением Черненко, а все единогласно проголосовали бы там за Андропова…
 Был уже однажды в советской истории аналогичный случай, когда в 1957 году “Антипартийная группа” Молотова, Кагановича и Маленкова попыталась воспользоваться своим большинством в Политбюро (семь голосов против четырех), чтобы свергнуть Хрущева. Но имея поддержку со стороны армии в лице маршала Жукова, и со стороны КГБ в лице генерала Серова, Хрущев в экстренном порядке собрал Пленум ЦК в нужном ему составе – и там вся эта “Антипартийная группа” подверглась полному разгрому. Министр обороны Жуков тогда предоставил военную авиацию для срочной перевозки в Москву членов ЦК – а председатель КГБ Серов проследил, чтобы военные доставили только нужных Хрущеву членов ЦК, и притормозили перемещения всех ненужных.
 И охрана Кремля тоже состояла из чекистов, так что даже если кому-то из “ненужных” членов ЦК удавалось добраться до Кремля, то известны случаи, когда их отфильтровывали охранники на входе. Правда, это была чрезвычайная мера предостороженности, которая после смерти Сталина применялась очень редко. Например, когда в 1964 году на октябрьском Пленуме ЦК свергали Хрущева, то на всякий случай чекистами по приказу председателя КГБ Семичастного не были пропущены на это заседание двое самых ярых его сторонников из Украины.
 Притом и вся правительственная связь тоже была под полным контролем у чекистов – и они могли позвать на Пленум только сторонников Андропова и тех нейтральных членов ЦК, от которых не ожидалось никаких сюрпризов. И надо еще учесть, что смерть генсека всегда тщательно скрывалась от всего мира сутки или двое, пока не выберут взамен нового вождя. Так что обычно во всех советских газет одновременно появлялось радостное сообщение об избрании на Пленуме ЦК нового Генерального секретаря, и выражалась скорбь по утрате прежнего генсека. К примеру, члена Политбюро Кунаева 10-го ноября 1982 года срочно вызвали в Москву, не поставив его даже в известность о причине этого вызова, так что только в Кремле, у самых дверей зала заседаний, он узнал от Щербицкого эту страшную тайну о смерти Брежнева. Кстати сказать, получается, что у Кунаева тогда уже не было никакой возможности участвовать в предварительном сговоре членов брежневской группировки, кого теперь выдвинуть в генсеки…
 Был еще один очень сильный козырь у андроповской группировки, который появился у этой мафии только за считанные дни до смерти Брежнева – и что, по всей видимости, сильно приблизило его кончину. Дело в том, что в мае 1982 года Юрий Андропов хоть и заступил формально на место второго секретаря ЦК Суслова, но сначала он получил его полномочия в сильно урезанном виде. И в частности, право председательствовать на заседаниях Секретариата ЦК и Политбюро в свое отсутствие Леонид Ильич поначалу доверил не Андропову, а своему верному помощнику товарищу Черненко. Только где-то к концу октября Брежнев уступил сильному напору со стороны андроповской группировки, и сдал ей эту очень важную позицию.
 “3 ноября (1982 г.), – вспоминал А. Е. Бовин, – мы с Арбатовым у Андропова. По его словам, ему звонил Брежнев и дал указание, – во-первых, заниматься кадрами и, во-вторых, вести (если нет Брежнева) заседания Политбюро и Секретариата. Ю.В. поднял указательный палец: “Власть переменилась!
(https://www.e-reading.club/chapter.php/1025297/26/Ostrovskiy_-_Kto_postavil_Gorbacheva%3F.html)
 Так оно и было… Больше Брежнев был андроповской группировке совершенно не нужен, так что теперь он мог спокойно умереть. И к тому же у этой мафии времени теперь было в обрез, поскольку через считанные дни Леонид Ильич собирался уступить пост генсека своему верному соратнику Владимиру Щербицкому. Точно известно только, что 9 ноября 1982 года Андропов навестил Брежнева в Кремле – и он был последним членом Политбюро, с которым тот разговаривал. О чем была эта беседа, никто не знает, поскольку их разговор был без свидетелей. Но некоторые аналитики считают, что Брежнев официально сообщил тогда Андропову о своем желании перейти на почетный пост Председателя КПСС, уступив кресло генсека Щербицкому. В любом случае второй секретарь ЦК Андропов должен был узнать об этом решении Брежнева хотя бы за несколько дней до уже назначенного на 15-ое ноября Пленума ЦК, иначе просто неприлично было бы. И тогда для андроповской группировки счет пошел бы просто на часы! Хотя Брежнев и раньше иногда поговаривал о том, что, дескать, он больной старик, и пора бы отпустить его на покой – но никто этого всерьез не воспринимал. И совсем другое дело теперь, когда Брежнев от разговоров вроде бы уже перешел к делу. Так что главному кремлевскому гиппократу Чазову пора теперь было дать Леониду Ильичу нужное “лекарство”, к примеру, под видом сонного порошка (знаменитые “желтенькие таблетки”)…
“В мае 1980 года Леонид Ильич начал благоволить к другому партаппаратчику - секретарю ЦК Константину Черненко. Но в октябре 1982 года, в беседе с заведующим партийными кадрами Иваном Капитоновым назвал новую фамилию – Щербицкий. Владимир Щербицкий возглавлял ЦК компартии Украины и был проверенным брежневским соратником, имел огромный опыт политической и хозяйственной деятельности. К тому же, ему исполнилось всего 64 года – вполне подходящий возраст для высшего руководителя. - Видишь это кресло? – по словам Капитонова, спросил генсек. - Через месяц в нем будет сидеть Щербицкий. Все кадровые вопросы решай с учетом этого. Но в ночь с 9 на 10 ноября Брежнев умер. 15 ноября предстоял пленум ЦК, на котором должны были решаться организационные вопросы. Как предполагается, именно на этом заседании генсек собирался представить членам Политбюро своего “кандидата” Щербицкого. Однако не успел…”
(http://russian7.ru/post/kogo-leonid-brezhnev-videl-svoim-preem/)
Вот что было дальше:
“Со ссылкой на “Рабочую запись заседания Политбюро ЦК КПСС от 10 ноября 1982 г”, хранящуюся в Архиве Президента Российской Федерации, Д.А. Волкогонов утверждает, что Политбюро собралось через “десять часов после кончины Брежнева”…
(https://www.e-reading.club/chapter.php/1025297/31/Ostrovskiy_-_Kto_postavil_Gorbacheva%3F.html)
 “Открыв заседание, Андропов сообщил о смерти Брежнева. Все молчали несколько минут. Молчание прервал Черненко. Он предложил безотлагательно решить, кто будет генеральным секретарем, и доба­вил: - Я предлагаю избрать генеральным секретарем ЦК КПСС Юрия Владимировича Андропова. Министр обороны Устинов уверенно сказал: - Армия поддерживает товарища Андропова. На этом дискуссия завершилась, не начавшись.”
(http://www.telenir.net/istorija/yurii_andropov_poslednjaja_nadezhda_rezhima/p20.php)
  О чем тут было дискутировать этим партократам, когда и так все было предельно ясно. “Молчание партийных ягнят”, так сказать…

 Один только вопрос нам осталось прояснить. Допустим, Дмитрий Устинов возглавлял к тому времени министерство обороны уже шесть лет, так что в руководстве армии у андроповской группировки наверняка все было прочно схвачено. Но ведь председателем КГБ в ноябре 1982 года все еще оставался генерал Федорчук, соратник Щербицкого. И если Федорчук, которого назначили шефом госбезопасности лишь в мае этого года, за полгода еще не успел как следует освоиться на Лубянке и захватить бразды правления в свои руки, так у него первым заместителем был тогда старый чекист Георгий Цинев, близкий соратник Брежнева. Но все равно брежневская группировка, то есть будущий проамериканский клан КГБ сдался тогда московскому клану чекистской мафии фактически без борьбы…
В общем, чтобы установить точную картину происходящего на самой вершине власти в эпоху Брежнева, нам совершенно недостаточно знать, как менялся тогда состав Политбюро. Теперь нам нужно еще разобраться в том, какие изменения происходили тогда и в руководстве органов госбезопасности – хотя бы на уровне председателей КГБ и их заместителей.

                                             Руководство КГБ при Брежневе

 18 мая 1967 года вместо Владимира Семичастного новым председателем КГБ был назначен Юрий Андропов, другой представитель московского клана чекистской мафии. И, похоже, что московский клан тогда ничего не потерял от этой замены, а скорее сильно выиграл на том, что вместо молодого комсомольского балабола Семичастного органы госбезопасности теперь возглавил этот серьезный политический деятель – которому постепенно удалось восстановить КГБ до уровня влияния и мощи МГБ сталинской эпохи, а затем поднять еще выше...   

 Когда Юрий Андропов только возглавил КГБ, то в тот момент все его 4 заместителя были ставленниками группировки Шелепина-Семичастного, то есть они тоже принадлежали к московскому клану КГБ. Это были первый заместитель Николай Захаров и три простых заместителя – генералы Александр Перепелицын, Сергей Банников и Лев Панкратов. Но уже на пятый день, 23 мая 1967 года, к Андропову был приставлен в качестве надзирателя “человек” Брежнева, Семен Цвигун, которого назначили сначала простым заместителем председателя КГБ, а через полгода, 24 ноября 1967 года, повысили до первого заместителя Андропова.

 ЦВИГУН Семен Кузьмич.
В 1937 г. окончил истфак Одесского пединститута, работал учителем, затем директором средней школы. В органах госбезопасности - с ноября 1939 г. Работал в 3-м спецотделе НКВД Молдавской ССР (с ноября 1941 г. в эвакуации в Куйбышеве). С января 1942 г.  – в УНКВД по Смоленской области, с марта 1942 г. – оперуполномоченный 4-го Управления НКВД СССР, с ноября 1942 г. – старший оперуполномоченный, замначальника ОО НКВД по 387-й сд. С марта 1943 г. – в ОКР СМЕРШ по Южно-Уральскому ВО: сотрудник, с февраля 1944 г. – начальник розыскного отделения, с ноября 1944 г. – начальник ОКР СМЕРШ по Тоцкому гарнизону. С 1946 г. – вновь в МГБ Молдавской ССР, с 1949 г. – заместитель начальника и начальник 2-го отдела. Затем занимал должности:
Заместитель министра госбезопасности Молдавской ССР (октябрь 1951 – март 1953 г.)
Заместитель министра внутренних дел Молдавской ССР (марта 1953 – май 1954 г.)
Заместитель председателя КГБ Молдавской ССР (мая 1954 – августа 1955 г.)
1-й заместитель председателя КГБ Таджикской ССР (август 1955 – апрель 1957 г.)
Председатель КГБ Таджикской ССР (апрель 1957 – октябрь 1963 г.)
Председатель КГБ Азербайджанской ССР (сентябрь 1963 – май 1967 г.)
Заместитель председателя КГБ СССР (23 мая – 24 ноября 1967 г.)
1-й заместитель председателя КГБ СССР (24 ноября 1967 – 19 января 1982 г.)
Погиб при невыясненных обстоятельствах (был убит или застрелился сам).

 Мы начнем с такого эпизода из жизни чекиста Цвигуна:
 “Как рассказывал мне бывший заведующий сектором органов госбезопасности адмотдела ЦК КПСС Ардальон Малыгин, в 1963 году было принято решение об освобождении Цвигуна от обязанностей председателя КГБ Таджикистана ввиду полного несоответствия занимаемой должности. Глава союзного КГБ Владимир Семичастный объявил ему об этом решении и был уверен, что после недолгого пребывания в резерве Цвигуна удастся спихнуть в какое-нибудь гражданское ведомство. Но через 20 минут Цвигун уже сидел в кабинете второго после Хрущева человека в партии - Брежнева. …Еще через полчаса в сектор госбезопасности позвонил Леонид Ильич и попросил подготовить проект решения о назначении Цвигуна председателем КГБ Азербайджанской ССР.”
(http://kommersant.ru/doc/437381)
 Все историки твердо убеждены, что чекист Семен Цвигун был ставленником Леонида Брежнева, с которым он познакомился в Молдавии, где Цвигун прослужил c 1946 до 1955 года. А Брежнев был первым секретарем ЦК компартии Молдавии с июля 1950 до октября 1952 года. Притом в этой республике Леонид Ильич появился еще весной 1950 года, как представитель ЦК ВКП(б). Но каким образом Цвигун приобрел в те годы такое огромное доверие у Брежнева, что тот спустя 15 лет вспомнил о нем и доверил ему пост своего личного представителя в руководстве КГБ, этого толком никто объяснить не может. Ведь подполковник Цвигун был в Молдавии при Брежневе сначала не более чем начальником отдела, и только в октябре 1951 года он стал полковником и заместителем министра госбезопасности, генерала Иосифа Мордовца. И напрямую обращаться к первому секретарю республиканского ЦК через голову своего начальника, формально он не имел никакого права, это было бы нарушением субординации. Чтобы объяснить этот феномен, почему Цвигун стал тогда фаворитом Брежнева, в ходу долгое время была версия о том, будто бы эти два деятеля были женаты на сестрах (и в прежних главах данной книги эта версия тоже упоминается). Но все это давно уже опровергнуто, поскольку оказалось, что жена Цвигуна Роза Михайловна Цвигун, в девичестве Ермольева, не была вообще никакой родственницей для супруги Брежнева Виктории Петровны, урожденной Денисовой.
 Чтобы устранить эту неувязку, журналист Леонид Млечин в своей книге о Брежневе взамен выдвинул новую теорию, более оригинальную: дескать, “как говорят”, хорошие отношения между Брежневым и Цвигуном зародились на почве того, что жена Цвигуна была в Молдавии любовницей Леонида Ильича, который всегда славился своими похождениями по этой части. Надо признать, что иногда в нашей стране встречался и такой способ делать успешную карьеру, притом с очень давних времен. Но слабое место у этой гипотезы, основанной на сплетнях, заключается в том, что в молдавский период Брежнев на самом деле не был прямым начальником для Цвигуна – и по-настоящему вознаградить его за предполагаемые Млечиным услуги Леонид Ильич тогда еще вряд ли смог бы. Хотя конечно, если у Леонида Брежнева были тогда очень уж хорошие отношения с министром госбезопасности Молдавии Мордовцем, то этот чекистский генерал по просьбе первого секретаря в принципе мог бы и выдвинуть подполковника Цвигуна в свои заместители, и повысить его в 1951 году до полковника, с санкции вышестоящего начальства. Но все равно, на наш взгляд, это очень шаткое и сомнительное объяснение, почему Цвигун вдруг стал близким соратником Леонида Ильича много лет спустя после этого предполагаемого романа Брежнева…     
 Мы предлагаем совсем другое объяснение для этой загадки. На наш взгляд, многострадальную супругу Цвигуна лучше вообще оставить в покое, поскольку она тут совершенно не причем. И вполне возможно, что Семен Цвигун попал в 1967 году в руководство КГБ при содействии Константина Черненко, ближайшего помощника и соратника Брежнева. Вот выписка из биографии Черненко:   
 Черненко продолжил свою карьеру в Молдавии став заведующим отделом пропаганды и агитации ЦК Компартии Молдавии (1948–1956). В это время произошло его знакомство с Л. И. Брежневым, который в дальнейшем (1956) перевел Черненко в Москву заведующим сектором массовой агитации при Отделе пропаганды и агитации ЦК КПСС. С мая 1960 по июль 1965 г., Черненко являлся начальником Секретариата Президиума Верховного Совета СССР, председателем которого в 1960–1964 был Брежнев. Когда Брежнев возглавил партийное руководство, Черненко был назначен заведующим Общим отделом ЦК КПСС (июль 1965 – ноябрь 1982).”
(https://sovtime.ru/rulers/chernenko)
 Константин Черненко, как известно, пользовался неограниченным доверием со стороны Брежнева, и именно он в последние годы жизни Леонида Ильича был реальным руководителем аппарата ЦК. Притом появился Черненко в Молдавии на пару лет раньше Брежнева – и у него было больше возможностей подружиться там с Семеном Цвигуном. Правда, теперь нам придется объяснить, на какой почве могла зародиться такая дружба между главным молдавским пропагандистом Черненко и чекистским полковником Цвигуном, а это сделать еще труднее. Мы видим тут только одно объяснение: никакой настоящей дружбы здесь никогда и не было – а просто оба этих деятеля тайно работали тогда на чекистскую группировку Короткова-Серова, то есть на будущий проамериканский клан КГБ. Поскольку нам представляется вполне несомненным, что Молдавия еще в сталинские времена стала одним из опорных пунктов для этой мафиозной группировки. И об этом ясно свидетельствует уголовное дело Николая Павленко, знаменитого афериста, который организовал на территории Молдавии собственную частную строительную фирму, под видом военной части. А потом Павленко в течение четырех лет, с 1948 до 1952 года строил по всей республике дома и дороги по заключенным им государственным контрактам, заработав на этом бизнесе огромные деньги, миллионы рублей (которые так и не были найдены). Вот обширные цитаты об этом деле из источников в Сети:
 “Чудовищная афера вскрылась только после того, как некий вольнонаёмный заподозрил в жульничестве одного из “офицеров”, работавших на Павленко, и донёс на него в компетентные органы. Для организации расследования был задействован оперативный состав органов госбезопасности пяти союзных республик. Ордер на арест Павленко за № 97 подписал заместитель министра госбезопасности Молдавской ССР Цвигун. В результате проведённой спецоперации в ноябре 1952 года были задержаны более 300 человек, из них около 50 “офицеров”. Штаб липовой части находился в Кишинёве, на его территории изъяли десятки автоматов, пистолетов, пулемётов, военные машины.”
(http://историк.рф/special_posts/генерал-цвигун-несостоявшийся-триумф)
 “В апреле 1955 года по приговору московского военного окружного суда начальник управления военного строительства инженер-полковник Николай Павленко был приговорен к высшей мере наказания - расстрелу. Офицеры его части были осуждены к лишению свободы на срок от 5 до 25 лет. …В ходе следствия выяснилось, что в структуре Министерства обороны, МГБ и МВД СССР его часть не числится. То есть договоры, заключенные липовым управлением военного строительства с государственными учреждениями и организациями на выполнение строительно-монтажных работ, были незаконными. …Также было установлено, что вместе со своей, как уверяли следователи, фиктивной воинской частью Павленко, двигаясь за наступавшей армией (несколько раз его часть участвовала в боях), на самом деле дошел до Берлина и полгода восстанавливал разрушенные объекты в Германии. …Как вездесущий “Смерш” мог прозевать у себя под боком несуществующую воинскую часть в составе двухсот вооруженных бойцов под командованием дезертира и вредителя? Отвечая на этот вопрос, следствие пришло к выводу, что Павленко - хитрый и коварный враг, который умело маскировал свои преступные деяния. Зачем он, к примеру, расстрелял перед строем двух солдат своей части, уличенных в разбое и мародерстве? Чтобы отвести от себя подозрения. А сам в 1946 году в Штутгарте выбил за взятку эшелон из 30 вагонов, погрузив в них не только личный состав и технику, но и множество трофеев, включая легковые автомобили, мотоциклы, радиоприемники, аккордеоны, ковры, отрезы тканей и много чего другого. А также сотни голов домашнего скота, большое число мешков с сахаром, крупами и мукой. Причем беспрепятственно переправил все это добро до места назначения, где и распродал его с большой выгодой… По версии следствия, в 1948 году, после расформирования строительной артели “Пландорстрой”, Николай Павленко прихватил с собой строительную технику стоимостью 300 тысяч рублей и скрылся, в связи с чем было возбуждено уголовное дело, а сам Павленко был объявлен во всесоюзный розыск. Этот эпизод уголовного дела также вызывает недоумение. Зная, что в каждое районное отделение милиции разосланы ориентировки с его фотографией из личного дела, этот, по версии следствия, прожженный аферист не сменил фамилию, не залег на дно, а на протяжении четырех лет жил в Кишиневе как ни в чем не бывало да вдобавок беспрепятственно разъезжал по всей стране.  …Достоверно известно, что военно-строительную часть Николая Павленко комплектовали органы госбезопасности Молдавии. Именно они обеспечивали эту организацию как сотрудниками охраны, так и почти дармовой и совершенно бесправной рабочей силой, направляя молодежь призывного возраста из Молдавии и Западной Украины в порядке оргнабора на принудительные работы. Более того, МГБ Молдавии предоставило военно-строительной части Николая Павленко огнестрельное оружие - два десятка карабинов, десяток автоматов, три пулемета, а также пистолеты и револьверы. По некоторым сведениям, курировал управление военного строительства заместитель министра МГБ Молдавии подполковник госбезопасности Семен Цвигун. Он же по странному стечению обстоятельств возглавил группу, расследовавшую дело Николая Павленко и его сообщников. Неудивительно, что роль органов госбезопасности в этой афере была старательно затушевана. Следствие представило дело таким образом, что матерый преступник Павленко действовал в одиночку. Впрочем, следователи МГБ выявили причастность к афере некоторых ответственных сотрудников. Так, два заместителя министра пищевой промышленности Молдавии были уволены с работы. Сам министр, а также секретари Тираспольского и Бельского горкомов КП(б) Молдавии отделались выговорами. Ведь они даже представить себе не могли, что Павленко является закоренелым мошенником - он постоянно избирался в президиумы торжественных собраний и партконференций, во время праздничных парадов всегда стоял на трибуне рядом с руководством республики, в том числе с первым секретарем КП(б) Молдавии Леонидом Брежневым. …На этом история и завершилась. Правда, осталось невыясненным, куда Николай Павленко дел похищенные у государства 38,7 млн. рублей.” (https://evgknyaginin.wordpress.com/2011/01/14/85/)
 Очевидно, что процветание подпольной частной фирмы Павленко в социалистической Молдавии, да еще в суровые сталинские времена, было возможно только при условии полной поддержки со стороны руководства госбезопасности этой республики. И попал под суд этот аферист лишь потому, что сигнал о финансовых махинациях со стороны его подчиненных был послан прямо в Москву. Так что полковнику Цвигуну поневоле пришлось начать уголовное дело и закрыть этот чекистский проект. А погорел Николай Павленко тогда, можно сказать, на сущей ерунде. Тогда было модно постоянно отбирать у всех советских трудящихся деньги под видом якобы добровольной подписки на государственный заем. Так что в “военно-строительной части”  Павленко бухгалтерии тоже пришлось вычитать деньги из зарплаты своих вольнонаемных рабочих под этим предлогом, чтобы не вызывать у них подозрений. И вот нашелся один недовольный, который послал жалобу самому маршалу Ворошилову, что вот, дескать, деньги с него взяли – а никаких облигаций займа взамен не выдали! А Ворошилов передал эту жалобу руководству МГБ – и вскоре началось расследование, в результате которого вся “воинская часть” Павленки была арестована. Разумеется, этому аферисту было бы не жалко выдавать своим рабочим облигации взамен денег – но у него просто не было этих пустых бумажек, поскольку официально его часть не существовала (а скупать облигации у населения он почему-то не догадался)…
 До того, как он попал в Молдавию, Николай Павленко успел сильно накуролесить и в других местах. В том числе он принял активное участие и в разграблении оккупированной Германии – и согласно материалам его уголовного дела, ухитрился вывезти из этой страны целый состав из 30 вагонов, набитых всевозможным награбленным имуществом. Это уже был даже не генеральский, а прямо-таки маршальский уровень, а то и выше! Мы напомним, что после войны таможня на советской границе не пропустила даже те жалкие шесть вагонов с немецкой мебелью, которые пытался провезти к себе на родину великий полководец маршал Жуков. Несомненно, что в 1946 году Павленко мог осуществить подобную операцию только при поддержке чекистского генерала Серова, который был тогда фактически главным правителем Восточной Германии и отвечал за вывоз из этой страны под предлогом репараций всего ценного имущества. А это указывает на то, что и молдавский чекист Семен Цвигун, куратор Николая Павленко, скорее всего, принадлежал к чекистской группировке Короткова-Серова, то есть к проамериканскому клану КГБ.
И это очень показательно, что мафиозная чекистская цепочка, перегонявшая в нашу страну эшелоны с награбленным в Германии барахлом и продовольствием, протянулась теперь через Николая Павленко к соратнику Брежнева Семену Цвигуну.  С очень интересными людьми Леонид Ильич тогда подружился в Молдавии! Так что у нас даже возникли сильные подозрения, не был ли Брежнев и сам тайно завербован в этой республике местными чекистами – тем же Цвигуном, например, или же его начальником генералом Мордовцем.
 Кстати сказать, молдавский чекист Иосиф Мордовец, на наш взгляд, вполне мог бы потом попасть вместо Цвигуна в Москву, в руководство КГБ. Но Мордовец в 1956 году уже был уволен на пенсию, притом досрочно, поскольку ему тогда было только 57 лет. Очевидно, что этому чекистскому генералу пришлось так ответить за то, что он прозевал в своей республике фиктивную строительную часть Павленки…   
 Еще такой факт для размышления из служебной биографии Семена Цвигуна: он занимал руководящие посты в трех южных союзных республиках – Молдавии, Таджикистане и Азербайджане. То есть прежде чем Цвигуна перевели в Москву, он служил в пограничной зоне, кураторство над которой всегда принадлежало внешней разведке КГБ
 Кроме того, на принадлежность чекиста Цвигуна к проамериканскому клану КГБ прямо указывает то обстоятельство, что во время его службы в Азербайджане у него установилась крепкая дружба с будущим президентом этой страны Гейдаром Алиевым.
 Вот сообщение на эту тему:
  “Уже в 1964 году Цвигун предложил назначить Гейдара Алиевича зампредом республиканского КГБ. Семичастный какое-то время сопротивлялся: старую сексуальную историю время от времени кто-то подогревал. Некая женщина писала Семичастному, что имеет незаконнорожденного ребенка от Алиева. И шеф КГБ, чтобы выяснить подробности, даже ее принимал. Но затем товарищи, с мнением которых Семичастный не мог не считаться, объяснили, что все это ложь, и Алиев получил заветный пост.”
(http://kommersant.ru/doc/437381)
 Также все авторы сходятся на том, что Гейдар Алиев сменил в 1967 году Семена Цвигуна на посту председателя КГБ Азербайджана по протекции самого генерала Цвигуна. А некоторые источники даже утверждают, что будто бы и первым секретарем ЦК компартии Азербайджана Алиев был назначен Брежневым в 1969 году по совету Цвигуна.
(http://www.ng.ru/ideas/2004-03-19/10_aliev.html)
 Мы напомним на всякий случай, что азербайджанские президенты из династии Алиевых (Гейдар и его сын Ильхам) относятся к семейному клану КГБ. А это самый крупный осколок от расколовшегося в середине 90-х годов проамериканского клана чекистской мафии.   
 Так что бывший молдавский чекист Цвигун, скорее всего, принадлежал к той же самой мафиозной группировке.

Через три недели после назначения Андропова председателем КГБ, 7 июня 1967 года, у него появился дополнительный простой заместитель, Ардалион Малыгин.

МАЛЫГИН Ардалион Николаевич.
С 1938 г. – на комсомольской и партийной работе в Туле: секретарь горкома ВЛКСМ, с 1940 г. – 2-й секретарь, с апреля 1941 г. – 1-й секретарь Центрального райкома ВКП(б), с 1943 г. – секретарь горкома ВКП(б) по кадрам. С июля 1944 г. – секретарь Калужского обкома ВКП(б) по кадрам.
С сентября 1947 г. – слушатель ВПШ. После ее окончания в сентябре 1950 г. работал ответственным контролером КПК при ЦК ВКП(б).
В органах госбезопасности: с декабря 1951 г.
Заместитель начальника ТГУ МГБ по кадрам (декабрь 1951 – 30 марта 1953 г.);
Начальник отдела кадров 3 Управления МВД (30 марта 1953 – март 1954 г.);
Начальник отдела кадров ТГУ (военная контрразведка) КГБ (1954 – 1958 г.);
Начальник 7 отдела ТГУ КГБ (июнь 1958 – февраль 1960 г.);
Начальник 5 отдела 3 Управления КГБ (февраль 1960 – июнь 1961 г.);
Заведующий сектором органов госбезопасности Административного отдела ЦК КПСС (июнь 1961 – июнь 1967 г.);
Заместитель председателя КГБ (8 июня 1967 – 2 февраля 1979 г.);
В феврале 1979 г. был выведен в действующий резерв КГБ, работал начальником 1 Управления (безопасности и режима) Министерства электронной промышленности. В марте 1988 г. уволен в отставку.

 Мы напомним, что заведующим Административным отделом ЦК был с 1955 до 1964 года Николай Миронов, очень видный представитель московского клана КГБ. И если Ардалион Малыгин стал при нем руководить самым ключевым сектором этого отдела, курировавшим органы госбезопасности, то это наверняка означает принадлежность Малыгина к той же мафиозной группировке.
 Подтверждением этому служит также сообщение о том, что Ардалион Малыгин был выдвинут на пост заместителя председателя КГБ и начальника Хозяйственного управления КГБ по предложению самого Юрия Андропова, притом будто бы уже на следующий день после его назначения председателем КГБ.    
 Вот как проходила тогда беседа с Андроповым, по воспоминаниям самого Малыгина:
“-А вы бы согласились возглавить это управление? Если вы согласитесь, то я сразу же позвоню Леониду Ильичу”. Андропов тут же снял трубку “кремлёвки” и позвонил Брежневу, а минуту спустя передал трубку А.Н. Малыгину. Как вспоминает Николай Владимирович Губернаторов, уже будучи помощником Малыгина, он слышал от него, что Брежнев поздоровался с Малыгиным и потом сказал: - Надо помогать Юре, а вы как раз способны помочь, вытащить КГБ из застоя. Кроме вас ЦК рекомендует ещё двух замов в помощь Юрию.”
(http://историк.рф/special_posts/генерал-губернаторов-судьба-чекиста/)

 Вскоре после назначения Андропова председателем КГБ, 15 августа 1967 года, скончался его заместитель Александр Перепелицын, представитель московского клана КГБ.
Этому ставленнику Шелепина было тогда всего 54 года. Причина его смерти нигде не указана.

Следующие кадровые изменения в руководстве КГБ произошли в ноябре 1967 года.
1 ноября этого года оставил свой пост заместителя председателя КГБ Сергей Банников, представитель московского клана КГБ – его тогда уволили из органов госбезопасности и назначили заместителем председателя Верховного Суда. Еще раньше, в июле 1967 года, генералу Банникову пришлось уйти и с поста начальника контрразведки (ВГУ КГБ).  Его тогда вытеснил с этой должности Георгий Цинев, ставленник Брежнева из проамериканского клана КГБ.

А 24 ноября 1967 года другой ставленник Брежнева из проамериканского клана КГБ, заместитель председателя КГБ Семен Цвигун, был повышен до первого заместителя.  

 И что любопытно, освободившиеся тогда посты двух простых заместителей председателя КГБ оставались долгое время вакантными. Только через год у Андропова появился новый заместитель – и им в сентябре 1968 года стал Виктор Чебриков.  

 ЧЕБРИКОВ Виктор Михайлович.
с 1971 г. кандидат, с 1981 г. член ЦК КПСС, с декабря 1983 г. кандидат, с апреля 1985 г. – член Политбюро ЦК КПСС.
В 1941 г. призван в армию, войну закончил в Чехословакии в звании майора. Демобилизован в 1946 г.
В 1950 г. окончил Днепропетровский металлургический институт, в 1950-51 гг. работал инженером на Днепропетровском металлургическом заводе.
С 1951 г. – на партийной работе:
Заведующий промышленно-транспортным отделом, секретарь, 1-й секретарь райкома, с 1955 г. секретарь парткома на Днепропетровском металлургическом заводе, с 1958 г. 2-й секретарь Днепропетровского горкома, с 1959 г. заведующий отделом Днепропетровского обкома, в 1961 – 1963 г. 1-й секретарь Днепропетровского горкома.
С 1964 г. секретарь, с 1965 г. 2-й секретарь Днепропетровского обкома КП Украины.
В органах госбезопасности: с 1967 г.
Начальник Управления кадров КГБ (июль 1967 – сентябрь 1968 г.);
Заместитель председателя КГБ (4 сентября 1968 – 25 января 1982 г.);
1-й заместитель председателя КГБ (25 января – 17 декабря 1982 г.);
Председатель КГБ (17 декабря 1982 – 1 января 1988 г.).
30 сентября 1988 – 20 сентября 1989 г. – Секретарь ЦК КПССПредседатель Комиссии ЦК КПСС по вопросам правовой политики. С 1989 г. на пенсии.

Мы уже многократно говорили об этом главном соратнике Юрия Андропова: естественно, что Чебриков тоже принадлежал к московскому клану КГБ.
Виктор Чебриков раньше был на партийной работе в тех же самых местах, где и его земляк Леонид Брежнев – но гораздо позднее, так что к команде Брежнева он на самом деле никакого отношения не имел.  

В апреле 1970 года Николай Захаров, представитель московского клана КГБ, выбыл из первых заместителей председателя КГБ. И у Андропова на долгие годы, до 1982 года, тогда остался только один первый заместитель – Семен Цвигун из проамериканского клана КГБ.

В июле 1970 года начальник ВГУ КГБ Георгий Цинев, представитель проамериканского клана КГБ, стал одновременно заместителем председателя КГБ.

ЦИНЕВ Георгий Карпович.
Член ЦРК КПСС с 1971 г., кандидат в члены ЦК КПСС с 1976 г., член ЦК КПСС (1981 – 1986 г.).
С 1934 г. – мастер, инженер, и.о. начальника цеха на заводе в Нижнеднепропетровске.
С 1939 г. на партийной работе: заведующий металлургическим отделом Днепропетровского горкома, с апреля 1940 г. 1-й секретарь Ленинского райкома Днепропетровска, с 1940 г. секретарь по кадрам, с мая 1941 г. – 3-й секретарь Днепропетровского горкома.
В РККА: с июля 1941 г. Военком полка, штаба оперативной группы войск, заместитель начальника политуправления Калининского фронта, начальник политотделов 4-й ударной, в марте 1943 – мае 1945 г. – 57-й армии. Войну закончил в Австрии. Затем работал в Союзной контрольной комиссии в Австрии на должностях начальника экономического отдела (октябрь 1945 – апрель 1946 г.), помощника военного комиссара Советской части СКК в Австрии (апрель 1946 – август 1950 г.) и заместителя Верховного комиссара в Австрии от СССР (август 1950 – июль 1951 г.), слушатель Военной академии Генерального штаба (июль 1951 – сентябрь 1953 г.).
В органах госбезопасности: с 1953 г. Начал свою службу как контрразведчик в Германии.
Начальник УОО по МВД ГСВГ (сентябрь 1953 – март 1954 г.);
Начальник УОО по КГБ ГСВГ (март 1954 – июнь 1958 г.);
Начальник Военного института КГБ им. Дзержинского (июнь 1958 – октябрь 1960 г.);
Начальник Спецуправления 3-го Управления (воен. контрразведка) КГБ (октябрь 1960 – май 1964 г.);
Заместитель начальника 3-го Управления КГБ (март 1961 – февраль 1966 г.);
Начальник 3-го Управления  КГБ  (февраль 1966 – июль 1967 г.);
Начальник ВГУ КГБ (контрразведка) (июль 1967 – июль 1970 г.);
Заместитель председателя КГБ (28 июля 1970 – 25 января 1982 г.);
1-й заместитель председателя КГБ СССР (25 января 1982 – 1 декабря 1985 г.);
Генеральный инспектор министерства обороны с 1985 г., в 1992 г. вышел на пенсию.

 Об этом выдающемся деятеле мы уже много говорили ранее. На наш взгляд, ключевым моментом в биографии генерала Цинева была его служба в Восточной Германии, в качестве начальника военной контрразведки ГСВГ, с сентября 1953 до июня 1958 года. Мы напомним, что в те годы главными представителями КГБ в ГДР были сначала Евгений Питовранов из московского клана КГБ (1953-57 гг.), и только потом Александр Коротков из проамериканского клана (1957-61 гг.). Но почему-то Цинев стал работать не на московский клан, а на проамериканский – и возможно, что причиной тому была его послевоенная служба в советской зоне оккупации Австрии, с 1945 до 1951 г. Там его вполне могли завербовать чекисты из мафиозной группировки Короткова-Серова, которые до осени 1946 года занимались тем, что отправляли на родину эшелоны со своими награбленными в неофициальном порядке “трофеями” из соседней Восточной Германии. Естественно, что в оккупированной Австрии чекистской мафии тоже было тогда чем поживиться...
Еще на таком непонятном вопросе нам хотелось бы остановиться. Допустим, Цинев занимался партийной работой в Днепропетровске вместе с Брежневым с 1939 до 1941 года, тогда они и познакомились. Но ведь летом 1941 года они оба были отправлены на фронт, причем занимались политработой в разных армиях. А после войны Цинев начал служить по чекистской линии, тогда как Леонид Ильич опять вернулся в партийный аппарат. И до того момента, как Брежнев стал генсеком, то есть до октября 1964 года, они вряд ли вообще виделись друг с другом – поскольку никаких общих точек соприкосновения у них тогда не было. Но спустя 23 года Леонид Брежнев вдруг вспомнил про Георгия Цинева – и они опять стали неразлучными друзьями, так что генерал Цинев стал тогда запросто ходить в гости к Леониду Ильичу. И у него на даче Цинев вел себя очень непринужденно и чувствовал себя как дома, по свидетельству очевидцев. К слову сказать, другой ставленник Брежнева в руководстве КГБ, генерал Цвигун, таким близким другом для Брежнева никогда не был. Правда, Семен Цвигун вместе со своей супругой тоже иногда бывал в гостях у семейства Брежневых – но довольно редко, фактически лишь по большим праздникам.
(Это видно из недавно опубликованных в Сети внучкой Семена Цвигуна дневников ее бабушки)
 С Георгием Циневым приключилась та же история, что и с Цвигуном: чтобы как-то объяснить, почему он вдруг стал любимым фаворитом Брежнева, в ход пошла легенда о его якобы родственных связях с Леонидом Ильичом. Кто-то пишет, что они были женаты на сестрах - а кто-то, что на двоюродных сестрах. Но нам даже не удалось узнать, как звали супругу генерала Цинева. Так что, скорее всего, это выдумки – а на самом деле карьере Цинева в руководстве КГБ способствовал проамериканский клан КГБ. И лишь благодаря поддержке этой мафии генерал Цинев дослужился в феврале 1966 года до должности начальника военной контрразведки (3 Управление КГБ), несмотря на сильное противодействие со стороны московского клана КГБ.
 По собственному признанию бывшего председателя КГБ Семичастного, он просто ненавидел генерала Цинева – но был вынужден его тогда повысить, из-за большого давления с самого верха. Вот цитата из воспоминаний Владимира Семичастного:
Цинев не только остался в центральном аппарате. Год спустя я был вынужден под давлением отдела административных органов ЦК КПСС, наперекор собственной воле, повысить его в должности и сделать начальником Управления военной контрразведки. Не очень много было сотрудников, помогавших Циневу в его доносительстве: один из начальников Управления, генерал из погранвойск, один работник партийного комитета центрального аппарата и еще пара человечков.”
(http://coollib.com/b/261334/read)
 Это все верно, у генерала Цинева и других брежневцев не могло быть тогда много сподвижников в КГБ. Поскольку проамериканский клан КГБ имел тогда прочные позиции только во внешней разведке – а в руководстве территориальных органов госбезопасности сильно доминировал московский клан КГБ.  
 Что же касается родственных связей Георгия Цинева, то нам удалось отыскать некоторые сведения лишь о его дочери Циневой Дине Георгиевне - и о его зяте, генерале Анатолии Шальневе из внешней разведки КГБ.
Вот сообщения о них.
 “Виталий Павлов вспоминал, как в семидесятые годы в Монреаль на всемирную выставку был командирован сотрудник внешней контрразведки – присматривать за советскими сотрудниками выставки. Там же, в Монреале, в качестве туристки оказалась дочка Цинева. У них завязался роман, который закончился тем, что контрразведчик развелся и женился на дочери заместителя председателя КГБ. Другим сотрудникам КГБ развод стоил бы как минимум партийного взыскания. А уж продвижение по службе и загранкомандировки откладывались надолго. Но для зятя зампреда было сделано исключение. Его отправили в ГДР на генеральскую должность, откуда, по свидетельству генерала Павлова, “пошел поток жалоб сотрудников представительства КГБ на недостойное поведение нового заместителя руководителя аппарата”. (http://www.sem40.ru/ourpeople/destiny/15345/)
 “В этот период рабочая обстановка в аппарате КГБ СССР в ГДР резко ухудшилась. Генерал-майор А.П.Шальнев, которого А.И.Лазарев назначил своим первым заместителем,  при активной поддержке своего могущественного  тестя генерала армии Г.К.Цинева стал открыто претендовать на должность руководителя Представительства КГБ СССР вместо В.Т.Шумилова. Он отправил домой в Союз ряд подчиненных работников, назначив на их место своих подхалимов. Шумилов не оказывал ему противодействия. Шальнев стал вмешиваться в работу и тех сотрудников, которые не были в его подчинении.”
(https://www.proza.ru/2014/11/26/2239)
 С 1992 года Анатолий Шальнев и его супруга занимались совместным бизнесом с одной немецкой фирмой. Вот выписка из одного регистра:
 “ТОО “ВАРТА”  Владельцы: ГЕРМАНСКАЯ ТКОО ГРУЗИМЕКСЦинева Дина Георгиевна, Шальнев Анатолий Павлович.  Ликвидировано, действовало с 05.08.1992 по 07.02.2009”
(https://sbis.ru/contragents/7710055825/771001090#msid=s1451830268810)
 Генерал армии Цинев был тогда уже на пенсии, но он вполне мог еще посодействовать бизнесу своей дочери. Он умер в мае 1996 года, в возрасте 89 лет.
Впрочем, эта совместная фирма ВАРТА была не очень крупной, и вычислить ее клановую принадлежность нам не удалось…  

Следующим заместителем председателя КГБ стал в марте 1971 года бывший партаппаратчик Владимир Пирожков.

ПИРОЖКОВ Владимир Петрович.
В мае 1942 г. добровольцем ушел на фронт. К концу войны командовал вычислительным отделением гвардейского минометного полка.
C 1946 г. – 1 секретарь Змеиногорского райкома ВЛКСМ, заведующий отделом, с 1951 г. секретарь по кадрам и 2-й секретарь Алтайского крайкома ВЛКСМ. В 1954 – 1957 г. учился в ВПШ при ЦК КПСС, затем последовательно занимал должности инструктора Алтайского крайкома КПСС, 1-го секретаря райкома, заведующего отделом партийных органов, с мая 1967 г. – секретаря и с марта 1968 г. – 2-го секретаря Алтайского крайкома КПСС.
В органах госбезопасности: с сентября 1968 г.
Начальник Управления кадров КГБ: сентябрь 1968 – май 1970 г.
Секретарь парткома КГБ: май 1970 – март 1971 г.
Заместитель председателя КГБ: 12 марта 1971 – 29 января 1991 г.

 Сведений о генерале Пирожкове сохранилось довольно мало. Но скорее всего, Владимир Пирожков принадлежал к московскому клану КГБ, поскольку у него были хорошие отношения с председателем КГБ Юрием Андроповым, о чем Пирожков сам сообщил в одном своем интервью, когда речь зашла о болезни Андропова.
“Он (Андропов) полагал, что его отравили во время того вояжа (в Китае). Юрий Владимирович это мне много раз говорил. Отношения у нас до его ухода в ЦК были доверительные. Звал меня по имени, Володей.”
(http://www.fsb.ru/fsb/smi/interview/single.htm!id%3D10342761@fsbSmi.html)
 В том же самом интервью есть еще такое любопытное высказывание со стороны генерала Пирожкова:
 “В конце 70-х меня командировали на Кубу. Я много раз встречался с Фиделем Кастро. Как-то он мне предложил побывать в их спецбригаде, которая участвовала в боевых действиях в Анголе. И вот я отправился туда вместе с министром внутренних дел Кубы.”
 Мы можем с полной уверенностью утверждать, что Куба вот уже более полувека служит главным опорным пунктом в Западном полушарии для московского клана чекистской мафии. Так что хорошие отношения Пирожкова с кубинским руководством тоже указывают на его весьма вероятную принадлежность к этой мафии. И лишь благодаря этому обстоятельству генерал Пирожков смог прослужить на посту заместителя председателя КГБ целых 20 лет, вплоть до января 1991 года. И дослужился до звания генерал-полковника…    

 В июле 1971 года Лев Панкратов, представитель московского клана КГБ, был снят с заместителей председателя КГБ – и вместо него был назначен Николай Емохонов.

ЕМОХОНОВ Николай Павлович.
Во время войны служил начальником фронтовой радиостанции. После войны продолжил службу в войсках связи. С 1948 г. – слушатель Военной академии связи. После окончания в 1952 г. работал в ЦНИИ-108 (НИИ связи) министерства обороны. C 1964 г. – директор ЦНИИ радиотехнического института МО.
В органах госбезопасности: с 1968 г. Занимал должности:
Начальник 8 Главного управления КГБ (июль 1968 – июль 1971 г.);
Заместитель председателя КГБ (8 июля 1971 – 4 февраля 1984 г.);
1-й заместитель председателя КГБ (4 февраля 1984 – 8 августа 1990 г.).
Затем до 1992 года служил в группе генеральных инспекторов министерства обороны.

 У Николая Емохонова отношения с председателем КГБ Андроповым были очень хорошие. Вот как об этом пишет другой видный представитель московского клана, бывший председатель КГБ Владимир Крючков:
Первый заместитель председателя Комитета Н. П. Емохонов, участник Великой Отечественной войны, генерал армии с инженерным образованием, крупный специалист по шифрованию и дешифрованию, созданию информационно-аналитических систем. В органы пришел в 1968 году по предложению Андропова.
 (http://www.computer-museum.ru/connect/ufimcev.htm)
 Недаром председатель КГБ Виктор Чебриков в 1984 годы повысил Емохонова до должности своего первого заместителя – а в 1985 году ему еще было присвоено звание генерала армии. А из органов Николай Емохонов был уволен только в 1990 году, когда ему исполнилось 69 лет.
Все это указывает на то, что генерал Емохонов, скорее всего, принадлежал к московскому клану КГБ.
 Когда в России победила демократия, и началось строительство капитализма, Николай Емохонов сам заниматься бизнесом почему-то не стал. Но зато есть такой московский бизнесмен Емохонов Виктор Николаевич, который является заместителем президента Банка инноваций и развития, а также гендиректором ряда фирм - Фонон, Орион, Диана
(https://www.fbid.ru/about/structure/sovet-directorov/ , http://b2bpoisk.ru/компания/оао_фонон
и т.д.)

В августе 1974 года начальник 15-го Главного управления КГБ (подземные бункеры для руководства страны) Сергей Антонов, представитель московского клана КГБ, стал одновременно заместителем председателя КГБ

АНТОНОВ Сергей Николаевич.
С 1943 г. в действующей армии: командир самоходного орудия СУ-122, командир батареи СУ-85, замначштаба самоходного артполка. После войны – слушатель Военной академии бронетанковых войск. После ее окончания в 1949 г. направлен на работу в разведку.
 В 1950 г. окончил Высшую разведшколу КИ, работал в центральном аппарате КИ – ПГУ МГБ-КГБ. Занимал должности:
Помощник начальника 1 отдела 1 Управления КИ (1950 – 1952 г.);
Заместитель начальника 1 отделения 1 отдела (США) 2 Управления ПГУ МГБ (1952 – 1953)
Помощник начальника 1 Отдела ВГУ МВД (1953 г.);
В командировке в США (1953 – 1958 г.);
Старший помощник начальника 1 Отдела ПГУ КГБ А.Феклисова (1959 – 1960 г.);
Начальник 5 Отдела (Латинская Америка) ПГУ КГБ (1960 – 1964 г.);
Заместитель начальника 9 Управления (правительственная охрана) КГБ (1964 – 1967 г.), с июня 1967 до февраля 1968 г. - и.о. начальника Управления;
1-й заместитель начальника 9 Управления КГБ (август 1967 – февраль 1968 );
Начальник 9 Управления КГБ (февраль 1968 – август 1974 г.);
Заместитель председателя КГБ – начальник 15 Главного управления (16 августа 1974 – 27 января 1983 г.);
В дальнейшем – заместитель министра машиностроения (1983 – 1987 г.). С августа 1987 г. – на пенсии.

 По случаю победы революции на Кубе в 1960 году был образован новый,  латиноамериканский отдел внешней разведки КГБ. Первоначально это был 5 Отдел ПГУ, но вскоре он сменил нумерацию на 2 Отдел. Этот отдел был постоянно закреплен за московским кланом КГБ, как мы в этом уже неоднократно убеждались ранее. И ни единого представителя проамериканского клана КГБ на этом направлении внешней разведки КГБ мы так и не обнаружили. А поскольку Сергей Антонов был первым начальником этого нового отдела ПГУ, то, скорее всего, он тоже принадлежал к московскому клану КГБ.
 Кроме того, Антонов служил с 1964 года заместителем у начальника 9 Управления (правительственная охрана) КГБ Владимира Чекалова – а тот был бывшим комсомольским аппаратчиком и принадлежал к команде Шелепина-Семичастного. За что генерала Чекалова и сняли с поста главного кремлевского охранника в июне 1967 года.
  Как мы видим, представители московского клана были начальниками охраны у Брежнева и других партократов с 1964 до 1974 года. Но в 1974 году Сергея Антонова все же убрали из Кремля, под благовидным предлогом: его тогда назначили ответственным за спасение правящей верхушки страны в случае атомной войны. Формально генерал Антонов тогда даже получил повышение и стал заместителем председателя КГБ… 

После назначения заместителем председателя КГБ генерала Антонова, с 1974 до 1978 года больше никаких изменений в руководстве КГБ не было. Так что имеет смысл подвести итоги по этому периоду временной “стабилизации”.
 Общий баланс соотношения сил между чекистскими кланами тогда был такой: председатель КГБ Андропов (московский клан),
его единственный первый заместитель Цвигун (проамериканский клан)
и шесть простых заместителей: один из проамериканского клана (Цинев)
и пятеро из московского клана (Малыгин, Чебриков, Пирожков, Емохонов, Антонов).    
 Как мы видим, полностью доминирующая позиция осталась и тогда у московского клана чекистской мафии.

В ноябре 1978 года у Юрия Андропова появились сразу три новых заместителя - за счет того, что ранг заместителя председателя КГБ был тогда закреплен за начальниками внешней разведки, контрразведки и Управления кадров.
Начальником ПГУ КГБ был тогда представитель московского клана Владимир Крючков, начальником ВГУ КГБ – Григорий Григоренко. А Управление кадров КГБ возглавлял Василий Лежепеков.  

ГРИГОРЕНКО Григорий Федорович.
В НКВД с 1940 г., служил в военной контрразведке. Оперуполномоченный 1 отдела 2 Управления НКВД (1942 – 1943 г.), старший оперуполномоченный 3 отдела ГУКР СМЕРШ НКО (1943 – 1946 г.).
Заместитель начальника и начальник отделения 3 отдела ТГУ МГБ (1946 – 1949 г.)
Начальник отделения 5 отдела (внеш. контрразв.) ПГУ МГБ (1949 – 1952 г.)
Заместитель начальника 3 отдела ВГУ МГБ (1952 – 1953 г.)
Заместитель начальника 5 отдела ПГУ МВД (1953 – 1954 г.)
Заместитель старшего советника КГБ в Венгрии (март 1954 – 1956 г.), был тяжело ранен во время восстания 1956 года.
Заместитель начальника 6 отдела ВГУ КГБ (1956 – 1957 г.)
Начальник 6 отдела ВГУ КГБ (1957 – 1959 г.)
Заместитель начальника Отдела “Д” (дезинформация) ПГУ (1959 – 1962 г.)
Начальник 14 Отдела ПГУ (внеш. контрразведка) (март 1962 – январь 1963 г.);
Начальник Службы №2 ПГУ (внеш. контрразведка) (январь 1963 – сентябрь 1964 г.)
Заместитель начальника Службы №2 ПГУ (сентябрь 1964 – 1966 г.)
Начальник Службы №2 ПГУ (1966 – ноябрь 1969 г.)
1-й заместитель начальника ВГУ КГБ (ноябрь 1969 – сентябрь 1970 г.)
Начальник ВГУ КГБ (сентябрь 1970 – август 1983 г.), с 23 ноября 1978 г. – одновременно заместитель председателя КГБ.
С августа 1983 г. – заместитель министра общего машиностроения (система противоракетной обороны). С мая 1989 г. на пенсии.

 Связи генерала Григоренко четко указывают на его принадлежность к московскому клану КГБ. Например, с 1959 до 1962 года он служил заместителем у Ивана Агаянца, начальника только что организованного Отдела “Д” ПГУ.
А ранее, во время своей службы в Венгрии, Григорий Григоренко познакомился с Елисеем Синицыным, который тоже с 1954 до 1956 года был заместителем старшего советника КГБ в этой стране. Естественно, что и с советским послом в Венгрии Юрием Андроповым чекист Григоренко тогда крепко подружился, что очень помогло его карьере, когда Андропов возглавил КГБ.  

ЛЕЖЕПЁКОВ Василий Яковлевич
В конце 1943 г. направлен в действующую армию, командовал батареей. Войну окончил в звании капитана, в 1947 г. уволен из армии.
Работал завотделом Ворошиловского райкома КП Белоруссии, зам. завотделом пропаганды и агитации Минского обкома, c 1953 г. – 2 секретарь Червенского, в 1955 – 1960 г. – 1 секретарь Березинского райкома, Минская область. После окончания в 1963 г. ВПШ – инспектор Среднеазиатского бюро ЦК КПСС в Ташкенте, с 1964 г - 2-й секретарь Минского горкома, с февраля 1966 г. – 2-й секретарь Минского обкома КПБ.
В органах госбезопасности с 1969 г. Занимал должности:
Заместитель начальника ГУПВ КГБ по политической части – начальник политуправления Погранвойск (апрель 1969 – июль 1974 г.);
Начальник Управления кадров КГБ (июль 1974 – январь 1983 г.), с ноября 1978 г. одновременно заместитель председателя КГБ.
Заместитель министра внутренних дел (март 1983 – август 1986 г.)
С августа 1986 г. на пенсии. Работал в институте космических исследований (1986 – 1991 г.) и три года в аппарате фонда академика С.С.Шаталина.

 Информации об этом бывшем партаппаратчике в Сети имеется довольно мало, но судя по всему, у Василия Лежепекова были весьма неплохие отношения с председателем КГБ Юрием Андроповым, который сначала доверил ему должность своего главного
кадровика, а потом повысил его до звания заместителя председателя КГБ.
Еще имеется такая информация из биографии Лежепекова:
“…с 1964 г. по приглашению 1 секретаря ЦК Белоруссии К.Т. Мазурова2-й секретарь Минского горкома…” (http://shieldandsword.mozohin.ru/personnel/lezhepekov_v_y.htm)
 Мы напомним, что ранее мы причислили члена Политбюро Кирилла Мазурова к андроповской группировке.
 На принадлежность генерала Лежепекова к московскому клану КГБ также указывает его последняя работа в руководстве фонда академика Шаталина. Поскольку Сергей Шаталин, скорее всего, принадлежал именно к этому чекистскому клану. Можно тут вспомнить, к примеру, всем известное тесное сотрудничество академика Шаталина с Григорием Явлинским. А весной 1995 года фонд Шаталина участвовал в создании объединения “Мое Отечество”, неформальным лидером которого стал генерал Борис Громов…  

В феврале 1979 года Ардалион Малыгин, представитель московского клана КГБ,  был снят с поста заместителя председателя КГБ, и его сменил Михаил Ермаков

ЕРМАКОВ Михаил Иванович.
С 1941 до 1944 года учился в Казанском химико-технологическом институте. Затем работал мастером, начальником цеха, с 1953 г. – зам. главного инженера Краснозаводского химического завода оборонной промышленности. В 1956-67 гг. – директор Муромского приборостроительного завода.
В органах госбезопасности: с 1967 г. Занимал должности:
Начальник 4 отдела 9 Управления КГБ (охрана спецсооружений?) (1967 – 1969 г.)
Одновременно заместитель начальника 9 Управления КГБ (1967 – 1969 г.)
Начальник 15 Управления КГБ (март 1969 – май 1970 г.)
Начальник ОТУ КГБ (май 1970 – февраль 1979 г.)
Заместитель председателя КГБ (2 февраля 1979 – 9 июня 1990 г.)
С июня 1990 г. – на пенсии.

Начальником 9 Управления КГБ (правительственная охрана) был с февраля 1968 до августа 1974 года Сергей Антонов. Он же со 2 июня 1967 до февраля 1968 года был исполняющим обязанности начальника 9 Управления КГБ. Мы уже говорили о генерале Антонове – он явный представитель московского клана КГБ. Так что его заместитель по кремлевской охране генерал Ермаков, скорее всего, входил в ту же самую чекистскую группировку. По этой причине Михаил Ермаков и прослужил потом благополучно заместителем у троих председателей КГБ, принадлежавших к московскому клану – у Андропова, Чебрикова и Крючкова. И вышел на пенсию только тогда, когда ему исполнился 71 год…    
 Вот еще для примера цитата из одного интервью Виктора Чебрикова:
 “За очень короткое время в КГБ пришли достойные люди: Ермаков, директор муромского завода, первый секретарь минского обкома Лежепеков, парторг Братской ГЭС Агеев, второй секретарь Алтайского обкома Пирожков, начальник военного института Емохонов, работники аппарата ЦК Крючков, Лаптев, Плеханов. Все они в итоге стали зампредами, начальниками главков, управлений.”
(http://www.peoples.ru/state/leader/fsb/viktor_chebrikov/)
 Все до единого перечисленные здесь бывшим председателем КГБ Чебриковым восемь “достойных людей” из руководства КГБ, принадлежали к московскому клану чекистской мафии.

19 января 1982 года совершил “самоубийство” (вполне возможно, что был убит своим охранником) первый заместитель председателя КГБ Семен Цвигун.  

 А всего через шесть дней, 25 января 1982 года, в Кремлевской больнице внезапно скончался второй секретарь ЦК Михаил Суслов. Суслов до этого был вполне здоров, несмотря на свой солидный возраст – а в Кремлевке он тогда всего лишь проходил плановый осмотр, по настоянию кремлевских врачей (это были еще те гиппократы)…
 И в тот же самый день, 25 января, были назначены сразу два первых заместителя председателя КГБ.  Ими стали Георгий Цинев из проамериканского клана КГБ - и Виктор Чебриков, представитель московского клана.
 Судя по всему, Юрий Андропов уже в день смерти секретаря ЦК Суслова нацелился на то, чтобы вернуться в аппарат ЦК и занять его место – и позаботился о том, чтобы ему было на кого оставить руководство органами госбезопасности. Для этого Андропов добился восстановления в штатах КГБ второй должности первого заместителя председателя КГБ – и поставил на него своего главного соратника, генерала Чебрикова.
А брежневец Цинев всего лишь заменил покойного Цвигуна на его боевом посту главного представителя Леонида Ильича в руководстве КГБ.
Но зная наши советские бюрократические порядки, трудно поверить, чтобы Андропову всего за один день удалось пробить такое повышение для Чебрикова – и, стало быть, эта комбинация наверняка готовилась чекистами из московского клана КГБ заранее…
 
26 мая 1982 года Юрий Андропов оставил пост председателя КГБ, поскольку его тогда назначили секретарем ЦК, ответственным за международные дела. Эта должность была для Андропова только промежуточной ступенькой перед заветным креслом Генерального секретаря ЦК, которое он займет уже через полгода. Но зато взамен московскому клану КГБ пришлось уступить пост председателя КГБ Виталию Федорчуку, представителю проамериканского клана чекистской мафии.  

ФЕДОРЧУК Виталий Васильевич
 В 1938 г. окончил Киевское военное училище связи. В органах госбезопасности с марта 1939 г. Служил в военной контрразведке. Оперуполномоченный ОО НКВД по УрВО, участник боев на Халхин-Голе. Замначальника ОО НКВД 82-й мсд (октябрь 1941 – март 1942 г.), с марта 1942 г. – начальник ОО НКВД – ОКР СМЕРШ 92-й отдельной танковой бригады, с октября 1943 г. – замначальника ОКР СМЕРШ по Ярославскому, с мая 1944 г. – по Тульскому гарнизонам. С февраля 1949 г. – начальник отдела УКР СМЕРШ по МВО, c декабря 1950 г. – УКР МГБ – ОО МВД по ЦГВ (Австрия и Венгрия).
Затем занимал должности:
Замначальника ОО МВД - КГБ по ЦГВ  (январь 1954 – 1955 г.);
Заместитель начальника ОО КГБ по МВО (июль 1955 – февраль 1958 г.);
Начальник ОО КГБ по МВО (февраль 1958 – февраль 1963 г.);
Заместитель начальника УОО КГБ по ГСВГ (февраль 1963 – февраль 1966 г.);
Начальник УОО КГБ по ГСВГ (февраль 1966 – сентябрь 1967 г.);
Начальник 3 Управления КГБ (сентябрь 1967 – июль 1970 г.);
Председатель КГБ Украинской ССР (июль 1970 – май 1982 г.);
Председатель КГБ  (26 мая – 17 декабря 1982 г.);
Министр внутренних дел (17 декабря 1982 – 24 января 1986 г.);
C 1986 г. – Генерал-инспектор Министерства обороны.

 Все историки твердо считают Виталия Федорчука ставленником генерала Цинева. Вот для примера типичное сообщение на этот счет: 
 “Брежнев предложил ему стать председателем (КГБ). Выразив благодарность за доверие и сославшись на возраст - ему уже перевалило за семьдесят, - Цинев отказался и назвал человека помоложе, своего бывшего заместителя по управлению военной контрразведки Федорчука. Рекомендация “своего человека” была принята. А кандидатуру Чебрикова Цинев не поддержал, так как давно уже рассматривал его как своего соперника.” 
(http://nemaloknig.info/read-23031/?page=63#booktxt)
  Здесь только нужно немного пояснить, что на самом деле до 1967 года Федорчук не был в подчинении у генерала Цинева. А прежде пересекались по службе они только с декабря 1950 до июля 1951 года в Австрии, где Цинев тогда занимал пост заместителя Верховного комиссара. Но судя по всему, советская зона оккупации Австрии тоже была после войны тем регионом, наряду с Восточной Германией, где зародился и окреп будущий проамериканский клан КГБ, к которому принадлежали оба этих чекиста. И скорее всего, у них тогда был общий куратор по линии внешней разведки, из мафиозной группировки Короткова-Серова.   
 Когда Юрий Андропов в ноябре 1982 года был избран Генеральным секретарем вместо умершего Брежнева, то он вскоре заменил на посту председателя КГБ генерала Федорчука на своего верного соратника Чебрикова. А Федорчук был тогда назначен министром внутренних дел, вместо уволенного Щелокова. Видимо, по соглашению между чекистскими кланами пост шефа МВД остался тогда по-прежнему за проамериканским кланом КГБ.
 Новый министр Федорчук сразу же начал тотальную зачистку всего МВД, сверху донизу – и на место уволенных ментов на руководящие посты в этом министерстве были тогда назначены сотни чекистов. Но Юрий Андропов постарался сделать так, что Федорчук не мог по своему усмотрению ставить своих людей на все освобождаемые им должности в МВД, поскольку в марте 1983 года заместителем Федорчука и главным кадровиком МВД стал чекистский генерал Лежепеков, представитель московского клана КГБ.

Вот как выглядел общий баланс соотношения сил в руководстве КГБ между чекистскими кланами сразу же после замены Андропова на Федорчука:
председатель КГБ Федорчук (проамериканский клан),
 его первые заместители Цинев (проамериканский клан) и Чебриков (московский клан)
 и семь простых заместителей из московского клана (Крючков, Григоренко, Лежепеков, Ермаков, Пирожков, Емохонов, Антонов).   
 Очень похоже на то, что доминирующая роль по-прежнему осталась тогда у московского клана чекистской мафии. Во всяком случае, генералу Федорчуку за те семь месяцев, которые он занимал свой пост председателя КГБ, так и не удалось заменить на “своих людей” кого-либо из соратников Андропова в руководстве госбезопасности. А это верный признак того, что контроль над КГБ оставался в руках Андропова и во время недолгого правления Виталия Федорчука. Иначе Юрий Андропов просто не был бы избран в ноябре 1982 года генсеком, поскольку у брежневской группировки был тогда перевес в один голос в Политбюро
 
 Теперь посмотрим, как менялось в годы правления Леонида Брежнева, то есть при председателях КГБ Семичастном, Андропове и Федорчуке соотношение сил между мафиозными группировками в руководстве внешней разведки КГБ.

                                 Руководство внешней разведки КГБ при Брежневе

 Мы напомним, что в первый год после избрания Брежнева генсеком, т.е. до 1966 года, в руководстве внешней разведки ничего не менялось, и там была тогда следующая картина.
 К московскому клану КГБ принадлежали начальник ПГУ Александр Сахаровский и его заместитель Михаил Котов.
А из проамериканского клана КГБ были первый заместитель начальника ПГУ Федор Мортин и три простых заместителя: Виталий Павлов, Михаил Цымбал и Алексей Крохин.
 То есть там был тогда примерный паритет между чекистскими кланами.

 В 1966 году (месяцы не указаны) были сняты с должности заместителя начальника ПГУ Виталий Павлов, Михаил Цымбал и Алексей Крохин. Все трое были из проамериканского клана.
Виталий Павлов тогда был назначен резидентом в Вене (март 1966 – октябрь 1970).
Михаила Цымбала сняли с поста начальника нелегальной разведки (Управление “С” ПГУ) и перевели на какой-то неизвестный, но, видимо, более мелкий пост. С 1971 года генерал Цымбал предположительно занимал должность начальника 5 Отдела ПГУ (Южная Европа).
А Алексея Крохина сняли с поста начальника внешней контрразведки (тогда это была Служба № 2 ПГУ) и назначили резидентом в Париже (1966-71 гг.). Формально это тоже было понижением, но тут надо еще учесть, какой притягательной была тогда для любого советского гражданина какая угодно работа на гнилом Западе.
И к тому же генерал Крохин если и не стал тогда прямо советским “наместником” и правителем Франции (как, к примеру, тогдашний резидент КГБ в Финляндии), то в любом случае он был весьма влиятельным политическим деятелем в этой стране, располагая очень обширной тайной агентурой во французской правящей элите. Так что это была на самом деле более чем пристойная должность для генерала разведки.
                                      
Сделаем здесь небольшое “лирическое отступление”. Года два назад, покончив с бывшими соцстранами Восточной Европы, я попробовал подробно разобраться с тем, какие группировки находятся у власти во Франции, за последнюю четверть века. Поскольку можно было заранее ожидать, что советская внешняя разведка делала и в этой стране все, что хотела, поскольку французы всегда отличались огромной симпатией к левым силам. Ведь там коммунисты неоднократно входили даже в правительство страны, не говоря уже о местном самоуправлении, где им постоянно доставались руководящие посты во многих городах и департаментах.
 Но полученные тогда просто невероятные результаты, откровенно говоря, поразили даже такого отъявленного “конспиролога”, каким является автор этих строк. Так что я даже не решился сразу же предать их гласности, решив, что лучше потом как-нибудь еще раз повторить свои изыскания и все это как следует перепроверить.
Дело в том, что у меня тогда получилось, что вся правящая элита Франции, как в политике, так и в бизнесе, принадлежит к сфере влияния одного клана нашей чекистской мафии, конкретно, семейного клана КГБ. И это несмотря на то, что политическая борьба во Франции протекает очень бурно, причем между собой ожесточенно борются за власть не только несколько больших партий, но крупные партии вдобавок разделены еще и на соперничающие фракции, притом вполне официально.
 В цивилизованных странах Западной Европы практически не бывает заказных убийств, но зато разоблачения в коррупции здесь постоянно используются в политической борьбе – и Франция вовсе не является исключением, там тоже в этом смысле жизнь бьет ключом. Правда, попавшихся на взятках чиновников в этой стране довольно редко сажают за решетку, и в большинстве случаев они получают только условные сроки заключения. Притом французы очень снисходительны к мелким человеческим слабостям, так что иной раз даже политическая карьера этих проворовавшихся политиков после некоторого перерыва успешно продолжается и дальше: они опять идут на выборы - и даже иногда побеждают там! А потом на них заводят новые уголовные дела…
 Но если в области политики Франция представляет собой как бы хаотический клубок грызущихся между собой политических группировок, то в сфере бизнеса там ничего подобного не наблюдается – и там никакого разделения на враждующие кланы мне обнаружить так и не удалось, как я не бился. Оказалось, что все крупные корпорации и банки Франции тесно связаны между собой в единую финансовую систему, и это фактически одна семья. Причем весь этот французский крупный капитал прочно соединен только с одним нашим чекистским кланом, с так называемым семейным кланом КГБ
Правда, крупный американский капитал во Франции тоже присутствует, но его позиции там довольно слабые, и особой роли в экономике страны он не играет. А в политической жизни страны влияние мафии ЦРУ вообще существенного значения не имеет. Мне удалось обнаружить только пару французских сатирических изданий, связанных с американским капиталом и специализирующихся на разоблачениях политиков – и на этом все. Хотя надо признать, что журналистика в демократических странах это вообще-то довольно эффективный политический инструмент, поскольку там за скандальными разоблачениями в прессе обязательно следуют судебные процессы и отставки (не то, что у нас)…
 Во Франции почти не встречается такая разновидность открытой коррупции, как в США, где многие министры после отставки из правительства устраиваются на “работу” в советы директоров и правления различных компаний, которых они ранее одарили выгодными госконтрактами. А потом они получают от этих фирм на законных основаниях ежегодную “зарплату” в сотни тысяч и даже миллионы долларов, и это взяткой уже как бы не считается. Американцы уж больно простой народ, тогда как французские политики устраивают эти финансовые комбинации более тонким и изощренным способом: во Франции такого рода “бизнесменами” после отставки обычно становятся не сами министры, а их личные помощники (там у каждого министра их числится в штате порядка дюжины). И тут уже никакой закономерности мне обнаружить не удалось: в отличие от США, где постоянно борются между собой за власть два клана мафии американских спецслужб, видные французские политики из всех партий и фракций оказались связаны в финансовом отношении с одними и теми же крупными корпорациями и банками.. 
 И поскольку все французские крупные партии теперь фактически кормятся из одной финансовой кормушки, то отсюда следует логический вывод о том, что на самом деле никакой настоящей борьбы за власть во Франции давно уже нет - это все одна только видимость. Ведь если контроль над руководством всех крупных партий этой страны находится в единых руках, то кто бы из этих партий не победил на выборах, это уже практически никакого значения не имеет ни для кого, кроме самих французских политиков и членов их семей. Так что настоящим чекистским хозяевам Франции расцвет демократии в этой стране особенно не мешает – и, похоже, что они почти даже и не вмешиваются в ее бурную политическую жизнь, поскольку в этом теперь нет никакой необходимости…
 Иными словами, оказалось, что современная Франция оказалась даже более “чекистской” страной, чем ФРГ после ее объединения с ГДР. На первый взгляд, такой вывод может показаться совершенно невероятным, но тут надо учесть, что у французов ведь всегда была своя внутренняя “ГДР”, в смысле свой мощный форпост советского влияния: это компартия Франции, которая вплоть до 1991 года находилась на тайном финансовом содержании со стороны советского руководства. И хотя руководители компартии Франции брали из рук наших правителей деньги, но при этом они сохраняли видимость полной независимости и даже позволяли себе публично критиковать советское руководство за преследование диссидентов, оккупацию Чехословакии, афганскую войну и т.д. Но без такого “еврокоммунизма” у французских коммунистов вообще не было бы никаких шансов собрать хоть немного голосов избирателей на выборах. И даже такой их показной либерализм коммунистам помогал недостаточно, так что шансов победить на президентских или парламентских выборах в масштабах всей страны у них после 20-го съезда КПСС и разоблачения сталинских преступлений уже не было никаких. Судя по всему, именно по этой причине наши чекисты сделали тогда свою основную ставку на Социалистическую партию Франции, более умеренную на вид левую партию – и тогда у них дело пошло гораздо успешнее. Ведь наша чекистская мафия вовсе не собиралась строить социализм советского типа в Западной Европе, и у нее были более практичные и вполне достижимые цели: деньги и власть, как для любой мафии мира…
 Мне только постепенно удалось свыкнуться с мыслью о том, что нашим чекистам, вполне возможно, удалось обосноваться как у себя дома даже в такой демократической западной стране, как Франция (куда же американцы смотрели?!). А сначала я решил было, что мои методы исследования для капиталистических стран Западной Европы вообще не подходят – так что лучше бы мне вернуться обратно на родную почву, то есть в пределы нашей бывшей советской империи. И там более основательно разобраться с самыми начальными “истоками” нашей мафии внешней разведки КГБ – и вообще с историей ее становления и развития. Мне показалось, что имея такой прочный фундамент под ногами, потом можно будет более успешно заниматься расследованием положения дел и на Западе. Но поскольку сейчас мне приходится копать намного глубже, образно выражаясь, то на это может уйти гораздо больше времени, чем раньше, когда я писал первые части этой книги. И когда у меня дойдут руки до написания французской части книги, это мне совершенно неизвестно. Так что я решил опубликовать сейчас по Франции хотя бы одни только эти предварительные общие выводы, без их подробного обоснования. На мой взгляд, это имеет смысл сделать, поскольку в любом случае такая версия заслуживает рассмотрения политологами…
 А если кто-то сомневается насчет реальности изображенной тут мрачной картины, “Франция под тайной властью чекистов”, то я посоветовал бы таким скептикам ознакомиться хотя бы с документальной книгой Тьерри Вольтона “КГБ во Франции” (М., 2000). Разумеется, у Вольтона там собраны только те факты, которые давно уже всплыли на поверхность и вызвали публичный скандал – то есть как бы видимая часть чекистского “айсберга”. И все равно впечатление от разгула наших чекистов в этой стране складывается жуткое – ведь они там даже в правительстве и в руководстве спецслужб после войны всегда имели своих тайных агентов…
   
Вернемся теперь к руководству внешней разведки КГБ.

 Новыми заместителями начальника ПГУ вместо снятых трех генералов из проамериканского клана КГБ были назначены Борис Иванов (1966 г.) и Анатолий Лазарев (1966 г.).

ИВАНОВ Борис Семенович.
В органах госбезопасности с 1937 г. Служил в войсках НКВД, принимал участие в советско-финской войне. В годы ВО войны – оперуполномоченный, затем начальник отдела УНКВД – УНКГБ по Вологодской области.
В 1949 г. по приглашению Е.П. Питовранова перешел на работу в центральный аппарат МГБ, занимал должности:
Заместитель начальника Отдела “2-Б” (контрразведка против США, с декабря 1951 г. – 1 отдел) ВГУ МГБ (1949 – 1953 г.),
С января 1953 по март 1954 года - начальник 4 (американского) отдела 1 Управления ГРУ МГБ - ВГУ МВД.
Резидент КГБ в Нью-Йорке (март 1955 – декабрь 1959 г.), в 1956 г. находился в командировке в Венгрии, участвовал в подавлении мятежа;
Начальник 1 Отдела (Северная Америка) ПГУ КГБ (1960 – 1962 г.)
Резидент КГБ в Нью-Йорке (1962 – июнь 1964 г.).
Начальник 13 Отдела ПГУ КГБ (диверсии и саботаж) (1965 – 1966 г.)
Заместитель начальника ПГУ КГБ по Западному полушарию (1966 – ... г.). Одновременно в мае – ноябре 1968 г. – зам. начальника опергруппы КГБ в ЧССР.
1-й заместитель начальника ПГУ (... – март 1979 г.), курировал 2 службу – Управление “К” и 1 и 2 отделы ПГУ.
Руководитель Особой группы КГБ в Афганистане (17 марта 1979 – 1982 г.);
Начальник группы консультантов при Председателе КГБ (1982 – 1987 г.);
С октября 1987 г. (по другим данным с сентября 1988 г.) – в отставке.
 
 Клановую принадлежность Бориса Иванова можно определить по его тесной связи с таким видным представителем московского клана КГБ, каким был Евгений Питовранов.
 Вот для примера сообщение на эту тему:
 “Тогда же Питовранов познакомился с вологодским чекистом Борисом Ивановым, ставшим впоследствии его ближайшим другом и соратником. После увольнения Питовранова в отставку в 1966 г. он при содействии старого друга Бориса Семеновича Иванова, ставшего к тому времени первым заместителем начальника ПГУ КГБ, становится заместителем председателя, в 1977 г. - первым заместителем председателя, в 1983 г. - председателем президиума Торгово-промышленной палаты СССР.” (http://www.istorya.ru/book/kontrrazvedka/06.php)
 (Евгений Питовранов возглавлял госбезопасность соседней Кировской области с 1942 до 1944 года, тогда он и познакомился с Борисом Ивановым)
Еще такой интересный момент из биографии Бориса Иванова:
 “В Москву пошла депеша представителя КГБ (в Афганистане) генерала Иванова о том, что Амин работает на ЦРУ, поэтому необходимо ввести войска в Афганистан, иначе американцы опередят Кремль.” (http://news.tj/ru/node/206701)
 Естественно, что это была умышленная дезинформация со стороны генерала Иванова. Ведь если бы президент Демократической республики Афганистан Хафизулла Амин и в самом деле был американской марионеткой, то он бы не стал так настойчиво уговаривать Кремль, чтобы прислали ему на помощь советские войска, для подавления врагов революции. Как известно, афганская война началась по инициативе Андропова, Устинова и Громыко – то есть московского клана КГБ, по нашей версии. Видимо, эта мафиозная группировка плохо себя представляла все последствия этой военной авантюры для правящего советского режима. Это были какие-то мутные геополитические игры, с не очень понятными целями. Ведь в самом Афганистане никаких ценных полезных ископаемых нет, и это очень бедная и отсталая страна – так что, видимо, наши правители просто старались подобраться поближе к Персидскому заливу и ближневосточной нефти. Недаром Запад тогда так остро отреагировал на советскую оккупацию этой страны…

ЛАЗАРЕВ Анатолий Иванович.
 В войсках НКВД с 1940 г. В органах госбезопасности с 1943 г.
Резидент КГБ в Париже (1959 – 1966 г.);
Заместитель начальника ПГУ – начальник Управления “С” (1966 – 1974 г.);
Уполномоченный КГБ при МГБ ГДР (1974 – май 1976 г.);
Предположительно, начальник 5 отдела ПГУ (конец 70-х гг.).
C 1987 года в отставке.

 Как мы видим, у Анатолия Лазарева в 1966 году произошла рокировка с Алексеем Крохиным: генерал Крохин тогда был назначен резидентом в Париж, а Лазарев вместо него возглавил нелегальную разведку (Управление “С”).
 Похоже, что в 60-е годы, после строительства Берлинской стены, Восточный Берлин вроде бы уже перестал быть “столицей” для советской нелегальной разведки – и вместо него главной оперативной базой для наших нелегалов стал тогда Париж… 
  Что же касается клановой принадлежности генерала Лазарева, то мы отыскали две существенных зацепки для ее вычисления.
 Во-первых, у Анатолия Лазарева были очень плохие отношения с начальником внешней разведки Владимиром Крючковым. Вот как об этом пишет в своей книге беглый чекист Олег Калугин:
 “По мере того как Крючков осваивался со своим положением, он становился все более нетерпимым к любым замечаниям, предложениям и инициативам, если они не отвечали его представлению о происходящем. Попал в немилость начальник Управления “С” А. Лазарев, осмелившийся покритиковать некоторые шаги руководства. Его направили в Берлин представителем КГБ при МГБ ГДР.”
(http://litread.me/pages/107766/176000-177000?page=44)
А во-вторых, генерал Лазарев оказался тесно связан с генералом Циневым, через его зятя. Вот сообщение на эту тему:
 “А.И.Лазарев был повышен в звании до генерал-лейтенанта. Одновременно он дал согласие с назначением на должность своего первого заместителя полковника А.И.Шальнева, который являлся зятем Г.К.Цинева, первого заместителя председателя КГБ СССР. Это назначение послужило началом длительного этапа интриг и борьбы за должность руководителя аппарата КГБ СССР в ГДР.”
(http://www.proza.ru/2014/11/26/2207/)
 Все это, на наш взгляд, дает в совокупности достаточно оснований для причисления Анатолия Лазарева к проамериканскому клану КГБ.

26 января 1967 года первым заместителем начальника ПГУ был назначен Альфонсас Рандакявичюс.

Бывший председатель КГБ Литвы генерал Рандакявичюс прямого отношения к внешней разведке никогда не имел, так что на первый взгляд это назначение выглядит совершенно нелепо. Правда, Прибалтика всегда входила в зону ответственности внешней разведки, поскольку местные чекисты активно помогали вести разведку на скандинавском направлении – но все равно, такое назначение было полным абсурдом, и оно тогда не могло не вызвать бурных протестов со стороны разведчиков. Во всяком случае, уже через считанные дни, в феврале 1967 года, этого литовского генерала понизили до простых заместителей начальника ПГУ.

РАНДАКЯВИЧЮС Альфонсас Бернардович
С июня 1940 г. – на комсомольской работе: был секретарем волостного, с сентября 1940 г. – инструктором Каунасского горкома комсомола. В армии с 1942 г. Служил в 16-й Литовской стрелковой дивизии. С мая 1943 г. – помощник начальника политотдела дивизии. Демобилизован в мае 1946 г.
Секретарь ЦК ЛКСМ Литовской ССР (май 1946 – сентябрь 1949 г.), с 1949 – слушатель ВПШ, после ее окончания в 1952 г. – начальник политотдела 16-й Литовской стрелковой дивизии (июнь 1952 – июль 1956 г.).
В органах госбезопасности с 1956 г.
Заместитель председателя КГБ Литовской ССР по кадрам (июль 1956 – май 1959 г.)
Председатель КГБ Литовской ССР (октябрь 1959 – январь 1967 г.)
1-й заместитель начальника ПГУ КГБ (26 января – февраль 1967 г.)
Заместитель начальника ПГУ КГБ (февраль 1967– 1970 г.)
В 1971 – 1977 г. – министр юстиции Литовской ССР. Умер в декабре 1978 года.

 Об этом деятеле сохранилось крайне мало информации в Сети. Но скорее всего, Альфонсас Рандакявичюс был тесно связан с командой бывших комсомольских функционеров Шелепина-Семичастного – то есть он работал на московский клан КГБ. По этой причине и последовало его назначение председателем КГБ Литвы в октябре 1959 года, после того как председателем КГБ стал Александр Шелепин.
А выдвижение председателем КГБ Семичастным генерала Рандакявичюса в январе 1967 года на высокий пост в руководстве внешней разведки в таком случае выглядит просто как открытое проявление межклановой борьбы внутри чекистской мафии. Шелепинцам было тогда наплевать, что они выдвигают некомпетентного человека, главное для них было укрепить свой контроль над внешней разведкой… 

В итоге вместо трех заместителей начальника ПГУ из проамериканского клана КГБ (Павлов, Цымбал и Крохин) появились два новых заместителя из московского клана (Б. Иванов и Рандакявичюс) и только один представитель проамериканского клана (Лазарев).

 Таким образом, к моменту увольнения Владимира Семичастного с поста председателя КГБ (май 1967 года) руководство внешней разведки КГБ выглядело так.
К московскому клану КГБ принадлежали начальник ПГУ Сахаровский и три его заместителя (Котов, Б.Иванов, Рандакявичюс).
А из проамериканского клана КГБ были только первый заместитель начальника ПГУ Мортин и один простой заместитель (Лазарев).
То есть теперь там уже не было никакого паритета между кланами – и ясно просматривается преобладание московского клана КГБ.
 
Еще в 1967 году (месяц не указан) заместителем начальника ПГУ стал Викентий Соболев.

СОБОЛЕВ Викентий Павлович.
В органах госбезопасности с 1945 г., служил в разведке. С 1947 г. работал в резидентуре в Каире. После возвращения в 1950 г. – сотрудник 3 Управления (Ближний и Дальний Восток) КИ, с ноября 1951 г. – 4 Управления (Азия) ПГУ МГБ.
Затем занимал должности:
Резидент МВД и КГБ в Каире (1953 – 1958 г.);
Заместитель начальника 8 отдела ПГУ КГБ (1958 – 1960 г.);
Резидент КГБ в Тунисе (1960 – 1962 г.);
Резидент КГБ в Рабате (1965 – 1967 г.);
Заместитель начальника ПГУ по Ближнему и Среднему Востоку и Африке (1967-69) Главный резидент КГБ в Нью-Йорке (1969 – 1971 г.);
С 1971 г. – на пенсии.

 Связи Викентия Соболева указывают на его принадлежность к московскому клану КГБ. Вот цитата из воспоминаний генерала Вадима Кирпиченко:  
 “В первый же день я познакомился с Викентием Павловичем Соболёвым, Яковом Прокофьевичем Медяником, Иваном Ивановичем Зайцевым и Павлом Ефимовичем Недосекиным, бок о бок с которыми и проходила впоследствии моя работа в разведке.” 
(http://www.x-libri.ru/elib/krpch000/00000009.htm)
Немного забегая вперед, мы скажем уже сейчас, что генералы разведки Яков Медяник и Вадим Кирпиченко принадлежали к московского клана КГБ, притом они в свое время явно входили в руководство этой мафиозной группировки. 

В июне 1967 года заместителем начальника ПГУ был назначен Иван Агаянц.

Мы уже подробно говорили о генерале Агаянце, он тоже принадлежал к московскому клану КГБ
 Это было, видимо, первое назначение в руководстве внешней разведки при новом председателе КГБ Андропове.
Но у Ивана Агаянца оказались проблемы со здоровьем, так что он умер всего через год, в мае 1968 года (в возрасте 57 лет).

В 1968 году (месяц не известен) также был снят с поста заместителя начальника ПГУ Михаил Котов, представитель московского клана КГБ.

  Формально для него это было понижение, но на самом деле в этом году генерал Котов был тогда назначен на весьма ответственный пост, представителя КГБ в Чехословакии. Так что именно чекисту Котову тогда пришлось руководить подавлением “пражской весны” и проводить “нормализацию обстановки” в этой братской соцстране.
Не менее важным был потом и пост резидента КГБ в Финляндии, который генерал Котов занимал с 1972 до 1975 года. Мы напомним, что во главе этой капиталистической страны тогда находился тайный агент КГБ Урхо Кекконен, президент Финляндии с 1956 до 1981 года, поэтому резиденты советской разведки в это время фактически были настоящими правителями Финляндии (и вряд ли что-то там после этого изменилось)… 

Новыми заместителями начальника ПГУ в 1968 году (месяц неизвестен) стали Сергей Кондрашев и Борис Соломатин.

КОНДРАШЕВ Сергей Александрович.  
В 1940 году поступил в Московский авиационный институт. С 1944 г. работал во Всесоюзном обществе культурных связей с заграницей, референт-переводчик. В органах госбезопасности с 1947 г. Службу начал в контрразведке, в 1951 г. перешел в разведку. С октября 1953 г. работал в резидентуре КГБ в Лондоне, где курировал агента Джорджа Блейка. После возвращения в СССР в 1955 г. работал в 4-м Отделе ПГУ. Затем занимал должности:
Заместитель резидента КГБ в Вене (1957 – 1962 г.)
Заместитель начальника Отдела “Д” (дезинформация) ПГУ (1962 – 1966 г.)
В командировке в ФРГ (1966 – 1967 г.)
Начальник 4 (германского) Отдела ПГУ (1967 – 1968 г.)
Начальник Службы “А” (дезинформация) ПГУ (1968 г.);
Заместитель начальника ПГУ КГБ (1968 – 1973 г.)
Помощник начальника ГУПВ КГБ по разведкеначальник Разведывательного управления ГУПВ (1973 – 1974 г.)
Член советской делегации при подготовке Заключительного акта СБСЕ (1974 г.), участник встреч СБСЕ в Белграде (1977 г.).
С 1978 г. – старший консультант при Председателе КГБ. С 1992 г. – на пенсии.

 Сергей Кондрашев наверняка принадлежал к московскому клану КГБ.
Во-первых, он несколько лет прослужил заместителем у Ивана Агаянца, начальника службы дезинформации КГБ. Генерал Агаянц сам и основал это чекистское подразделение, так что он имел возможность подобрать туда руководящие кадры по своему вкусу.
А во-вторых Кондрашев был зятем самого Василия Рощина, главного отца-основателя московского клана КГБ.  
 “О человеке этой удивительной судьбы в канун его столетия корреспонденту “Парламентской газеты” рассказал ветеран внешней разведки нашей страны, один из руководителей этого ведомства, генерал-лейтенант в отставке Сергей Александрович Кондрашев. Судьба сложилась так, что мой собеседник не только служил с Василием Рощиным в одном ведомстве, но и был женат на его дочери Розе.” (http://old.pnp.ru/archive/12890111.html)
 Правда, полковник Рощин вышел в отставку, якобы по состоянию здоровья, уже в 1953 году - когда служба Сергея Кондрашева в разведке только начиналась. Но Василий Рощин прожил потом на пенсии до 1988 года, да и нужные связи с руководством внешней разведки у него явно сохранились, даже если этот “человек удивительной судьбы” и в самом деле отошел от всех дел (что не факт). Так что женитьба на дочке Рощина явно помогла чекистской карьере Кондрашева, и в результате он дослужился до звания генерал-лейтенанта.
 Но не всегда карьера генерала Кондрашева протекала гладко, поскольку в 1973 году он по неизвестной причине был изгнан из внешней разведки и перешел на службу в погранвойска. Видимо, основная причина этого злосчастья для Кондрашева заключалась в том, что с 1971 года начальником ПГУ был Федор Мортин, представитель проамериканского клана КГБ (о нем мы уже говорили в предыдущей части книги). И по этой же причине опала генерала Кондрашева продолжалась очень недолго: как только в 1974 году внешнюю разведку КГБ вместо генерала Мортина возглавил Владимир Крючков, так Кондрашева опять отправили служить за границей. То есть он тогда явно вернулся в руководство внешней разведки, хотя и неизвестно, на какой именно пост…     

СОЛОМАТИН Борис Александрович.
В боях на Курской дуге командовал взводом полковой артиллерии. Войну закончил в звании старшего лейтенанта. В 1946 г. поступил в МГИМО. После его окончания в 1951 г. был направлен в разведку. Окончил ВРШ, изучал японский язык.
В 1954-58 г. – в резидентуре ПГУ в Дели.
Резидент КГБ в Дели (1960 – 1963 г.)
В 1 отделе ПГУ (1963 – 1965 г.)
Резидент (Главный резидент) КГБ в Вашингтоне (1965 – 1968 г.)
Заместитель начальника ПГУ по Дальнему Востоку (1968 – 1971 г.)
Главный резидент КГБ в Нью-Йорке (1971 – 1975 г.)
Резидент КГБ в Риме (1976 – 1982 г.)
Заместитель начальника ПГУ (1982 – 1988 г.)
С 1988 г. в отставке.

 Борис Соломатин всегда просто ненавидел начальника ПГУ Владимира Крючкова. После победы демократии в одном своем интервью иностранным корреспондентам генерал Соломатин заявил, что “Крючков был одним из тех изменников (traitors), которые развалили нашу страну и разрушили ее мощь”.
(http://www.usspueblo.org/Aftermath/Pete%20Early-Boris%20Solomatin%20Interview.pdf)
 Вот еще сообщение на эту тему:
 “Другой сильной личностью в ПГУ был Б. Соломатин, пользовавшийся заслуженной репутацией умелого организатора и вербовщика. Где бы он ни работал - в Индии, США или Италии, - везде под его руководством резидентуры добивались успеха. В Дели вербовали министров правительства, в США - Уокеров, в Италии - моряков 6-го флота США. Соломатина назначили заместителем начальника ПГУ в 1968 году и прочили на должность шефа разведки. …Неудивительно, что Крючков видел в Соломатине серьезного соперника. Получив через своих осведомителей информацию, что Соломатин не дурак выпить, Крючков тут же донес об этом Андропову. Карьера еще одного аса разведки закончилась. Он завершил свою деятельность в резерве КГБ под прикрытием Госплана СССР.”
(http://bungalos.ru/b/kalugin_proshchay_lubyanka/8)
 Все чекисты любят выпить, это у них просто профессиональная болезнь такая. Особенно во внешней разведке, где обычно вербуют агентов во время дружеской посиделки где-нибудь в ресторане. И в ближайшем окружении Владимира Крючкова были алкаши и более крутые, чем Борис Соломатин – но им-то все сходило с рук. Есть свидетельства очевидцев, что, к примеру, один соратник председателя КГБ Крючкова однажды вечером так упился прямо у себя в кабинете на Лубянке, что утром его нашли там валяющимся на полу в полной отключке, притом и сейф с секретными документами у него был открыт. И ничего, генерал Крючков его великодушно простил и даже повысил в должности!  В чекистской мафии действуют свои законы, и там бестолковые, но чем-нибудь замаранные сотрудники ценятся больше, чем настоящие профессионалы, которых нельзя поймать на компромате и завербовать.
 Те высокие посты в руководстве внешней разведки, которые генерал Соломатин занимал вплоть до 1988 года, на наш взгляд, полностью исключают вероятность того, что этот деятель вообще не принадлежал ни к одному клану чекистской мафии. Просто не тот уровень у него тогда был – и совсем не то было время для подобного варианта. А поскольку с московским кланом у Соломатина отношения были явно враждебные, то, стало быть, он явно принадлежал к будущему проамериканскому клану КГБ.
 Так что напрасно генерал Соломатин обвинял потом Владимира Крючкова в развале советской империи. Ведь на самом деле это Соломатин принадлежал к той мафиозной чекистской группировке, которая при содействии американских спецслужб успешно осуществила роспуск Советского Союза.
(И за это либералы вроде меня могут только поблагодарить этих чекистов, поскольку другого способа покончить с коммунистическим режимом тогда не было).
И хотя перестройку в 1986 году начали оба клана чекистской мафии совместно, но генерал Крючков и прочие чекисты из московского клана КГБ все же с конца 1990 года пытались повернуть ход событий вспять и спасти нашу могучую тоталитарную державу. Но они все слишком поздно хватились, поскольку уже пошла цепная реакция распада, которую никто не мог остановить… 

Апрель 1969 года – заместителем начальника ПГУ по кадрам был назначен Елисей Синицын.

Мы уже подробно разбирали биографию этого видного деятетеля, одного из главных отцов-основателей московского клана КГБ.
Генерал Синицын пробыл заместителем начальника внешней разведки очень недолго, уже в марте 1970 года он был снят с этого поста и отправлен руководить Чехословакией, в качестве главного представителя КГБ в этой братской соцстране.

Август 1970 года - заместителем начальника ПГУ по кадрам был назначен Василий Старцев.

СТАРЦЕВ Василий Иосифович.
В органах госбезопасности с ноября 1938 г. Службу начал в контрразведке: оперуполномоченный 2 отделения 3 отдела ГУГБ НКВД, с марта 1941 г. – старший оперуполномоченный 1 отделения 2 отдела (Япония и Китай) 2 Управления НКГБ (затем НКВД), с 16 мая 1943 по 15 июня 1946 г. – заместитель начальника 4 отделения 7 отдела 2 Управления НКГБ – МГБ. В феврале 1947 – июле 1948 г. – в командировке в Китае. После возвращения в СССР работал в разведке. В 1949 г. старший помощник начальника 3 отдела 3 Управления (Ближний и Дальний Восток) КИ, затем занимал должности:
Начальник 4 отдела 3 управления КИ (сентябрь 1950 – декабрь 1951 г.)
И.о. начальника 4 отдела 4 Управления (Азия) ПГУ МГБ (январь – май 1952 г.)
Начальник 4 отдела 4 Управления ПГУ МГБ (май 1952 – 17 марта 1953 г.)
Заместитель начальника 7 Отдела (Ближний и Средний Восток) ВГУ МВД (20 марта – 9 мая 1953 г.);
Заместитель начальника 4 Отдела (страны Востока) ВГУ МВД (9 мая 1953 – февраль 1954 г.)
Резидент КГБ в Белграде (март 1954 – сентябрь 1955 г.).
Заместитель начальника отдела ПГУ КГБ (октябрь 1955 – февраль 1958 г.)
Начальник 7 Отдела (Япония, Индия и т.д.) ПГУ (февраль 1958 – 14 августа 1970 г.)
Заместитель начальника ПГУ по кадрам – начальник Отдела кадров ПГУ (14 августа 1970 – апрель 1974 г.)
С июля 1974 г. на пенсии.      

 В Сети нам попалась только одна серьезная зацепка для прояснения клановой принадлежности Василия Старцева – это сообщение о том, как его бесцеремонно даже не уволили, а просто вышвырнули из руководства внешней разведки:
 “Тем осенним вечером 1974 года генерал Старцев вернулся со службы домой намного позже обычного - работы было невпроворот. …Подняв трубку, генерал услышал знакомый голос, но на этот раз почему-то подчеркнуто официальный, сухой: “Вам нет нужды приезжать завтра на службу. Вы уволены. Приказ подписан”. …Его “ушли” потому, что взгляды на принципы подбора и выдвижения кадров у Старцева, ставшего заместителем начальника разведки по кадрам, и у Крючкова, тогдашнего шефа разведки, оказались взаимоисключающими. Старцев старался, как мог, оградить разведку от случайных людей. …Крючков же придерживался иных принципов. Личные и деловые качества, профпригодность - все это постепенно отодвигалось на второй план, а на первый выходил принцип личной преданности.”
(http://www.e-reading.club/bookreader.php/1023290/Zhemchugov_-_Krot_v_okruzhenii_Andropova.html)
 Острый конфликт с начальником внешней разведки Владимиром Крючковым означает, что генерал Старцев, скорее всего, принадлежал к проамериканскому клану КГБ.
 Тут на первый взгляд все сходится, поскольку как раз в ноябре 1974 года Крючков был назначен и.о. начальника ПГУ вместо Федора Мортина, представителя проамериканского клана. И естественно, первым делом генерал Крючков должен был сменить главного кадровика внешней разведки. Хотя и не обязательно было проделывать это так грубо – но видимо, отношения между этими двумя чекистскими генералами очень уж сильно испортились к тому времени.
 Правда, тут имеется некоторая нестыковка. Причем тут вообще “осенний вечер 1974 года”, когда в официальной биографии Василия Старцева, опубликованной на сайте shieldandsword.mozohin.ru сказано, что он был уволен с поста заместителя начальника ПГУ в апреле этого года? Возможно, что это какая-то ошибка. Другой вариант, более вероятный, это что на самом деле Владимир Крючков при поддержке председателя КГБ Андропова добился увольнения генерала Старцева именно в апреле 1974 года, хотя Крючков формально тогда был только первым заместителем начальника ПГУ. Ведь не исключено, что в последние месяцы своей службы начальник ПГУ Мортин уже не имел никакой реальной власти, а Крючков уже тогда всем распоряжался, при поддержке председателя КГБ Андропова…

Ноябрь 1970 года – был снят с заместителей начальника ПГУ Альфонтас Рандакявичюс, представитель московского клана КГБ.
Его тогда вообще уволили из органов госбезопасности и назначили министром юстиции Литвы.  

1971 год (месяц неизвестен) – Борис Соломатин из проамериканского клана КГБ снят с поста заместителя начальника ПГУ и назначен резидентом КГБ в Нью-Йорке.

15 июля 1971 года – снят начальник ПГУ Александр Сахаровский, представитель московского клана КГБ.  
Новым начальником внешней разведки стал тогда бывший первый заместитель начальника ПГУ Федор Мортин из проамериканского клана чекистской мафии.  

Вот на этом моменте стоит остановиться подробнее. Каким образом московский клан КГБ хотя бы на короткое время, всего на три года, выпустил из своих рук такой важный пост, начальника ПГУ?
 На самом деле это произошло не вдруг – а экспансия проамериканского клана КГБ и брежневской группировки началась постепенно, еще за год до этого события, когда в апреле 1970 года был уволен  первый заместитель председателя КГБ Николай Захаров, представитель московского клана КГБ. Причем вместо него никого тогда не назначили - и у Андропова потом долгие годы, до 1982 года, был только один первый заместительбрежневец Семен Цвигун.
Следующее небольшое усиление брежневской группировки произошло в июле 1970 года, когда начальник ВГУ КГБ Георгий Цинев стал одновременно заместителем председателя КГБ.
А просто триумфальным для брежневской группировки стал апрель 1971 г.: после 24-го съезда КПСС в состав Политбюро были добавлены сразу четыре брежневцаВ. Гришин, Ф. Кулаков, Д. Кунаев и В. Щербицкий. После чего у брежневской группировки оказалось большинство в один голос в этом высшем партийном органе страны.
 И только в июле 1971 года брежневская группировка перехватила у московского клана КГБ еще и пост начальника внешней разведки КГБ.
 И во внешней разведке, и в руководстве КГБ это была вершина успеха для брежневцев. Причем уже в ноябре 1974 года генерал Мортин был снят с поста начальника ПГУ, и у брежневской группировки пошел спад по чекистской линии.
 Но по партийной линии их наступление продолжалось еще пять лет, вплоть до ноября 1979 года, когда с назначением Николая Тихонова членом Политбюро там был достигнут максимальный перевес брежневской группировки: 10 брежневцев против 4 андроповцев.
Но это был уже апогей, т.е. была достигнута та верхняя точка, после которой у брежневцев начался спад даже по партийной линии - который завершился для них полным обвалом 1982 года, когда власть в стране была захвачена андроповцами. И это контрнаступление андроповцев на самом деле началось уже в апреле 1976 года, когда внезапно умер маршал Гречко, а министром обороны вместо него стал Дмитрий Устинов. Потом и Федор Кулаков очень вовремя скончался – и освободил место Секретаря ЦК для Михаила Горбачева. И так далее… Ничего удивительного, ведь в руках у андроповской группировки был тогда такой мощный “регулятор” персонального состава правящей элиты, как кремлевская больница и доктор Чазов с его чудо-таблетками.
 И как мы видим, никакое большинство в Политбюро брежневцам тут не помогло – поскольку им так и не удалось одержать победу на самом главном, то есть на чекистском направлении…

Август 1971 года – вместо генерала Мортина на освободившийся пост первого заместителя начальника ПГУ был назначен Владимир Крючков из московского клана КГБ.

Что же касается простых заместителей начальника ПГУ при новом начальнике генерале Мортине, то их было тогда двое из московского клана (Кондрашев, Б.Иванов), и двое из проамериканского клана (Лазарев, Старцев). То есть в руководстве внешней разведки тогда опять восстановился примерный паритет между чекистскими кланами – но уже при некотором перевесе проамериканского клана КГБ

1973 год (месяц неизвестен) – представитель московского клана Сергей Кондрашев был снят с поста заместителя начальника ПГУ и переведен из внешней разведки на службу в погранвойска.

1973 год (месяц неизвестен) – заместителем начальника ПГУ по Дальнему Востоку был назначен Юрий Попов.

ПОПОВ Юрий Иванович.
Ветеран войны, был помощником начальника штаба батальона, командовал взводом в дивизионе бронепоездов. В органах госбезопасности с 1951 г. Работал во внешней разведке. Выезжал в командировки в Бирму (1954 – 1958 г.) и Японию (1959 – 1965 г.).
Главный резидент КГБ в Токио (1969 – 1973 г.)
Заместитель начальника ПГУ по Дальнему Востоку (1973 – 1989 г.)
Старший консультант при начальнике ПГУ (1989 – 1991 г.)
С 1991 г. в отставке.

 Сведений об этом деятеле в Сети имеется крайне мало. Поэтому клановую принадлежность Юрия Попова можно примерно определить только исходя из его официальной биографии. А там просматривается для этого лишь одна серьезная зацепка: когда в 1989 году генералу Попову исполнилось 65 лет, то тогдашний начальник ПГУ Леонид Шебаршин не отправил его сразу же на пенсию, а взял к себе на необременительную (и притом высокооплачиваемую) должность старшего консультанта. Так что “востоковед” Юрий Попов, по всей видимости, принадлежал к той же мафии, что и “востоковед” генерал Шебаршин – то есть к московскому клану КГБ.   

1974 год (месяц не указан, не позднее мая) – Анатолий Лазарев из проамериканского клана снят с поста начальника Управления “С” (нелегальной разведки) и заместителя начальника ПГУ КГБ. Генерал Лазарев был тогда назначен представителем КГБ в ГДР.

Май 1974 года – Вадим Кирпиченко был назначен начальником Управления “С” (нелегальной разведки) и заместителем начальника ПГУ КГБ.

  КИРПИЧЕНКО Вадим Алексеевич.
В РККА с 1940 г. Окончил спецшколу ВВС, Инженерную академию ВВС, затем служил в ВДВ. В январе 1945 г. направлен на фронт, участвовал в освобождении Австрии и Чехословакии. В 1946 г. демобилизован в звании старшего сержанта.
В 1947 – 1952 г. учился на арабском отделении Московского института востоковедения. В органах госбезопасности с 1952 г. 1 сентября 1952 поступил в ВРШ, после ее окончания в июле 1953 г. работал в центральном аппарате внешней разведки.
Заместитель резидента КГБ в Египте (декабрь 1954 – весна 1960 г.)
Начальник Африканского направления 8 отдела ПГУ КГБ (1960 г.)
И.о. начальника и заместитель начальника Африканского отдела ПГУ КГБ (август 1960 – февраль 1962 г.)
Резидент КГБ в Тунисе (февраль 1962 – август 1964 г.)
Начальник 10 Отдела (франкоязычные страны Африки) ПГУ КГБ (1967 – 1970 г.)
Резидент КГБ в Каире (1970 – март 1974 г.)
Заместитель начальника ПГУ - начальник Управления “С” (апрель 1974 – 1979 г.)
1-й заместитель начальника ПГУ (1979 – 1991 г.). В октябре 1988 – феврале 1989 г. – и.о. начальника ПГУ.
Начальник группы консультантов при директоре ЦСР-СВР Евгении Примакове

 Вадим Кирпиченко, несомненно, принадлежал к руководству московского клана КГБ. Об этом свидетельствуют хотя бы прекрасные отношения генерала Кирпиченко с таким титаном этой мафиозной группировки, каким был бывший директор СВР Евгений Примаков.  
 Вот цитата из воспоминаний самого Вадима Кирпиченко:
“Это в первую очередь касается той части книги, где идет максимально объективный рассказ о нашей вовлеченности в афганские дела или о моем друге, недавнем директоре СВР, а ныне министре иностранных дел России Е.М.Примакове, с которым я знаком уже полвека.” (http://unotices.com/book.php?id=119639&page=1)
 Вот еще сообщение об этой дружбе, из интервью Евгения Примакова:
 “Позднее в интервью В. Костикову Евгений Максимович признался, что у него были не просто тесные связи с ПГУ: “У меня, – заявил он, – там было много друзей”. Одним из них был Владимир Алексеевич Кирпиченко, с которым он вместе учился в Институте востоковедения и который с 1974 по 1979 г. возглавлял Управление “С” (нелегальная разведка) ПГУ КГБ СССР, а с 1979 г. являлся первым заместителем начальника ПГУ, т. е. был правой рукой В. А. Крючкова.” (http://www.posprikaz.ru/2016/07/evgenij-primakov-chelovek-kotoryj-mog-stat-prezidentom-rossii/)
 Владимир Кирпиченко был тогда не просто “правой рукой Крючкова”, а фактически он и руководил в то время всей внешней разведкой КГБ, поскольку бывший партаппаратчик Крючков так и остался дилетантом в шпионском деле…
А вот как в мемуарах генерала Кирпиченко описано его назначение начальником нелегальной разведки:
 “Два дня спустя Андропов неожиданно вызвал меня уже в свой кабинет на Лубянке и объявил, что имеет намерение назначить меня заместителем начальника разведки - начальником Управления “С” - нелегальной разведки. Это прозвучало для меня как гром среди ясного неба. Предложение, как мне казалось, никакой логикой не было связано с моей предыдущей работой, поскольку сформировался я как специалист по арабским странам и Африке. Я вежливо, но довольно решительно начал отказываться, особенно настаивая на том, что нелегальную разведку представляю себе слабо и что я специалист совсем в другой области. Андропов заявил, что это предложение я должен рассматривать как приказ, а что касается моей пригодности, то он-де давно присматривается ко мне и считает, что моя прежняя работа в кризисных условиях позволяет доверить мне этот непростой департамент. В дальнейшем я не раз пытался разобраться в причинах крутого поворота в моей разведывательной биографии.” (http://unotices.com/book.php?id=119639&page=32)
 Мы могли бы подсказать Вадиму Кирпиченко, в чем была причина этого внешне довольно абсурдного (тут он был совершенно прав) кадрового назначения. На наш взгляд, все дело тут было в том, что вплоть до 1974 года в нелегальной разведке с давних пор (с 1946 года) полностью доминировали чекисты из проамериканского клана КГБ, у которых основной оперативной базой были обе Германии (Западная и Восточная) и Франция. Но теперь руководство московского клана КГБ попыталось перехватить контроль над этим самым элитарным подразделением разведки на себя. А в чекистской мафии преданность своему клану ценится гораздо выше, чем компетентность в своей работе. Вот поэтому и назначили тогда генерала Кирпиченко руководить этим весьма специфическим подразделением КГБ, в сложных и темных делах которого он совсем не разбирался. И к слову сказать, именно с генерала Кирпиченко и с афганской войны в нашей внешней разведке и началась та эпоха полного господства “востоковедов” из московского клана, которая продолжалась без всяких перерывов с 1979 до 2000 года, пока бывший разведчик из ГДР Путин не стал президентом России…  
 Еще в своих воспоминаниях Вадим Кирпиченко признается в своей главной роли в непосредственной подготовке свержения президента Афганистана Амина и оккупации этой страны советскими войсками.
 “К афганской трагедии я лично оказался причастен, так как весь декабрь 1979 года провел в Кабуле, где выполнял вместе со своими коллегами указания руководства СССР и КГБ. После смены власти в Кабуле 27 декабря 1979 года всем участникам этой операции было рекомендовано все забыть, а документы оперативного характера уничтожить. Ликвидировал и я свои служебные записи, где не только по дням и часам, но и по минутам было расписано, как развивались события в Афганистане в декабре 1979 года.” (http://unotices.com/book.php?id=119639&page=83)
 А кто-то все еще надеется, что когда через много лет все чекистские архивы будут открыты для историков, то тут-то и всплывут наружу все самые грязные и кровавые преступления КГБ…  

13 ноября 1974 года Федор Мортин из проамериканского клана был снят с поста начальника ПГУ КГБ.
Напомним, что это произошло в результате интриг его первого заместителя Владимира Крючкова.

26 декабря 1974 года – новым начальником ПГУ назначен Владимир Крючков, соратник Андропова из московского клана КГБ.
Эта должность была номенклатурой Политбюро, поэтому обычно официальное утверждение на нее занимало какое-то время. 

1974 год (месяц не указан, но скорее всего, это был декабрь) – первым заместителем начальника ПГУ назначен Михаил Усатов.

УСАТОВ Михаил Андреевич.
Воевал в ВДВ. В 1941 г. и в 1942 г. забрасывался в тыл противника. В 1944 г. был инструктором политотдела 65-й армии. С 1946 г. служил в Политуправлении Северо-Балтийского флота, в 1949 г. поступил в Военно-Политическую Академию, после ее окончания в 1952 г. – начальник Военно-морского курса Академии. В органах госбезопасности с 1955 г., начал там службу в военной контрразведке.
Начальник ОО КГБ по эскадре Балтийского флота;
Начальник ОО КГБ по Восточно-Балтийской флотилии (... – 1958 г.)
Начальник ОО КГБ по Северному флоту (1958 – 1966 г.)
Начальник 6 отдела 3 Управления (военная контрразведка) КГБ (1966 – 1971 г.)
Секретарь парткома 3 Управления КГБ (декабрь 1968 – май 1970 г.)
Секретарь парткома КГБ (1971 – 1974 г.)
1-й заместитель начальника ПГУ КГБ (1974 – 1979 г.)
1-й заместитель начальника Управления кадров КГБ (1979 – 1983 г.)
С 1983 г. - в действующем резерве КГБ. В марте 1986 г. вышел в отставку.

 Для точного вычисления клановой принадлежности вице-адмирала Усатова в Сети оказалось слишком мало информации. Но судя по некоторым фактам из его трудовой биографии, Михаил Усатов, скорее всего, принадлежал к проамериканскому клану КГБ.
Мы начнем с того, что его карьера успешно развивалась в руководстве военной контрразведки в то время, когда начальниками 3 Управления КГБ были представители этого чекистского клана, Георгий Цинев (1966-67 гг.) и Виталий Федорчук (1967-70 гг.).
 Причем генерал Цинев перевел Усатова в Москву и назначил начальником отдела, а генерал Федорчук устроил его потом на должность секретаря парткома 3 Управления.
 А назначение адмирала Усатова первым заместителем начальника ПГУ в таком случае выглядит как своего рода компенсация проамериканскому клану за то, что генерал Мортин был заменен Крючковым на посту начальника внешней разведки. Также логично теперь выглядит и тот факт, что в 1979 году (месяц неизвестен) Михаила Усатова сняли с должности первого заместителя начальника ПГУ и перевели его из внешней разведки на службу в Управление кадров КГБ. Формально это понижением не было, но все же внешняя разведка была самым престижным подразделением КГБ, откуда по своей воле обычно не уходили, разве что с большим повышением в должности.
И мы напомним, что как раз в 1979 году началось обострение межклановой борьбы внутри чекистской мафии – именно тогда был также изгнан из внешней разведки генерал Калугин. Если эта наша догадка правильная, то адмирала Усатова тоже должны были убрать из разведки примерно в это же самое время, когда московский клан начал подготавливать свою военную авантюру в Афганистане – то есть ближе к концу 1979 года…

 Итак, после назначения представителя московского клана КГБ Владимира Крючкова начальником внешней разведки к концу 1974 года положение с его заместителями было следующее:
из проамериканского клана первый заместитель Усатов и два простых заместителя (Лазарев, Старцев) – и из московского клана тоже два простых заместителя (Б.Иванов, Кирпиченко).
Примерный паритет между кланами здесь пока еще сохраняется, но уже с некоторым перевесом для московского клана.

1974 год (месяц неизвестен) – начальник Управления “Т” (научно-техническая разведка) Михаил Липатов был одновременно назначен заместителем начальника ПГУ.

ЛИПАТОВ Михаил Иванович.
Был на партийной работе. С 1961 г. – в ПГУ КГБ. 
Заместитель резидента в Лондоне по НТР (научно-техническая разведка)
И.о. резидента в Лондоне (1966-67)
Начальник Управления “Т” (НТР) ПГУ (1969-75 г.)
Заместитель начальника ПГУ – начальник Управления “Т”  (1974 – 1975 г.)

 Очень мало сведений об этом деятеле, притом даже чекисты постоянно путают его фамилию, и Михаила Липатова называют в Сети то Лопатиным, то Ломатиным. Возможно, это были его псевдонимы, под которыми тогда работали за границей чекисты из внешней разведки - обычно эти ложные фамилии начинались на ту же букву, что и настоящие.
 Вот это сообщение указывает на то, что Липатов был ставленником генерала Мортина из проамериканского клана:  
“В это же время из Лондона вернулся Михаил Иванович Лопатин (т.е. Липатов), который был назначен, по словам этого сотрудника, начальником управления НТР с поддержкой первого зам. нач. ПГУ Федора Мортина, которого с Лопатиным связывали, якобы давние отношения по совместной работе в партийных органах.”
(http://forum.mozohin.ru/index.php?action=printpage;topic=406.0)
 Про партийную работу Федора Мортина нам известно только, что с 1950 до 1954 года он работал в аппарате ЦК.
 Скорее всего, Михаил Липатов тоже принадлежал к проамериканскому клану, поскольку у него были очень скверные отношения с Владимиром Крючковым – и поэтому его уволили из КГБ уже на следующий год после того, как генерал Крючков занял пост начальника ПГУ. Вот как пишет об этом Олег Калугин:
 “По мере того как Крючков осваивался со своим положением, он становился все более нетерпимым к любым замечаниям, предложениям и инициативам, если они не отвечали его представлению о происходящем. Попал в немилость начальник Управления “С” А. Лазарев, осмелившийся покритиковать некоторые шаги руководства. …Потом дошла очередь до М.Ломатина (т.е. Липатова), возглавлявшего мощное Управление научно-технической разведки. Ему предложили теплое место в Военно-промышленной комиссии.” (http://litread.me/pages/107766/176000-177000?page=44)

1975 год (месяц неизвестен) – Михаил Липатов из проамериканского клана был снят с поста начальника Управления “Т” – заместителя начальника ПГУ.

1975 год (месяц неизвестен) – Леонид Зайцев назначен начальником Управления “Т” – заместителем начальника ПГУ.

ЗАЙЦЕВ Леонид Сергеевич.
Окончил Бауманское училище и Академию внешней торговли.
Служил в резидентуре КГБ в Лондоне (1961 г.)
Резидент КГБ в Копенгагене (1964-69 гг.)
Заместитель начальника ПГУ – начальник Управления “Т” (1975 – 1991 г.)

 Леонид Зайцев был тесно связан с чекистом из внешней разведки Михаилом Любимовым, который в годы перестройки стал известным писателем. Полковник Любимов прямо пишет в своих воспоминаниях:
 “В 1967 году резидент в Дании Зайцев взял меня туда своим заместителем.” (https://rg.ru/2016/09/14/kak-rabotal-glava-nauchno-tehnicheskoj-razvedki-kgb-leonid-zajcev.html)
Михаил Любимов также говорит там о том, что впервые познакомились они в 1961 году, во время их совместной службы в резидентуре КГБ в Лондоне. Более опытный разведчик Зайцев тогда опекал новичка Любимова и учил его шпионскому ремеслу. И видимо, в Дании их дружба еще больше окрепла, поскольку, когда позднее Леониду Зайцеву доверили провести компьютеризацию внешней разведки и наладить там автоматическую систему управления, то он привлек Михаила Любимова и к этой ответственной работе.
 Так что нам теперь остается только попытаться определить клановую принадлежность полковника Любимова – поскольку других серьезных зацепок в отношении Леонида Зайцева нам в Сети отыскать не удалось. Очень уж мало о нем сведений, и еще счастье, что совсем недавно (в сентябре 2016 года) там появилась хотя бы эта статья чекистского писателя Любимова.
 А чтобы вычислить, к какому чекистскому клану принадлежит Михаил Любимов, мы можем воспользоваться тем обстоятельством, что его сын, знаменитый телеведущий и бизнесмен Александр Любимов, тесно связан с семейным кланом КГБ – который является самым крупным осколком расколовшегося проамериканского клана чекистской мафии. Кстати сказать, чекистом был не только отец знаменитого телеведущего Любимова, но и его дедушка, военный контрразведчик Петр Федорович Любимов.
(http://www.peoples.ru/science/history/michael_lubimov/)
Да Александр Любимов и сам, с вероятностью не менее чем процентов 90, в начале своей карьеры служил во внешней разведке КГБ – притом именно кадровым сотрудником, то есть офицером КГБ, а не простым тайным агентом. Поскольку Любимов-младший в 1984 году окончил МГИМО и с 1985 по 1987 год работал на Иновещании Гостелерадио, в отделе скандинавских стран. Как мы видим, Александр сначала, пока не началась перестройка, шел прямо по стопам своего отца, никуда не сворачивая - ведь он даже датский язык тогда выучил, как его папа…
И, разумеется, эти чекистские “корни” Любимова сильно помогли ему позднее, когда он занялся шоубизнесом. В 1987 году Любимов-младший перешёл на телевидение - корреспондентом, а затем ведущим программы “Взгляд”.
 Видимо, перестроечная активность на телевидении Александра Любимова сильно не понравилась московскому клану КГБ, поскольку у него в сентябре 1989 году случились крупные неприятности, он даже был тогда арестован и сидел в КПЗ. Вот как он сам вспоминает про эти бурные события:
На меня завели уголовное дело по обвинению в изнасиловании двух несовершеннолетних девушек в городе Сочи, даже напечатали об этом огромную статью “Пена на берегу” в газете “Правда”. (https://lenta.ru/lib/14160465/)
 Но этому уголовному делу почему-то хода не дали, а вместо этого Любимов стал депутатом Верховного Совета РСФСР. Надо полагать, что у потомственного чекиста Александра Любимова была тогда достаточно мощная “крыша”…
 Вот любопытное сообщение на эту тему, из одного интервью бывшего телеведущего программы “Взгляд” Евгения Додолева:
Программу “Взгляд” придумали в КГБ. В середине 80-х перестройку затеяли люди из ЦК КПСС, молодые амбициозные комсаки и чекисты, которые хотели поменять систему. Они понимали, что в сложившейся обстановке империя не протянет. И думали о своих собственных интересах. Элита страны жила на уровне американского мидл-класса, но хотела жить так, как и положено элите. То есть, как они сейчас живут.”
(http://www.spb.kp.ru/daily/25816.3/2794192/)
Что же касается принадлежности Александра Любимова к семейному клану КГБ, то она однозначно доказывается теми его руководящими постами на канале ОРТ, которые он занимал с 1997 до 2003 года – пока эта телекомпания не была отобрана у олигарха Бориса Березовского. Но связи с семейным кланом у Любимова-младшего четко прослеживались и позднее. Например, в 2007 году он вместе с предпринимателем Александром Мамутом зарегистрировал кинокомпанию “Мирумир”. А в 2011 году Любимов возглавил телеканал РБК, принадлежащий Михаилу Прохорову, другому миллиардеру из семейного клана чекистской мафии. Чтобы закрыть эту тему, добавим только, что за свои большие заслуги в деле телевизионной пропаганды Александр Любимов был награжден Кремлем орденом Почета (2000 год) и орденом Дружбы (2006 год)… 
 Вернемся теперь к Леониду Зайцеву. Есть еще такое интересное место из воспоминаний Михаила Любимова о своем любимом начальнике и друге:
 “Зайцев не только дружил с будущим премьер-министром Вильсоном, великим английским писателем Грэмом Грином, многими сотрудниками Форин Оффиса и деятелями парламента… (и т.д.)” (там же)
 Как мы уже говорили, руководители спецслужб США и Англии в свое время сильно подозревали левого лейбориста Гарольда Вильсона в том, что он тайный агент КГБ – и когда Вильсон стал премьер-министром Великобритании, то английские спецслужбы вели за ним постоянную слежку. Так что если Леонид Зайцев был его чекистским куратором, то это проливает свет на то, на какой именно из кланов КГБ работал премьер Вильсон – и это был будущий проамериканский клан чекистской мафии. Но нашим чекистам так и не удалось как следует закрепиться в Англии, поскольку вскоре они проиграли тайную войну за эту страну американским спецслужбам. Не то, чтобы в ЦРУ были более искусные оперативники, но зато у американцев было очень много денег в твердой валюте. А ведь в такой стране как Англия, на одной только вербовке на идейной коммунистической почве тогда уже было трудно далеко уехать. И в результате все британские премьеры после Вильсона, в том числе и лейбористы, были уже тесно связаны не с КГБ, а с мафией ЦРУ

1975 год (месяц неизвестен) – Георгий Орлов был назначен заместителем начальника ПГУ по кадрам.  

ОРЛОВ Георгий Александрович.
 Окончил артиллерийское училище, затем служил в ГСОВГ (июль 1945 – 1948 г.) и в Закавказском ВО (1948 – 1949 г.). Затем был на комсомольской работе, в июле 1950 г. – 2-й секретарь Ленинского райкома ВЛКСМ Тульской области. В августе 1952 г. поступил в Военный институт иностранных языков.
В органах госбезопасности с 1956 г. С августа 1957 г. работал в ПГУ КГБ.
В 1959 – 1965 г. находился в командировке во Франции.
Освобожденный секретарь парткома ПГУ КГБ (1970 – 1975 г.)
Заместитель начальника ПГУ КГБ по кадрам (1975 – 1981 г.)
В командировке в Афганистане (1981 – 1982 г.)
Резидент КГБ в Риме (1982 – 1986 г.)
Начальник Краснознаменного института КГБ (июль 1986 – август 1991 г.)
В августе 1991 г. вышел в отставку по возрасту. 
 
Сведений в Сети о Георгии Орлове имеется слишком мало, поэтому для определения его клановой принадлежности приходится опираться в основном на эту его официальную биографию. Прежде всего бросается в глаза, что назначения на свои самые ответственные посты во внешней разведке генерал Орлов получил в то время, когда начальниками ПГУ были представители московского клана КГБ.  В 1970 году, при Александре Сахаровском, Орлова назначили секретарем парткома ПГУ – а в 1975 году, при Владимире Крючкове, он получил еще более ответственную должность главного кадровика внешней разведки.
 Кроме того, нам удалось отыскать сообщение, которое свидетельствует о том, что у Георгия Орлова были довольно дружеские личные отношения с начальником ПГУ генералом Сахаровским.
 “Уже упоминавшийся Георгий Александрович Орлов рассказывал в этой связи случай, когда он и начальник секретариата ПГУ навещали Александра Михайловича (Сахаровского) в больнице на улице Грановского в 1968 году по поводу его дня рождения… (и т.д.) (http://loveread.ec/read_book.php?id=52090&p=57)
 Так что, скорее всего,  Георгий Орлов принадлежал к московскому клану КГБ.

1975 год (месяц неизвестен) – Евгений Шишкин был назначен заместителем начальника ПГУ по Европе.

ШИШКИН Евгений Изотович
В декабре 1942 г. призван в РККА. Учился в Томском артиллерийском училище, с мая 1943 г. – в Военном институте иностранных языков Красной Армии. Окончил его в мае 1944 г. и направлен в действующую армию переводчиком. Войну закончил под Кенигсбергом. В сентябре 1945 г. поступил в ВИИЯ КА. С осени 1949 г. работал переводчиком в советской части СКК в Австрии, начальником информационного центра. Одновременно был тайным агентом резидентуры МГБ в Вене. В декабре 1954 г. вернулся в Москву.
В органах госбезопасности с апреля 1955 г. Службу начал в 3 отделе ПГУ КГБ, в 1957 г. выехал в загранкомандировку в Вену. После возвращения в СССР в 1960 г. учился на курсах УСО школы №101, был начальником направления 4 отдела ПГУ КГБ.
Замначальника отдела аппарата Уполномоченного КГБ при МГБ ГДР (1963 г.)
Начальник 1 отдела аппарата Уполномоченного КГБ при МГБ ГДР (1963 – 1967 г.)
Заместитель начальника 4 Отдела ПГУ КГБ (1967 – 1969 г.) (начальник 4 Отдела С.Кондрашев, в 1967-68 гг.)
Начальник 4 Отдела ПГУ КГБ (1969 – 1971 г.)
Главный резидент КГБ в Вене (1971 – 1975 г.)
Заместитель начальника ПГУ по Европе (1975 – 1980 г.)
Главный резидент КГБ в Бонне (март 1980 – 1989 г.)
С 1991 г. – в отставке.

 Связи Евгения Шишкина в руководстве КГБ указывают, что он, скорее всего, принадлежал к московскому клану КГБ. Вот цитата из интервью генерала Шишкина:
 “Меня прикрепили к сотруднику резидентуры Василию Романовичу Ситникову – это был исключительно интересный человек, талантливый, хорошо владел немецким языком. …Вот как раз Вадима Алексеевича (Кирпиченко), которого я очень уважаю и люблю, я назову первым: когда я был замом начальника ПГУ, он был первым замом. Заместителями Крючкова были ушедшие уже из жизни генерал-майоры Яков Прокопьевич Медяник и Юрий Иванович Попов. Мы все дружили, были соратниками в исконном смысле этого слова… В Бонне я просидел десять лет без нескольких месяцев, вот только ничего об этом я вам рассказать не смогу... Единственное, что у меня в резидентуре работал Сергей Николаевич Лебедев – он был на хорошем счету, я относился к нему с большим уважением.”  (http://old.redstar.ru/2005/04/02_04/5_01.html)
 Из пяти перечисленных здесь чекистов четверо принадлежали к московскому клану КГБ – все, кроме Сергея Лебедева, представителя семейного клана КГБ. Но генерал Шишкин и не причислил Лебедева к своим друзьям и соратником в этом интервью 2005 года. А его “большое уважение” к генералу Лебедеву, надо полагать, было вызвано тем обстоятельством, что его бывший подчиненный к тому времени уже занимал пост директора СВР.
 Что же касается настоящих “соратников” Евгения Шишкина, то о двух бывших заместителях начальника ПГУ, о Вадиме Кирпиченко и Юрии Попове, мы уже говорили. А о Якове Медянике подробный разговор будет немного ниже.
Названный же здесь самым первым Василий Ситников представляет интерес тем, что он был куратором Евгения Шишкина в Вене еще в начале 50-х годов, когда Шишкин был не кадровым сотрудником госбезопасности, а всего лишь завербованным тайным агентом МГБ. Ситников занимал пост заместителя резидента разведки в Вене с октября 1951 до июня 1953 года. Ранее, с марта 1946 года, Василий Ситников служил в оккупированной Восточной Германии – так что у него были все шансы уже тогда попасть в группировку Рощина-Синицына, то есть в московский клан чекистской мафии. Поскольку все связи полковника Ситникова указывают на его принадлежность именно к этой мафиозной группировке. Достаточно сказать, что позднее, с 1959 до 1963 года, Ситников служил заместителем у начальника Службы “Д” (дезинформации) Ивана Агаянца, о котором мы уже подробно говорили ранее.
 К этому еще можно добавить, что в 1967 году Шишкин стал заместителем у начальника 4-го (германского) Отдела ПГУ Сергея Кондрашева, которого мы тоже ранее отнесли к московскому клану

1975 год (месяц неизвестен) – Яков Медяник был назначен заместителем начальника ПГУ по Ближнему и Среднему Востоку и Африке.

МЕДЯНИК Яков Прокофьевич
Ветеран ВОв. В органах госбезопасности службу начал в пограничных войсках, затем перешел в разведку.
Резидент КГБ в Тель-Авиве (1954 – 1959 г.)
Резидент КГБ в Кабуле (1959 – 1962 г.)
Начальник 8 Отдела ПГУ КГБ (1962 – 1966 г.)
Резидент КГБ в Тель-Авиве (сентябрь 1966 – 1967 г.)
Начальник 14 Отдела ПГУ КГБ (1967 – 1970 г.)
Главный резидент КГБ в Дели (1970 – 1975 г.)
Заместитель начальника ПГУ по Ближнему и Среднему Востоку и Африке (1975-87)
В апреле 1987 г. уволен в отставку. 

 Разумеется, Яков Медяник принадлежал к московскому клану КГБ. Об этом свидетельствует хотя бы его крепкая дружба с другим “востоковедом”, Леонидом Шебаршиным.
 Вот для примера пара сообщений на эту тему.
 “Медяник был одним из немногих резидентов в советской разведке, имевших звание генерала. Шебаршин подружился с ним, хотя обычно подчиненные редко дружат с начальством, но здесь имело место исключение из правил.”
(http://www.rulit.me/books/tajny-kontory-zhizn-i-smert-generala-shebarshina-read-389878-33.html)
“Обычно за побег подчиненного резидента сурово наказывают. Но обошлось. Симпатизировавший ему Яков Медяник посоветовал Шебаршину сидеть тихо и ждать, пока забудется побег Кузичкина.” (http://litru.ru/book/?p=362798&page=63)
 О принадлежности генерала Шебаршина к московскому клану чекистской мафии мы уже говорили в предыдущих частях этой книги.

1979 год (месяц неизвестен) – Михаил Усатов из проамериканского клана снят с поста первого заместителя начальника ПГУ.
 Он был вообще выведен из внешней разведки и назначен первым заместителем начальника Управления кадров КГБ.   

Март 1979 года – Борис Иванов из московского клана снят с поста первого заместителя начальника ПГУ.
 Ему тогда доверили особо важное задание, отправили служить в Афганистан, в качестве руководителя Особой группы КГБ в ДРА – началась подготовка афганской военной авантюры Андропова и Устинова. Генерал Иванов занимал пост заместителя начальника ПГУ с 1966 года, но когда его повысили до первых заместителей, об этом сведений нет.     

Август 1979 года – первым заместителем начальника ПГУ стал Иван Маркелов.

МАРКЕЛОВ Иван Алексеевич.
В 1937 г. поступил в Иркутский университет, но после 1 курса направлен на работу в НКВД. В 1939 г. окончил Новосибирскую межкраевую школу ГУГБ НКВД. Службу начал в УНКВД по Новосибирской области. С 1947 г. – в центральном аппарате МГБ: старший уполномоченный, заместитель начальника и начальник отделения в ВГУ МГБ. Начальник 2 отдела ВГУ (контрразведка) КГБ (1956 – 1962 г.)
Заместитель начальника ВГУ КГБ (1962 – 1964 г.)
Начальник УКГБ Рязанской области (декабрь 1964 – сентябрь 1970 г.)
Председатель КГБ Башкирской АССР (сентябрь 1970 – июль 1974 г.)
Заместитель начальника 5 Управления (борьба с инакомыслящими) КГБ (июль – сентябрь 1974 г.)
1-й заместитель начальника 5 Управления КГБ (сентябрь 1974 – август 1979 г.)
1-й заместитель начальника ПГУ КГБ (август 1979 – 1983 г.)
Начальник ВГУ – заместитель председателя КГБ (1 августа 1983 – 20 сентября 1989 г.) С сентября 1989 г. на пенсии.

Судя по некоторым фактам из его биографии, Иван Маркелов, скорее всего, принадлежал к московскому клану КГБ. Поскольку его в июле 1974 года вернул из провинции на службу в Москву и сделал своим заместителем такой заслуженный деятель этой мафиозной группировки, как начальник 5 Управления КГБ Филипп Бобков. Причем всего через пару месяцев генерал Бобков повысил Маркелова до должности первого заместителя начальника 5 Управления.
 Затем, в августе 1979 года начальник ПГУ Владимир Крючков доверил Ивану Маркелову пост своего первого заместителя. И это несмотря на то, что Маркелов до этого ни единого дня не прослужил во внешней разведке, и, стало быть, мало что понимал в этом деле. А учитывая, что и сам генерал Крючков был дилетантом по части разведки, то некомпетентным на какое-то время оказалось все главное руководство ПГУ. И явно чтобы исправить это нелепое положение, уже в октябре 1979 года к генералу Крючкову приставили второго первого заместителя, на этот раз из числа опытных разведчиков (Вадим Кирпиченко).
 В августе 1983 года новый председатель КГБ Виктор Чебриков повысил генерала Маркелова еще больше – и назначил его начальником ВГУ (контрразведки) и заместителем председателя КГБ.
 Кроме того, из книги Виктора Черкашина и Грегори Файфера “В поисках агента” известно, что в 1962 году спецоперацией по разработке “англо-американского шпиона” Олега Пеньковского лично руководил заместитель начальника контрразведки КГБ генерал Маркелов. Черкашин хорошо знает про эти дела, поскольку он тогда служил в контрразведке начальником отдела и тоже активно участвовал в этой операции – за что был потом вознагражден переводом на службу во внешнюю разведку. А мы напомним, что “шпион Пеньковский” был проектом московского клана КГБ. И помимо прочего, тайного агента КГБ Пеньковского тогда использовали, чтобы дискредитировать и снять с поста начальника ГРУ генерала Серова, представителя проамериканского клана чекистской мафии.  
 Но с другой стороны, зятем Ивана Маркелова, мужем ее дочери Светланы стал Владимир Матюхин, бывший гендиректор спецслужбы ФАПСИ, которого мы ранее (59 часть этой книги) отнесли к семейному клану КГБ. Возможно, что мы тогда просто ошиблись с вычислением клановой принадлежности генерала армии Матюхина – и на самом деле он тоже из московского клана, ведь его служебная биография такой вариант полностью не исключает. Кроме того, вполне возможно, что его женитьба на Светлане Маркеловой была, так сказать, браком по любви, а не по расчету - ведь такое иногда случается даже с чекистами. Эта свадьба Владимира Матюхина состоялась не позднее 1969 года (судя по рождению его сына Андрея) – а его тесть был тогда всего лишь полковником и начальником УКГБ Рязанской области. И, стало быть, серьезно повлиять на карьеру своего зятя Иван Маркелов в то время вряд ли смог бы, поскольку тот служил в Москве и совсем в другом ведомстве - в 8 Главном Управление КГБ (шифровка, дешифровка и правительственная связь)…   

Август 1979 года – Вадим Кирпиченко из московского клана снят с поста начальника Управления “С” (нелегальной разведки) и заместителя начальника ПГУ КГБ.
Чуть позднее, в октябре 1979 года, был введен дополнительный пост первого заместителя начальника ПГУ. На него и был назначен Вадим Кирпиченко.

Ноябрь 1979 года – Юрий Дроздов назначен начальником Управления “С” (нелегальной разведки) и заместителем начальника ПГУ КГБ.

ДРОЗДОВ Юрий Иванович.
С лета 1944 г. – в действующей армии, командовал взводом противотанкового артдивизиона, участвовал в штурме Берлина. После войны – помощник начальника штаба артиллерийского полка в ГСОВГ и ПрибВО. В 1952 г. поступил на Военный институт иностранных языков.
В органах госбезопасности с 1956 г. С августа 1957 до лета 1963 года работал в отделе нелегальной разведки Аппарата старшего советника КГБ при органах МГБ ГДР (до лета 1963 г.).
Резидент КГБ в Пекине (август 1964 – 1968 г.)
В 6 Отделе (китайском) ПГУ КГБ (1968 – 1970 г.), возможно, был начальником отдела.
Заместитель начальника Управления “С” ПГУ КГБ (1970 – 1975 г.).
 (Начальники Лазарев – в 1966-74 гг.,  Кирпиченко – в 1974-79 гг.)
Резидент КГБ в Нью-Йорке (август 1975 – октябрь 1979 г.)
Заместитель начальника ПГУ КГБ – начальник Управления “С” (14 ноября 1979 – июнь 1991 г.)
Возглавляет аналитический центр НАМАКОН.

 Связи Юрия Дроздова однозначно указывают на его принадлежность к проамериканскому клану КГБ. Причем если для многих чекистов из этой мафиозной группировки название “проамериканский” в советское время выглядит более или менее условным, то генерал Дроздов после победы демократии напрямую занялся совместным бизнесом с бывшими руководителями спецслужб США. Мы ранее уже говорили об этом бизнесе Юрия Дроздова, и вот для примера еще такие цитаты из его мемуаров:
 “Гость также передал нам пакет документов фирмы “Парвус Джерико”, подписанных ее президентом Джерри Берком, бывшим заместителем руководителя Агентства по вопросам национальной безопасности США, который просил принять его в октябре 1992 г. для обсуждения вопросов возможного делового сотрудничества. …С Джерри Берком мы договорились встретиться в “НАМАКОНе”… Прошло время. Берк иногда бывает у нас, и мы всегда рады его приезду.  Хорошие отношения установились у нас с американской фирмой “Каннистраро Ассошиэйтс” и “Алексис Лимитед”. Владельцы этих фирм Винсент Каннистраро и Терренс Дуглас предложили нам деловое сотрудничество в области маркетинга и консалтинга для американских и российских предпринимателей.”
(http://www.rulit.me/books/vymysel-isklyuchen-zapiski-nachalnika-nelegalnoj-razvedki-read-44921-5.html)
“В лондонской “Файненшл Таймс” 27 мая 1993 года появилось объявление о совместной деятельности между фирмами “Алексис Интернэшнл, Инк” и “НАМАКОНом”. …Например, Винсент Каннистраро большую часть своей карьеры сделал в ЦРУ, поднявшись по служебной лестнице в конце 70-х годов до руководителя подразделения по борьбе с терроризмом. Затем определенное время работал в администрации президента США Рональда Рейгана, являясь директором по разработке разведывательных программ. Уйдя окончательно из ЦРУ в 1990 году на пенсию, Каннистраро устроился в небольшую коммерческую разведывательную фирму “Алексис Интернэшнл” со штаб-квартирой в Рэстоне (штат Вирджиния).”
 (http://www.rulit.me/books/vymysel-isklyuchen-zapiski-nachalnika-nelegalnoj-razvedki-read-44921-91.html)
 Недаром карьера Юрия Дроздова во внешней разведке началась в 1957 году в Отделе нелегальной разведки Представительства КГБ в ГДР. Это ведь был главный опорный пункт проамериканского клана КГБ, особенно в то время, когда представителем КГБ в Восточной Германии с 1957 до 1961 года служил Александр Коротков, главный отец-основатель этой мафиозной группировки.  
 Соответственно, некоторые представители московского клана КГБ относились к деятельности Юрия Дроздова без особого восторга. Вот цитата из воспоминаний бывшего начальника внешней разведки Леонида Шебаршина:
 “Вообще мне кажется, что Юрий Иванович (Дроздов) склонен преувеличивать достоинства своего подразделения и не очень критично относится к его недостаткам. Иногда возникают конфликтные ситуации между Управлением “С” и другими подразделениями разведки. В докладах Дроздова его сотрудники выглядят как рыцари без страха и упрека, которых обижают сомнительные личности, неведомо как пробравшиеся в разведку.” (Леонид Шебаршин, “Последний бой КГБ”.)
 Здесь надо еще учесть, что в мемуарах чекистских генералов обычно принято только хвалить всех своих сослуживцев. И там, как правило, очень редко встречаются критические замечания по поводу своих коллег, даже если они состояли в других мафиозных группировках…
 Назначение генерала Дроздова в ноябре 1979 года начальником нелегальной разведки свидетельствует о том, что москвскому клану КГБ так и не удалось захватить контроль над этим подразделением. Видимо, прежний начальник Управления “С” генерал Кирпиченко так и проболтался там впустую пять лет, не сумев переломить ситуацию в пользу своей мафиозной группировки. И не мудрено, ведь до этого нелегальная разведка почти 30 лет находилась в руках проамериканского клана КГБ, так что у этой мафии там все было прочно схвачено, надо полагать. И по этой же причине генерал Дроздов потом спокойно руководил Управления “С” целых 12 лет, вплоть до лета 1991 года…

1980 год (месяц неизвестен) – Евгений Шишкин из московского клана был снят с поста заместителя начальника ПГУ по Европе и назначен резидентом в Бонне.

Декабрь 1980 года – Виктор Грушко был назначен заместителем начальника ПГУ по Европе.
Биографию генерала Грушко мы уже ранее подробно разбирали. Разумеется, этот главный соратник председателя КГБ Владимира Крючкова принадлежал к московскому клану КГБ. Недаром он потом сидел вместе с Крючковым в тюрьме, за участие в Августовском путче 1991 года…

1981 год (месяц неизвестен) – Георгий Орлов из московского клана был снят с поста заместителя начальника ПГУ по кадрам и отправлен в командировку в Афганистан. Кто был назначен вместо него главным кадровиком ПГУ, сведений нет.

Не позднее 1982 года (точная дата неизвестна) заместителем начальника ПГУ по Западному полушарию был назначен Владимир Толстиков.

ТОЛСТИКОВ Владимир Константинович.
Начальник 5 (2) Отдела (Латинская Америка) ПГУ (1971 -1976-)
Начальник 8 отдела (диверсионного) Управления “С” ПГУ (до 1981)
Заместитель начальника ПГУ по Западному полушарию: (на 1982 – 1983 г.)

И это фактически все факты из биографии генерала Толстикова, которые имеются в Сети. Еще известно, что он умер в июле 1996 года.
 Всего этого маловато, чтобы сделать точные выводы о клановой принадлежности Владимира Толстикова. Но все же, занимаемый Толстиковым в 70-е годы пост главного начальника над всем латиноамериканским направлением разведки позволяет нам утверждать, что этот деятель, скорее всего, принадлежал к московскому клану КГБ. Просто по той причине, что Латиноамериканский Отдел ПГУ всегда был мощным оплотом этой мафиозной группировки и тесно сотрудничал с кубинскими спецслужбами. А руководящий пост генерала Толстикова в нелегальной разведке (Управление “С” ПГУ),  который он занимал где-то во второй половине 70-х годов, этой нашей версии не противоречит – поскольку неудачная попытка установить свой контроль над руководством нелегальной разведки была предпринята московским кланом КГБ еще в 1974 году, когда начальником Управления “С” был назначен Вадим Кирпиченко.

1982 год (месяц неизвестен) – представитель проамериканского клана КГБ Борис Соломатин был повторно назначен заместителем начальника ПГУ.
Перед этим он занимал пост резидента в Риме. Это тоже был довольно важный пост, ведь в Италии была тогда самая мощная в Западной Европе компартия, и среди итальянцев всегда была очень широко распространена коммунистическая идеология. Так что нашим чекистам там было тогда полное раздолье: только успевай вербовать этих левых итальянцев на идейной основе…

Теперь подведем итоги. Когда в ноябре 1982 года после смерти Брежнева Генеральным секретарем стал Юрий Андропов, то к концу этого года новым председателем КГБ был уже его главный соратник Виктор Чебриков.
 А в руководстве внешней разведки КГБ положение было тогда следующее.
Начальник ПГУ - представитель московского клана КГБ Владимир Крючков.
Первые заместители начальника ПГУ – Иван Маркелов и Вадим Кирпиченко, оба из московского клана КГБ.
Заместители начальника ПГУтрое из проамериканского клана (Соломатин, Дроздов, Зайцев), четверо из московского клана (Толстиков, Грушко, Медяник, Попов).
 Как мы видим, никакого паритета между кланами здесь уже нет – и теперь в ПГУ резко доминировал московский клан КГБ. Причем все трое главных руководителей внешней разведки (Крючков, Маркелов и Кирпиченко) принадлежали именно к этой мафиозной группировки.

 И как мы уже говорили, новый председатель КГБ Федорчук, представлявший интересы брежневской группировки и проамериканского клана КГБ, к ноябрю 1982 года все еще очень слабо контролировал обстановку в руководстве органов госбезопасности. Генерал Федорчук так и не смог поменять никого из руководителей КГБ на “своих людей” – так что и на Лубянке доминирование московского клана фактически продолжалось.
Мы напомним, как выглядел тогда руководящий состав КГБ:
председатель КГБ Федорчук (проамериканский клан),
 его первые заместители Цинев (проамериканский клан) и Чебриков (московский клан),
 и семь простых заместителей из московского клана (Крючков, Григоренко, Лежепеков, Ермаков, Пирожков, Емохонов, Антонов).   

Кроме того, Советская армия (и в том числе военная разведка ГРУ) тогда находилась под контролем министра обороны Дмитрия Устинова, главного соратника Секретаря ЦК Юрия Андропова.  

 А в активе брежневской группировки оставалось одно МВД, где министром был ставленник Брежнева Николай Щелоков, а его первым заместителем был Юрий Чурбанов, зять Брежнева. Что было явно слабоватой поддержкой против мощного давления со стороны чекистов и военных…
 В общем, получается, что как то очень уж вовремя скончался Генеральный секретарь Брежнев! Так что уже через считанные часы после его смерти брежневская группировка полностью сдалась, и даже не попыталась разыграть свое большинство в один или два голоса на вечернем заседании Политбюро 10 ноября 1982 года. Там тогда все единогласно проголосовали за Юрия Андропова

 Период правления генсека Андропова мы рассмотрим в следующей части книги.
 

                                  16.08.2017                              Олег Греченевский

           

 
    

           

часть 91  



Рейтинг@Mail.ru
 
Tveedo
 
Санкт-Петербург 2009

e-mail